Отбор невест, или Три орешка для темного - Наталья Самсонова

— А в итоге?

— А в итоге ее преподаватели решили, что она увидела свое будущее и не справилась с разочарованием. Все это вот тут.

Подруга подскочила к своей тумбочке и вытащила из нее свеженькую, еще пахнущую краской и зельями книгу.

— «Не играй с огнем»,— прочитала я название книги. — Что это?

— Это жизнеописание самых известных пророков и провидцев. История Амелии Эльхимеи Рёнг дана под сноской. Автор, некий Карлус Неизвестный, говорил о том, что одного лишь дара недостаточно. Что нужна сила воли.

— И некоторое количество монет,— вздохнула я,— чтобы уберечься от неосмотрительных решений.

— Вот, видишь? Сноска и копия фотокарточки из личного дела,— Эрмина открыла заложенную закладкой страницу. — Она?

— Она,— кивнула я.

Мне было немного стыдно. Я утаила от подруги содержание пророчества. Указала лишь на то, что призрак рыдал и сожалел о том, что сунулся в эту авантюру.

— Но дело может быть и не в деньгах,— предположила Эми. — Вдруг это декан ей предложил? Ради диплома?

— Нет,— я покачала головой,— она же именно о деньгах говорила.

Иногда мне казалось, что у меня в руках клубок спутанных ниток. И я никак не могу выбрать, за что тянуть, чтобы распутать это безобразие!

— Ладно,— Эми уверенно подошла к двери,— если бы оно могло взорваться, оно бы это уже сделало. Итак, у нас… А. Всего лишь расписание на неделю.

Я вытащила свой экземпляр и заинтересованно хмыкнула. Нас вновь будут проверять на магический дар. Точнее, на степень принуждённости драконицы.

— Я боюсь,— Эрмина отложила листок. — Иногда, закрыв глаза и сосредоточившись, я слышу ее ровное, спокойное дыхание.

— Я, м-м-м, тоже слышу,— покивала я. — И, что немаловажно, королевский артефакт позволит всем убедиться, что наш внутренний зверь существует, просто пока спит.

И храпит так раскатисто, что ночами я порой вздрагиваю и просыпаюсь. У меня иногда складывается впечатление, что моя красавица планирует еще лет десять проспать. Хотя иногда мне снится грозовое небо, яркие молнии и мы-я несущиеся сквозь плотные тучи.

После таких снов подушка всегда мокра от слез, но я стараюсь не зацикливаться на этом.

— Драэ Магре Ильгертон предлагала мне попить полезные отвары, чтобы быстрее пробудить драконицу. Иногда я жалею, что отказалась.

— Нет такой отравы, которая могла бы приблизить этот момент,— возразила я. — Но зато есть токсины, которые так отравляют организм, что единственный способ выжить — обратиться. И, поскольку в нас силен инстинкт самосохранения, мы действительно способны обрести крылья досрочно. Но что это будут за крылья? Ты знаешь, что в поколении наших бабушек и дедушек многие не летают? Именно из-за того, что это зелье не было запрещено!

— Но зачем обращаться в дракона, если не ради полета? — оторопела подруга.

— Ты не ту драэ-ри спрашиваешь,— фыркнула я. — Мне снятся грозовые облака, и я не могу дождаться того дня, когда по моей чешуе скользнет первая молния.

— Ох,— поежилась подруга,— я буду летать только в ясную погоду. Но ты… Да, ты из тех, кто будет покорять шторма. И где-то рядом будет махать крыльями мрачный дракон с седой чешуей!

— Пф, он будет в гуще событий,— отмахнулась я. — У Сайарда душа искателя приключений!

— Вообще, я скорее имела ввиду твоего отца, ведь, вероятно, твоя почтенная маменька тоже будет где-то в сердце шторма,— фыркнула Эми.

Тут я была вынуждена согласиться. Мой папенька поднимался в небо только следом за супругой. И он крайне, крайне не любил грозы. Он даже провел свое масштабное исследование нашего королевства — хотел найти такую область, где меньше всего штормов.

И он, кстати, нашел. Вот только там были ядовитые болота, испускавшие смертельный газ, что привело маменьку в неистовый восторг. Она до сих пор вспоминает чудесный городок Смог-на-Эдаре и то, как сильно он ей понравился.

— Но во всем этом есть и хорошее,— я наставила на Эрмину палец и та, поежившись, ушла из под прицела.

— Что именно?

— Нам не нужно переживать,— я тут же загнула палец, а затем и второй,— и нам не нужно готовиться.

Подруга скептически посмотрела на меня и вкрадчиво уточнила:

— А до этого мы и переживали, и готовились, да?

— У нас есть конспекты,— я кивнула в сторону своей тумбочке,— и лично я волновалась.

Эрмина пожала плечами:

— Я спросила Генриха о том, волнуют ли его цифры на моем браслете.

— И?

— Его волнует только моя безопасность,— порозовела подруга. — И безопасность сестры с ее подругой, разумеется.

— Он молодец,— кивнула я. — Страшно представить, что было бы с Эльгоном, если бы…

Я не договорила, но Эрмина меня поняла:

— Такой дракон не смог бы спокойно спать. Но, с другой стороны, помолвленных на отбор не берут.

— Тоже верно.

— Ты не знаешь, чем для него все кончилось? — тихо спросила подруга. — Не ждет ли нас еще одна встреча с ним?

— О, нет,— я покачала головой. — Не то чтобы мне было много известно, слухи там, слухи тут. Его приговорили к десяти годам ссылки.

Одно время я хотела спросить Сайарда о судьбе Эльгона. А затем перехотела. Еще не хватало, чтобы мой некромант начал переживать. Не то чтобы я считала Сая ревнивцем, нет. Но, на мой взгляд, он раним. И вполне мог решить, что бывший жених все еще тревожит мое сердце.

— Прогуляемся? — предложила Эрмина. — Просто так, без цели.

— Бзз? — из-под моей подушки выполз чуть помятый Марк Аврелий.