Няня для мертвого наследника дракона - Юлий Люцифер

— Не знаю.

— Тогда не будем решать сейчас.

— А когда?

— Когда вернемся домой.

Мальчик кивнул.

Я видела, как он пытается представить жизнь, в которой может назвать имя за воротами и никто не требует молчать.

— Я хочу.

Роэн смотрел на него.

— Уверен?

— Да. Я устал быть мертвым.

Норен отвернулся.

Лорен снял очки.

Я сжала пальцы Теона под столом.

Роэн кивнул.

— Тогда сделаем.

В этот момент я поняла, что решение окончательное.

Не потому, что Роэн произнес какую-то торжественную клятву.

Потому что впервые он и Теон выбрали одно и то же.

Не безопасность любой ценой.

Не риск ради красивой свободы.

А жизнь, в которой опасность придется встретить открыто.

Поздно вечером из Ранвеля пришло новое сообщение.

Марта передала, что официальный представитель Короны покинул округ, но приказ Роэну явиться на собрание остается в силе.

Более того, заседание перенесли.

Не через три дня.

Через два.

Лорен положил письмо рядом с найденными документами.

— Значит, времени у нас меньше.

Роэн кивнул.

— Достаточно.

— Чтобы что?

Роэн посмотрел на Теона, который уже спал у очага после слишком длинного дня.

Потом на меня.

— Чтобы завтра вернуться в Ранвель, собрать доказательства и послезавтра войти в столицу вместе с сыном, которого они пять лет считали мертвым.

Он говорил спокойно.

Так, будто речь шла об обычном маршруте.

Но теперь я знала цену этого решения.

Пять лет назад Роэн стоял у пустого детского гроба, чтобы весь мир поверил в смерть Теона.

Через два дня ему предстояло встать перед тем же миром и признать:

его наследник жив.

Глава 16. Наследник возвращается

Мы вернулись в Ранвель на следующий день после полудня.

На этот раз Теон почти не разговаривал во время полета.

Не потому, что плохо себя чувствовал. Норен несколько раз спрашивал его о головной боли, а я следила, не начинает ли он слишком глубоко прислушиваться к Тарну, Сарру и свободным драконам, которые оставались в горной долине.

Теон каждый раз отвечал, что все нормально.

Просто смотрел вперед.

Мне казалось, я понимала причину.

В первый раз он покидал Ранвель как ребенок, которого снова прятали от чужих глаз.

Теперь возвращался туда, чтобы через сутки отправиться в столицу под собственным именем.

Между этими двумя поездками прошло меньше двух дней.

Для Теона — почти вся прежняя жизнь.

Когда впереди появились серые башни Ранвеля, мальчик вдруг спросил:

— Моя могила все еще там?

Роэн сидел впереди него и несколько секунд не отвечал.

— Да. За время нашего отсутствия никто ее не трогал.

— А завтра?

— Завтра тоже будет.

Теон нахмурился.

— Но если я перестану быть мертвым, зачем она нужна?

Я услышала в голосе Роэна осторожность, которая теперь отличалась от прежней. Он больше не пытался определить правильный ответ заранее и выдать сыну готовое решение.

— Это твоя могила, хотя внутри нее тебя никогда не было. Поэтому я думаю, что решать ее судьбу должен ты. Не сейчас, не перед столицей и не потому, что нужно что-то доказать людям. Когда все закончится, вернемся домой и спокойно решим.

Теон помолчал, глядя на приближающийся дом.

— Я пока не знаю, хочу убрать или оставить.

— Тогда оставим.

— Даже если люди скажут, что это странно?

— Люди завтра узнают значительно более странные вещи.

Я улыбнулась.

Теон тоже.

Тарн пошел на снижение.

На северной площадке уже ждали.

Марта стояла первой, хотя рядом находились Севен и еще несколько человек охраны. Как только дракон сложил крылья, управляющая перестала делать вид, будто ее интересуют правила безопасной посадки, и пошла прямо к нам.

Теона сняли первым.

Марта обняла его так крепко, что он сначала даже не успел возмутиться.

Потом все же попытался:

— Марта, я не пропал. Мы были всего два дня.

— После того как за последний месяц в этот дом пришли похитители, предатель и государственный обыск, я имею право обнимать вас столько, сколько сочту необходимым.

— Но я почти не могу дышать.

— Значит, еще живы. Уже хорошо.

Она отпустила его, осмотрела с головы до ног и только потом повернулась ко мне.

Меня тоже обняли.

Этого я уже не ожидала.

— Никогда больше не оставляйте меня одну разбираться с чиновниками Короны, — сказала Марта, не отпуская сразу. — Эти люди съели половину запасов, осмотрели каждый шкаф и трижды пытались объяснить мне, что делают свою работу.

— Вы им поверили?

— После третьего объяснения стала верить меньше.

Я рассмеялась.

Роэн спрыгнул последним.

Марта посмотрела на него значительно строже.

— А вам я позже отдельно расскажу, что думаю о решении оставить меня здесь.

— Вы сами согласились.

— Это не мешает мне быть недовольной.

— Не сомневался.

Дом встретил нас знакомыми запахами, звуками и какой-то неожиданной обычностью.

На кухне готовили ужин.

В коридорах снова работали слуги.

Окна детского крыла были открыты.

Я вошла в классную комнату и на несколько секунд остановилась.

Все осталось на месте.

Карта.

Тетради.

Коробки с камнями.

Доска, на которой Теон перед отъездом не до конца стер задачу.

Он зашел следом.

Положил горный камень в свою коробку.

Потом достал карточку, которую сделал в убежище, и установил рядом.

— Теперь правильно.

Я посмотрела на надпись.

«Нашла госпожа Маррен в долине свободных драконов. Я там пока не был».

Теон взял перо.

Зачеркнул последние четыре слова.

Сверху аккуратно написал:

«Я там был».

Я почувствовала, как внутри что-то болезненно сжалось.

Не от жалости.

Скорее от понимания, насколько много для него значили эти три слова.

Он начал наконец бывать там, о чем раньше только читал.

Даже если первой такой поездкой оказалось бегство.

— Оставляем? — спросил он.

— Конечно.

— А завтра я увижу столицу.

— Если план вашего отца не изменится.

— Не изменится.

Уверенность была абсолютной.

Я не стала напоминать, сколько раз планы взрослых уже менялись вокруг него.

Пусть хотя бы сегодня верит.

К вечеру Ранвель превратился в место подготовки не к поездке, а почти к судебному делу.

Лорен занял большую библиотеку. На столах лежали копии документов Селии, отчеты по Аррасу и другим драконам, рисунки узд, заключение о современном происхождении печати и кусок снятого обруча с маркировкой центральной столичной мастерской.

Норен отдельно готовил медицинское заключение.

Не о Теоне.

О раненом драконе.

Это было принципиально.

Роэн отказался позволить включать