Няня для мертвого наследника дракона - Юлий Люцифер

— А я решил, что после этого должен остановиться.

Он усмехнулся без радости.

— Она даже это предусмотрела.

— Не начинайте превращать последнюю строчку в новый способ наказать себя.

Роэн посмотрел на меня.

Я продолжила:

— Вы уже признали ошибку. Теперь у вас есть возможность сделать то, чего не сделали тогда. Вот и делайте.

Лорен собрал документы.

— Я бы сказал грубее, но госпожа Маррен справилась.

Роэн провел ладонью по лицу.

— Мне нужно поговорить с Теоном.

— Сначала решите, что именно ему рассказывать, — сказала я. — Ему не нужно читать про исследования крови и представлять, что кто-то хочет использовать его тело для магии.

— Согласен.

— Но что мать просила спрятать его ради жизни и при этом хотела, чтобы правда о программах вышла наружу, он имеет право знать.

Роэн кивнул.

— И про Дейрана?

Я подумала.

— Имя уже начинает касаться его напрямую. Но только как человека, против которого есть доказательства участия в уздах. Не говорите шестилетнему ребенку, что этот человек убил его мать, пока у нас нет прямого доказательства приказа.

Лорен согласился:

— Верно. Документы доказывают мотив и доступ. Не сам приказ на нападение.

Роэн посмотрел на папки.

— Но я больше не сомневаюсь.

— Вы можете не сомневаться лично, — сказала я. — Публично нам нужны документы.

Он усмехнулся.

— Иногда рядом с вами трудно забыть разницу.

— Для этого меня и держат.

Он посмотрел на меня.

— Уже не только для этого.

Лорен тихо кашлянул.

Я почувствовала, как лицо предательски теплеет.

Старик совершенно спокойно взял одну из папок.

— Я, пожалуй, проверю маркировки. Вы оба можете продолжить разговор после того, как я уйду, чтобы не заставлять пожилого человека делать вид, будто он ничего не замечает.

— Лорен, — сказал Роэн.

— Что? У меня действительно есть работа.

Он вышел.

Я посмотрела на дверь.

— Иногда он ужасен.

— Вы ему нравитесь.

— Это не оправдание.

— Нет.

Мы остались вдвоем.

На столе лежали доказательства пятнадцатилетней системы узд, письмо погибшей женщины и имя человека, которому Роэн доверял почти как отцу.

Любой романтический разговор здесь казался неуместным.

Поэтому я не начинала.

Роэн тоже.

Он подошел к окну.

За ним были горы и часть долины.

— Я вчера решил, что верну Теону имя, если найду достаточно доказательств.

— Нашли.

— Да.

— Тогда что мешает?

— Последний страх.

Я ждала.

— Когда я объявлю его живым, назад дороги не будет. Никакой новой могилы. Никаких тайных документов. Любой чиновник сможет увидеть имя. Любой враг будет знать, где искать.

— Они уже знают.

— Знаю.

— И именно поэтому старая схема больше не защищает.

Он повернулся.

— А если я ошибусь снова?

Вот он.

Не маршал.

Не корпус.

Не закон.

Самое простое.

Роэн боялся принять второе большое решение и однажды обнаружить, что оно оказалось неправильным.

Я подошла.

Остановилась перед ним.

— Тогда будете исправлять снова. В этом и состоит жизнь. Никто не даст вам решения, после которого невозможно ошибиться.

— Когда цена ошибки — мой сын, это плохое утешение.

— Поэтому вы не принимаете решение один. Есть документы Селии. Есть Лорен. Норен. Я. И есть сам Теон, который уже сказал, что не хочет больше быть мертвым.

Роэн опустил взгляд.

— Он не понимает всех последствий.

— Конечно. Ему шесть. Но понимает последствия нынешней жизни. И это тоже имеет значение.

Он кивнул.

— Завтра вернемся в Ранвель.

— Если Кальд ушел.

— Ушел. В письме Марты написано, что отряд покинул поместье поздно вечером. Остались два чиновника в Берене, но законного основания занять дом у них нет.

— А потом?

— Соберу копии всех документов. Лорен подпишет заключение по узде. Норен подтвердит состояние дракона и способность Теона без медицинских подробностей. Запрошу внеочередное собрание высших всадников.

— Не императорскую канцелярию?

— Сначала собрание.

Я нахмурилась.

— После всего, что сделала Селия, вы опять идете через корпус?

— Не тайно и не к одному человеку. Публичное собрание с представителями всех крупных крыльев, несколькими членами двора и судебными наблюдателями. Дейран не сможет закрыть документы одним распоряжением.

Это имело смысл.

— И Теон?

Роэн посмотрел прямо на меня.

— Придет со мной.

Я почувствовала тревогу.

— В столицу.

— Да.

— После записки Селии «не веди его к Совету».

— Тогда она боялась, что его приведут туда тайно как редкий объект и передадут людям, которые уже контролировали программу. Сейчас я собираюсь привести его открыто, при свидетелях, назвать своим сыном и сразу представить доказательства, почему никакая закрытая опека над ним невозможна.

Я подумала.

Риск был огромным.

Но разница тоже.

— Он должен знать заранее.

— Узнает.

— И если он испугается?

— Найдем способ сделать так, чтобы рядом были люди, которым он доверяет.

— Например?

Роэн посмотрел на меня.

Ответ был очевиден.

— Вы.

Я замолчала.

Он продолжил:

— Я хочу, чтобы вы поехали с нами в столицу.

— Как воспитательница?

— В том числе.

— Роэн.

— Элина, я не хочу больше делать вид, что вы просто человек, которого нанял заниматься уроками Теона.

Я почувствовала, как снова меняется весь смысл разговора.

— Тогда кем вы меня считаете?

Он не ответил красивой фразой.

Не стал говорить про судьбу.

Просто подошел ближе.

— Человеком, которому доверяю сына. Человеком, к которому иду, когда сам не понимаю, правильно ли поступаю. Женщиной, которую хочу видеть рядом утром, вечером и после того, как все это закончится. Этого достаточно честно?

Достаточно.

Даже слишком.

Я посмотрела на него.

— Вы прекрасно выбрали место для признания. Вокруг документы о заговоре, в соседней комнате ваш сын, а за окном пятнадцать драконов.

— В Ранвеле постоянно что-нибудь мешало. Решил перестать ждать идеального момента.

— Разумно.

Он улыбнулся.

— Третий раз за неделю.

— Не считайте.

Роэн поднял руку и коснулся моей щеки.

Я не отступила.

После первого поцелуя все было иначе.

Тогда мы только признали, что притяжение существует.

Сейчас между нами уже лежало намного больше.

Недоверие первых дней.

Могила Теона.

Ночные разговоры.

Полет.

Страх.

Споры.

И то, как Роэн сегодня сказал «я хочу видеть вас рядом после».

Я сама сделала последний шаг.

Поцеловала его первой.

Роэн ответил сразу.

На этот раз осторожность продержалась недолго.

Его рука легла мне на талию, другая осталась на щеке. Я