Любить вампира – сплошной хаос - Аура Хейс

Наверху лестницы показывается дверь, которая, похоже, не заперта. Тупые вампиры. Я очень осторожно толкаю ее и заглядываю в узкий просвет коридора. На первый взгляд здесь тихо и пусто, однако я не собираюсь терять бдительность.

Я проскальзываю внутрь и закрываю за собой дверь. Оказавшись в очередном коридоре — чуть менее затхлом и куда более современном, чем подземелье внизу, — я начинаю озираться. По обе стороны находятся двери, так что я выбираю ту, что справа.

Стараюсь ступать как можно тише, и чем ближе подхожу к двери, тем отчетливее слышу легкое жужжание. Приблизившись к месту, я снова медленно приоткрываю дверь и заглядываю внутрь. К счастью, я угадываю с комнатой и нахожу Валена, привязанного к столу. Из его руки тянутся несколько трубок, выкачивающие кровь и прогоняющие ее через аппарат, из которого та поступает в пакеты.

Поскольку в коридоре пусто, я подхожу к нему, лежащему с закрытыми глазами. Сначала я даже не могу понять, в сознании он или нет.

— Вален, — шиплю так громко, как только могу.

Его глаза медленно распахиваются и расширяются, когда он замечает меня.

— Пора сматываться. Давай. — Я указываю большим пальцем за спину и принимаюсь отсоединять от него трубки. Хоть я и не медсестра, но сейчас это неважно. Отчаянные времена требуют отчаянных мер.

После забора крови он выглядит несколько обессиленным, и я тут же бросаюсь к большому холодильнику в углу. Приятно удивившись, что не ошиблась, хватаю несколько емкостей с кровью и сую ему в руки. Вален без вопросов быстро опустошат их. Надеюсь, это была не его собственная кровь, что было бы как-то странно, но и явно не хуже, чем питаться кровью случайных людей.

Его раны от проколов заживают прямо у меня на глазах, и я в очередной раз убеждаюсь в том, насколько он сильнее меня. Надеюсь, когда мы выберемся, у нас будет шанс узнать друг друга получше, словно мы обычные друзья. Хотя, зная Зава, могу предположить, что он начнет ревновать и попытается взять все под свой контроль. Пожалуй, не стоит говорит ему, что Вален укусил меня раньше, чем это сделал он.

Должно быть, сейчас мы выглядим как чокнутая парочка: он — с длинными волосами, в обшарпанной одежде, с кровью, стекающей по подбородку и капающей на босые ноги, и я — бледная, покрытая грязью и кровью. Впрочем, я выгляжу не лучше него.

— Есть идеи, как отсюда выбраться? — шепчу я, выглядывая за дверь, чтобы узнать, не заметил ли кто-нибудь наших махинаций.

— Нет, — отзывается он, и его голос звучит бодрее, чем когда-либо. — Когда меня поднимают наверх, то сразу несут сюда, а потом возвращают обратно в камеру.

— Блять. Тогда будем действовать по обстоятельствам. — Глупо было надеяться на легкий исход, но пока все идет неплохо. — Пошли.

Вален хватает меня за руку и сжимает ее.

— Увидимся на той стороне, Селин.

Надеюсь, он имеет в виду не загробную жизнь.

Я лишь коротко киваю, собираясь с духом.

Мы выходим в коридор и почти добираемся до противоположного конца, когда дверь впереди распахивается. Вампир, вошедший в комнату, ошарашенно смотрит на нас, и я не успеваю даже моргнуть, когда Вален вырывает сердце из его груди и сносит ему голову с плеч.

Я поворачиваюсь к Валену, который держит в руках окровавленное сердце и, кажется, сам выглядит не менее потрясенным тем, что только что сделал. Похоже, он действовал инстинктивно, но я уверена, что прошла вечность, с тех пор как он в последний раз чувствовал себя достаточно могущественным, чтобы решиться на такое.

— Блять, — бормочу я, заметив мигающий пульт. Вампир успел нажать на красную кнопку прямо перед смертью, и, судя по звуку приближающихся шагов, он сообщил кавалерии о нашем побеге. — Мы влипли.

— Сюда. — Вален хватает меня за руку, пытаясь ускорить шаг, но мои ноги предательски путаются.

Я тяжело дышу, и меня вот-вот стошнит. Ему, наверное, надоедает моя медлительность, потому что он поднимает меня на руки. Учитывая, сколько крови я ему отдала и сколько пакетов он выпил, думаю, он в состоянии нести меня, и я точно не буду жаловаться, если это поможет нам поскорее убраться отсюда.

Мы несемся по коридору так быстро, что мои волосы развеваются вокруг нас. Вален словно слепо следует за чем-то. Я верю, что он знает, что делает, потому как сейчас его вампирские чувства обострены.

— Стой, нам нужно найти Завьера, — в панике напоминаю я. Я не могу быть уверена, что Женевьева не держит его где-то здесь в цепях.

— Я бы учуял его, будь он здесь. Теперь, когда попробовал твою кровь, я чувствую эту связь. — Успокаивает он меня, продолжая прокладывать путь по этому лабиринту из коридоров и дверей.

Меня переполняет облегчение. Зава здесь нет, так что, надеюсь, с ним все в порядке. О другом варианте я даже думать не хочу.

Меня мутит от бешеной скорости Валена. Он останавливается у первой попавшейся двери, распахивает ее и заталкивает меня внутрь. Я удивляюсь, обнаруживаю, что окружена чистящими средствами. Понятия не имею, зачем он это сделал, однако спустя мгновение слышу, как за дверью разражается полнейший хаос.

Я выглядываю в щель и вижу, как Вален сражается сразу с несколькими вампирами. Даже после многолетнего заточения он неплохо справляется, но я понимаю, что ему было бы тяжело драться и одновременно защищать меня. Каждый раз, когда кто-то из вампиров, приближается к моей двери, он тут же его убивает. Кажется, что в нем вспыхнула надежда.

Вдруг один из вампиров прыгает ему на спину, точно дикий енот. Вален дергается, пытаясь сбросить его, но тот вгрызается в плечо, вырывая кусок плоти. Вален стонет от боли — я знаю, это чертовски больно, — но это единственная его реакция. Крепко схватив противника за руки, Вален перебрасывает его через себя и, когда тот оказывается на полу, наступает ему на грудь. Босая нога Валена буквально пробивает грудную клетку вампира насквозь.

Кто, мать твою, такой Вален? Он точно не обычный вампир.

С первой волной вампирских отморозков покончено, однако Вален выглядит уставшим и опирается на стену, чтобы перевести дух. Скоро он израсходует всю выпитую кровь, и тогда нам не поздоровится. Было бы слишком жестоко проделать такой путь и снова вернуться к началу.

Я просто хочу вернуться домой к своему ворчливому коту и неугомонному,