Мои. Робкий дар убогого мира - Лина Таб
Мысль дождаться главу конечно же посетила меня, но я быстро ее откинула, так как неизвестно, как поведет себя женщина, узнав обо всем, а так, именно ее мужья, взявшие на себя ответственность, будут вести с ней разговоры и объяснять, что произошло, надеюсь, хотя бы их не забьют.
— Не нужно, я заплачу за мужа сейчас же. Когда он будет готов провести обряд? — произношу сухо, сверля взглядом аккуратно уложенные волосы на макушке. Не потому что он низкий такой, просто склонился так, что мне ничего другого не остается, как говорить с его макушкой и затылком. Хорошо, что хоть в принципе говорит, видимо обстоятельства вынуждают их.
— К вечеру он будет подготовлен, Рейна, — произносит тихо.
— Я приду, — отвечаю хмуро и отсчитав монеты вкладываю их в ладонь мужчины, а затем развернувшись и не смотря на будущего мужа, иду по своим делам.
В голове все кипело и теперь, я пыталась решить, могу ли я позволить купить запланированное или нет? Подсчитав свои скоромные запасы монет, поняла, что придется отказаться от некоторых продуктов, так как книгу я выкупить планировала, тем более, ее привезли именно для меня и портить свою и так сомнительную репутацию было плохой затеей.
Кое-как успев завершить свои дела, к вечеру являюсь к часовне, где обычно проводят обряды, а потом уже идут праздновать. К моей безоговорочной радости, праздник был за счет мужа, а не за мой. Я бы не вытянула.
Я вновь в плаще, но под ним относительно новые брюки и чистая белая рубашка, в этот раз заправленная за пояс.
Логичнее было бы надеть хотя бы тунику, что некогда досталась мне от торговца, чтобы прикрыть мое тело, но ее я продала.
На ногах легкие сапоги, мужские, так как женские модели мне не подходили по образу жизни, а вот мужские, вернее даже подростковые, вполне.
Мои волнистые золотистые, немного выгоревшие добела волосы распущены, доставая до поясницы. И собственно все. Это весь мой праздничный облик.
Родственники будущего мужа смотрят на меня со смесью непонимания и недоумения, порой, там сквозит еще что-то вроде брезгливости. Их женщины не такие. Они парят прекрасными нимфами, даже те, что не имеют много монет в запасе. На моего будущего мужа не смотрят и вовсе, предпочитая шептаться и думаю, там не звучит ничего положительного, скорее оскорбления в его адрес, ну и мой само собой. Оборванка, которая только и смогла позволить себе испорченного мужа по дешевке. Не смотря на дефицит женщин и их почитание, все равно здесь многое решает статус и внешний вид.
Скидываю плащ и наступает тишина. Понимаю почему. Думали, отдают своего опозоренного сына за человека, а тут маг, сильный маг.
Все оторопело пялятся на мою шею, а мне хочется почесаться и помыться еще раз после их взглядов.
Сглатываю, стараясь делать это незаметно и убрав волосы с лица, уверенно иду туда, где стоит мой сгорбленный муж. Интересно, у него часом нет искривления позвоночника или реального горба? Или это он только при мне так? Как понимаю, величина наклона зависит исключительно от вины? Обычно они все смотрят лишь в пол.
Почесав нос, уставилась на мужчину в расшитой камнями тунике. Он свяжет нас магическим браком. Неразрывным. Смотрит не на меня, гипнотизирует взглядом высокий алтарь, на котором лежит очередной резной кинжал, причем странный, с лезвием с двух сторон. А кинжал у нас тут для того…Упс.
А как здесь проходят обряды? Знаю, что будут прочитаны ритуальные слова на древнем языке, знаю, что на шее появится витиеватая надпись на нем же, а вот нюансы…они как-то не сильно интересовали. Кажется, там мы в какой-то момент будем держаться за руки до захода солнца.
Ощутив, как по спине прокатилась испарина, а колени потяжелели, я постаралась сосредоточиться и переключить внимание, как делала это ранее.
Помогало слабо, но пока я справлялась, тем более уже звучали слова обряда, а затем, последовало страшное, то самое.
— Возьмите в руки священный нож и сожните между ваших сцепленных ладоней, — произносит обрядчик и я понимаю, что меня не слабо так тряхнуло, по телу прокатилась дрожь, а в ушах зазвенело.
Дышать! Не падать! Повторяю про себя как мантру.
Приложив всю свою силу воли, я протянула руку, частично повторяя действия за будущим мужем. Обрядчик поднял кинжал, который оказался ножом и мы с мужем обхватили острие с двух сторон, сжав его между наших сцепленных ладоней. Я впервые касалась мужа. Его пальцы были теплыми, человеческими, в отличии от лезвия, что касалось нашей кожи.
Выдохнув тихо, пыталась всеми силами абстрагироваться. Не падать в обморок, ведь еще ничего не произошло, но все равно, было ужасно страшно. И уже не знаю, чего я боялась больше, вида крови, которая непременно польется после такого или того, что сейчас мы сожмем лезвие и будет больно.
Острым напряженным взглядом я следила за тем, как обрядчик тянет к нашим ладоням свои и обхватив наши руки, прикладывает усилия, сжимая их.
Вспышка острейшей боли была настолько отрезвляющей, что на какое-то время я пришла в чувства и застыв столбом, старалась не смотреть на наши руки, которые уже куда-то тянули вниз.
Дрогнув всем телом от звука металла о камень, что стоял перед нами я ощутила горячую липкую влагу на ладони, которую тут же взял в свою муж. Его рука была такой же и не дарила никакого успокоения.
— Теперь, ваши тела связаны, — произносит торжественно обрядчик, — держите эту связь в ладонях до тех пор, пока не скроется солнце и тогда ваш союз будет крепким до конца дней!
Это насколько поняла, была завершающая часть обряда. Мы должны держаться за руки до захода солнца и не расцеплять их. И неужели они в самом деле верят, что это дарует крепкую связь между супругами?
Внутри я фыркнула, руки слипнутся от нашей крови, вот тебе и крепкая связь. А дальше сплошное раболепство, вместо настоящей семьи.
Негодование помогло переключиться и кажется, я смогла совладать с эмоциями и избежать обморока, что несомненно радовало, а может быть то, что я упрямо не смотрела на наши руки. Крови не видела, значит не было.
Дальше прямо на повозке, принадлежащей семье мужа мы ехали к ним в дом. Там пройдет праздник, а потом на брачную ночь нас отвезут туда, где мы будем жить, ко мне. Вот уж радости у него будет. Хотя наверное,