Мои друзья — монстры - Албани Уокер

Я мгновенно напрягаюсь. Захлопываю дверцу и высматриваю, что так насторожило Эйсон. Несколько теней медленно выступают из укрытия у дома. Они маленькие, так что я сразу понимаю — брауни, но Эйсон ведёт себя так, будто ждёт от них какого-нибудь подвоха. Будто они могут попытаться выступить против неё.

Я перебью их прямо здесь. Одарённые они или нет.

— Босс? — зовёт мужской голос, и в нём слышится тревога.

— Я здесь, — отвечает Эйсон.

Удивительно, сколько всего заключено в этих двух словах. Её маленькие плечи опускаются, тревога исчезает. Не знаю, ожидала ли Эйсон увидеть кого-то другого или просто не знала, как они отреагируют на её возвращение, но у меня в горле встаёт ком.

Я отворачиваюсь, чтобы не лезть в этот момент. Каликс захлопывает свою дверцу и обходит машину с моей стороны.

— Эйсон? — снова спрашивает тот же мужчина, только теперь голос у него хрипнет от эмоций.

— Со мной всё хорошо, Энзи.

Тени приходят в движение, и я вижу, как от дома к нам бегут несколько брауни.

— Мы тебя искали, — подаёт голос кто-то ещё.

— Я знаю. Это ведьмы. Они наложили заклятие на здание, — объясняет им Эйсон.

На неё тут же сыплются новые вопросы, вперемешку с бесконечными «ты точно в порядке?», пока Эйсон довольно резко их не обрывает:

— Я сказала, со мной всё нормально.

— Поняли, босс.

Мужчины разом замолкают.

Я обхожу машину и вижу шестерых брауни-мужчин, которые смотрят на Эйсон. Тот, что стоит ближе всех, хмурится и внимательно осматривает её с головы до ног.

— Хотите зайти? — предлагаю я.

Эйсон глубоко вдыхает и переводит взгляд на меня.

— Мне нужно вернуться в логово и убедиться, что мне не придётся убивать кого-нибудь, кто решил занять моё место, пока меня не было. Вернусь завтра с наступлением темноты, и обсудим, что делать дальше.

Я не сомневаюсь в её словах и понимаю, что ей ещё нужно показать своим людям, что с ней всё хорошо.

— Мы будем здесь, Эйсон.

Мне хочется сказать, чтобы она обращалась, если что-нибудь понадобится, но я молчу. Особенно сейчас она наверняка воспримет это как намёк на слабость.

— Пойдём, Каликс.

Я вижу, как из окна торчит огромная башка Гуннара. Надеюсь, он не пытается остаться незамеченным.

— Хорошо, что у него хотя бы грубая сила есть, да? — добавляет Каликс и взбегает по ступенькам. Добравшись до двери, он придерживает для меня сетчатую створку.

Грим отпирает дверь и отступает в сторону. Немного непривычно, что они оказались здесь раньше меня. В доме горит весь свет, освещая огромную львиную голову на подставке у входа.

— Хочешь, я загоню Бетти? — Каликс показывает большим пальцем через плечо.

Я всматриваюсь в темноту. Эйсон и её людей уже и след простыл.

На секунду задумываюсь, не сделать ли это самой, но в доме тепло, а я уже начала скидывать обувь. Может, просто оставить её на подъездной дорожке?

— Наверное, — бормочу я.

Мне лень самой этим заниматься, а Бетти не заслуживает ночевать под открытым небом.

Гуннар закрывает дверь, хотя Каликс всё ещё стоит на крыльце. Я моргаю и смотрю на него.

— Что?

Гуннар оглядывается.

— Из дома уходило тепло.

Я фыркаю и качаю головой.

— Ты только что захлопнул дверь прямо перед его носом.

Гуннар просто смотрит на меня.

— Откуда брауни узнали, что Эйсон здесь? Я думала, мне придётся искать способ с ними связаться.

Я меняю тему. Очевидно, только мне кажется, что это было грубо.

— Я передал Самсону, чтобы он сообщил им, — отвечает Грим и идёт почти вплотную за мной, пока я направляюсь дальше в дом.

Через несколько секунд слышу, как оживает мотор Бетти, а потом открывается дверь гаража.

Я устраиваюсь в углу дивана, поджав ноги. Грим садится рядом, берёт мои ноги и устраивает их у себя на коленях. Гуннар устраивается напротив нас.

— Полагаю, ты не успел особо разговорить Ванессу, прежде чем она сделала то, от чего у неё внутренности превратились в жижу?

— К сожалению, нет, — сквозь зубы отвечает Гуннар.

— А я позволила Эйсон убить ведьму на складе, — бормочу я, вздыхаю и запрокидываю голову.

— У меня осталось несколько людей, которые были с ней, но не попали в заварушку у её дома. Надеюсь, кто-нибудь из них знает больше. Или хотя бы сможет вывести нас на других ведьм, у которых есть ответы.

Гуннар сжимает подлокотники.

— То есть это был не весь её ковен?

Я подпираю голову рукой, пока Грим большими пальцами выводит маленькие круги на моих ступнях. Веки так и норовят сомкнуться, но я заставляю себя держать глаза открытыми.

— Нет, к счастью. Придётся прочесать дом, выяснить, кто остался, и найти того, кто был у неё вторым по старшинству.

— Когда? — спрашиваю я.

Каликс, успевший загнать Бетти в гараж, прислоняется к дверному косяку.

— Сейчас. Я просто хотел убедиться, что ты добралась сюда целой.

Гуннар поднимается.

— Я пойду с тобой.

Грим похлопывает меня по ногам, и мне хочется надуться: массаж уже закончился.

— В этом нет необходимости.

Гуннар скрещивает руки на груди.

— Нет. Но я всё равно пойду. Тебе нужен кто-то, кто чувствует магию, а это я. Дамиане нужно отдохнуть.

Грим встаёт и оказывается напротив Гуннара.

Изуродованные шрамами губы Гуннара сжимаются, когда он сверлит Грима взглядом.

— Ладно. Только не путайся у меня под ногами.

Грим набрасывает тяжёлую чёрную мантию, скрывая под ней тело, словно созданное для греха. Края ткани приподнимаются, будто их шевелит невидимый ветер.

— Я обеспечу Дамиане безопасность, — сухо отвечает Грим.

— И это единственная причина, по которой ты идёшь.

Закончив, Гуннар тяжело дышит. Должно быть, его просто убивает необходимость принять чужую помощь. Я ни секунды не сомневаюсь, что он справился бы сам, но Грим прав. Взять с собой того, кто способен чувствовать магию и след, который она оставляет, — разумно.

— Тут столько тестостерона, что воздух ножом резать можно, — бормочу я.

— Ты остаёшься здесь.

Гуннар указывает пальцем на Каликса, и тот поднимает руки, сдаваясь. После приказа Гуннар немного расслабляется, а Каликс не спорит. Не думаю, что Гуннар часто сталкивается с людьми, которые не выполняют его указания, а присутствие Грима, который, похоже, сам устанавливает правила, ситуацию не улучшает.

— Эйсон будет здесь с наступлением ночи.

Я зеваю. Должно быть, уже почти рассвет.

— К тому времени мы вернёмся.

Гуннар подходит и останавливается передо мной.

— Хорошо.

Я хмурюсь, пытаясь понять, что ему нужно. Его руки сжимаются в кулаки по бокам.

— Что такое?

Я смотрю на него снизу вверх.

— Заставь их уйти, — говорит он, кивнув в сторону Грима и