Ее истерзанные звери - Э. П. Бали

Я вижу, как Коса и Мардук мысленно просчитывают ситуацию. Лайл и Дикарь обмениваются многозначительными взглядами. Они прекрасно понимают, какая мифическая сила требуется для того, чтобы начисто вырвать ногу. И они знают, у каких тварей хватило бы наглости даже попытаться провернуть такое.

Но мне не хочется думать об этом прямо сейчас.

Я утаскиваю Минни в телевизионную комнату, велев Дикарю и Йети привести нашу девичью банду аним.

Минни снова берет меня за руку:

— Я не стану говорить, какая ты потрясающая или что-то в этом роде, — тихо произносит она, — потому что ты и так знаешь, что я считаю тебя невероятной. Но это полный пиздец, Лия. То, что с тобой сотворили, — это дико и ужасно, и мне так жаль.

Мы включаем телевизор ради фонового шума — что-то бессмысленное и не слишком веселое. Подруги приходят довольно быстро, и первой в дверях появляется Сабрина. Она уже меньше похожа на призрака, чем раньше, но все еще одета в свое любимое черное худи. Правда, на этот раз оно выглядит чистым. Переступив порог, она испуганно прижимает ладонь ко рту. Я тянусь к ней, и она садится рядом со мной. Следом заходит Стейси и втискивается между ногой Сабрины и моей левой, вцепляясь в меня так, словно пытается удержать меня от распада на куски.

Сабрина опускает голову мне на плечо.

— Мы убьем их всех, Лия.

Эти слова эхом отдаются в памяти. Я прижимаюсь головой к ее макушке и вздыхаю.

— Но не сегодня, — шепчу я.

— Сегодня, — шмыгает носом Стейси, — мы будем жрать вредную еду и смотреть сопливые мелодрамы про эпоху Регентства.

На экране как раз появляется пара той эпохи, с безумной тоской глядящая друг на друга через длинный обеденный стол.

Мы сидим так, пока в наших животах не начинает урчать. В этот момент в дверях показывается Лайл и своим директорским тоном велит нам идти к столу, куда Мардук, Йети, Блэр и Блейд уже несут горячую еду.

Стейси и Сабрина по-девичьи хихикают:

— Слушаемся, сэр! — и при этом многозначительно мне улыбаются.

Примерно на середине бургера с картошкой какое-то шестое чувство заставляет меня уже в третий раз посмотреть в окно. Коса нежно проводит костяшкой пальца по моей щеке.

— Аурелия.

Я медленно моргаю, реагируя на его прикосновение.

— Он здесь, верно?

Его глаза всматриваются в небо за стеклом.

— Как ты узнала?

Я перевожу взгляд на окно, и с моих губ срывается едва слышный шепот:

— Просто чувствую.

— Я не подпущу его к тебе. Он знает, что должен держаться на расстоянии. Ты не обязана его прощать. Даже если он вытащил тебя из того ада. Даже если он… помог тебе исцелиться. Ты ничего ему не должна.

В животе неприятно покалывает. Коса разгадал правду. Полагаю, он знает Ксандера даже лучше, чем я.

— Я знаю это. Просто я… — Мои руки начинают дрожать, и я сцепляю пальцы в замок.

Дикарь, обнимающий меня с другого бока, утыкается носом в мою брачную метку. Мне нужно, чтобы они были рядом. Все они. Каждый раз, когда Дикарь ластится ко мне, я чувствую себя дома. Но на этот раз я понимаю, что он делает это ради собственного успокоения.

Стая Костеплет так и осталась расколотой. Предав меня, Ксандер предал их всех. Что-то внутри меня отчаянно хочет это исправить. Склеить осколки и вернуть все как было, если бы не одно «но»…

Мы никогда больше не будем прежними.

Ксандер создал вечную трещину. Рану, которая никогда не срастется. И мне как-то придется научиться с этим жить.

Внутри меня что-то скручивается от дикой боли, я сгибаюсь пополам, хватаясь за грудь, а перед глазами все плывет. Руки, сжимающие тело, мелко дрожат. Это слишком. Слишком много для одного человека.

— Что случилось? — пугается Дикарь.

Что-то заставляет меня посмотреть на Косу. Его небесно-голубые глаза полны невыплаканной боли. Словно он в точности знает, что я сейчас испытываю. Он чувствует то же самое.

— Что мне делать? — умоляю я.

— Я не могу тебе сказать, — тихо отвечает моя акула. — Но того Ксандера, которого мы когда-то знали, больше нет.

Глава 79

Ксандер

When the Party’s Over — Billie Eilish

Я лечу над темной пустынной дорогой, ведущей к Академии Анимус, когда знакомое крошечное черное пятнышко на земле заставляет меня обернуться. Маленькое существо пытается ползти по грязи.

Мое магическое зрение отчетливо видит красно-серую ауру. Птица, больше похожая на сбитое машиной животное, находится на волосок от смерти. Но я знаю, как много она значит для Аурелии и Дикаря.

Я пикирую вниз, сложив крылья и стрелой направляясь к несчастному пернатому. В самую последнюю секунду я резко расправляю крылья и закладываю вираж. Оказавшись у самой земли, я принимаю человеческий облик и падаю с высоты пары футов, приземляясь в облако пыли. Рядом я бросаю спортивную сумку со своими штанами и футболкой.

— Что, черт возьми, ты творишь? — недоверчиво произношу я, приседая на корточки и разглядывая его крошечное, взъерошенное тельце.

Юджин весь покрыт грязью и кровью, его глаза полузакрыты. Он вытягивает крылья в стороны, и они мелко дрожат от истощения. Птица страшно обезвожена, и он определенно получил тепловой удар, проведя неизвестно сколько часов под палящим летним солнцем.

— Ты что, пешком шел весь путь от поместья Дракосов? — ужасаюсь я, смахивая муравьев, которые вовсю ползают по нему.

Он издает слабый, пищащий звук. Свирепый хищник внутри меня жаждет раздавить его, но я знаю, что Аурелии это очень не понравится.

— Ну и глупая же птица, — бормочу я, после чего направляю в него свою силу.

Только когда я вытаскиваю Юджина с порога смерти, я снова перекидываюсь в зверя, осторожно подхватываю его когтями и лечу в сторону Академии.

* * *

Час спустя я замечаю внедорожник Лайла, мчащийся по дороге, и улетаю со спокойной душой лишь тогда, когда они благополучно проезжают сквозь ворота Академии. На подлете к защитному куполу, накрывающему всю территорию, я впервые чувствую сильное напряжение. Его магия вибрирует по мере моего приближения, опасно и предостерегающе мерцая. Я резко взмываю вверх, не долетев до барьера, и замираю перед смертоносным плетением — инстинкты в один голос твердят, что оно сожжет мою кожу дотла.

В животе рождается тяжелое, нехорошее предчувствие. Мне приходится ограничиться тем, что я делаю несколько кругов вдоль защитного периметра, и, убедившись, что все спокойно, я улетаю на всю ночь.

Я направляюсь к близлежащему городку и даже не утруждаю себя тем, чтобы одеться, когда захожу