Да, моя королева! Дилогия - Татьяна Ткачук

- Моя служанка спит и видит десятый сон. А ты что – боишься?..

- Боюсь. Сделать тебе больно, глупышка моя! – он пробежался быстрыми поцелуями по подбородку, шее девушки, потом горячие губы сместились на плечи и ниже, до кромки ткани, скользя по верхней части груди, и Лера выгнулась дугой – так ошеломляющи были эти поцелуи.

Между тем одна рука парня дернула за ленту, удерживающую юбку девушки, и она сползла вниз, повинуясь желанию Юн Хо. Его губы нашли в темноте маленькую горошинку соска, а вторая ладонь накрыла упругий холмик девичьей груди, а затем большой палец обвел ареолу, отчего второй сосок тоже стал твердой горошинкой, необычайно чувствительной. Девушка всхлипнула от необычных ощущений и вцепилась пальцами в волосы Юн Хо. А руки мужчины уже пустилась в путешествие по мягким изгибам ее тела, обрисовывая тонкую талию, стройные бедра и округлые ягодицы, в то время как язык и губы блуждали от груди к животу, до самой тесемки штанов.

- Юн Хо-о-о… – простонала она, стараясь как можно быстрее закончить эту сладкую муку и получить больше, гораздо больше.

- Тише, тише, любовь моя, – прошептал он, разводя в стороны колени девушки и гладя внутреннюю часть ее бедер.

- Ну же, Юн Хо… – она прогнулась в спине, упираясь пятками в постель и приподнимаясь навстречу ему. – Пожалуйста… Пожалуйста… Я хочу…

- Сейчас, сейчас, королева моя, – он дернул тесемку, распуская ее, и одним движением стянул вниз штаны.

Теперь Валерия лежала перед ним, совершенно обнаженная, смутно белея в темноте нежным телом. Но, как ни странно, она не чувствовала ни стыда, ни смущения – лишь нетерпение, желая поскорее стать еще ближе к мужчине, почувствовать всего его.

Юн Хо рывком стянул с себя черную рубаху, распустил тесемку штанов и вот уже лежал сверху на девушке, умостившись между ее ног и опершись на локти.

Лера едва слышно засмеялась, закинув руки ему на шею.

- Что такое, любимая? – прошептал он, вновь принимаясь целовать нежную шейку и грудь, одновременно ведя горячей ладонью по дрожащему от желания телу. – Замерзла? Дрожишь…

- Не от холода, – ответила она. – Ты такой… большой…

- Я буду очень нежным, милая! – пообещал парень, сгибая ее колени. А потом его ладонь скользнула вниз, накрывая средоточие ее женственности, проникая пальцем туда, где до него не был ни один мужчина. Лера дернулась, но он удержал, шепнув: «Не бойся, маленькая!»

А дальше она потерялась в неистовых поцелуях своего мужчины, растворилась в его напоре и страсти и, лишь когда резкая боль пронзила ее тело, вскрикнула, но и этот единственный вскрик потонул в поцелуе, которым он закрыл рот возлюбленной. Невольные слезы покатились по щекам девушки, пылавшим, разгоряченным тем, что сейчас происходило между ними.

Разбойник замер, давая ей возможность привыкнуть к нему внутри, и только покрывал поцелуями мокрые щеки, глаза со слипшимися стрелками ресниц, губы, и шептал, шептал о том, какая она красивая, как он любит ее и никому не отдаст, не позволит забрать ее у него.

И вот уже сама она вновь стала отвечать на поцелуи, а когда Юн Хо начал двигаться, сначала осторожно, медленно, качнула бедрами ему навстречу, ловя ритм, вцепившись пальцами в широкие плечи, заводя ладошки на гладкую обнаженную спину, проводя ноготками по горячей коже…

Он довел девушку до пика, до вершины, когда ей показалось, что она взрывается, превращается в миллион мелких ликующих частичек, и не в силах сдерживаться, содрогаясь в судорогах наслаждения, она протяжно, сладостно застонала, но тут же была заткнута поцелуем. Мужчина совершил еще несколько сильных рывков и последовал вслед за любимой, свалившись на девушку, и скатился вбок, чтобы не придавить ее хрупкое тело своим весом.

Он длинно, шумно выдохнул, восстанавливая дыхание, и прижал Леру к себе, все еще оставаясь внутри нее.

- Моя любовь… Спасибо…

- За что?.. – сонно отозвалась она.

- За вот это, – он качнул бедрами, прижимая ее к себе. – И за это… – рука скользнула по боку, переместилась на обнаженную ягодицу, двинулась вниз по бедру. А губы накрыли желанные лепестки нежных губ девушки. – Я люблю тебя, принцесса!

- Я люблю тебя, мой милый! – отозвалась она, горячо отвечая на поцелуи.

- Ты же будешь ждать меня, сладкая? Я вернусь, а потом мы уедем и уже навсегда будем вместе, моя маленькая королева!

- Ты неисправим, Юн Хо! Ну, какая я тебе королева?..

- Моя королева, – ответил он.

- Ну, если я королева, значит, ты – мой король? – хитро спросила Лера.

- А разбойник может быть королем?

- О, в истории было множество случаев, когда жуткие разбойники становились правителями, – хихикнула девушка.

- Откуда тебе это знать?

- Просто верь: я знаю! – ответила она, ласкаясь к мужчине.

Он укрыл ее нагое тело одеялом, укутав в него, как в кокон, и положил головку девушки себе на вытянутую руку.

- Юн Хо…

- М-м-м?..

- Тебе нужно идти… Как бы кто не увидел…

- Да, конечно, – вздохнул он. – Как бы я хотел вечно засыпать рядом с тобой и просыпаться, видя перед собой твое прекрасное лицо!..

- Я верю, так и будет, любовь моя! – откликнулась девушка.

- Да, так и будет! – эхом повторил Юн Хо вслед за ней и усевшись на одеяле, начал наощупь искать свою одежду.

Вскоре он был полностью одет, и даже меч пристегнут к поясу.

Валерия завернулась в одеяло и встала, чтобы попрощаться с ним.

- Жди меня через десять дней, – сказал разбойник, целуя ее кончик носа.

- Будь осторожен. Береги себя, – напутствовала девушка, прижимаясь к любимому.

- Конечно! Я должен быть осторожным – ведь теперь у меня есть ты, – он снова приник к ее губам, как будто был не в силах оторваться от желанной девушки. – Всё, сокровище, я пошел! Люблю тебя!.. – и он, и впрямь, наконец, осторожно открыл дверь и, подхватив с пола сапоги и держа в другой руке ножны с мечом, скрылся в коридоре.

Лера осторожно задвинула дверь. Вернулась к разворошенной постели, еще пропитанной запахом страсти, и торопливо набросила на голое тело юбку, обернув вокруг груди ленту и завязав их просто, привычной ей одинарной петлей, когда один конец остается короче другого, так что, дернув за него,