Я буду ждать тебя в Париже… - Марьяна Литвина

– Едем?

Аня утвердительно кивнула, а затем произнесла:

– Но…

– Скажи мне…

– Что ты сказал полицейскому по телефону?

– Что моя невеста часто забывает нажать зелёную кнопку при отключении сигнализации. Ты же забыла нажать зелёную кнопку?

Аня кивнула, немного опешив, и отвернулась к окну. Ник повернул ключ зажигания. Ночной Париж проплывал за окном автомобиля, сверкая своими огнями.

–Ты устала? Хочешь снять туфли? – спросил Ник, видя как Аня расслаблено растеклась по сиденью.

Аня аккуратно освободила свои ноги из элегантных лодочек и почувствовала невероятное облегчение. Путь занял немного времени и, когда Ник припарковался, Аня хотела вновь надеть туфли.

– Можешь не надевать, – сказал вдруг Ник.

Он открыл дверцу автомобиля со с той стороны, где сидела Аня, которая решила, что он хочет максимум помочь ей выйти. Но Ник неожиданно подхватил Аню на руки. Аня замешкалась, но затем обвила одной рукой шею Ника.

– Всё в порядке, – улыбнулся Ник. – Зачем эти трудности с туфлями, если я могу помочь. Только достань ключи, пожалуйста.

Ник нёс Аню словно пушинку. Ей казалось, что она летела. Запах его тела, его волос пьянили не меньше, чем шампанское, что подавали в Мулен Руж. Тяжелая главная дверь дома поддалась достаточно быстро. Ник и Аня оказались в маленьком пространстве лифта, который принёс их на нужный этаж. Аня повернула ключ в замке входной двери и они наконец-то оказались в квартире. Ник бережно опустил Аню на пол и закрыл дверь. Аня подумала о том, что нужно пожелать Нику спокойной ночи и уточнить во сколько они завтра выезжают в Сан-Мало. Она только открыла рот, чтобы произнести первый звук. Ник одной рукой обхватил её талию и притянул Аню к себе. Их глаза встретились. Грудь Ани взмывала под платьем из-за её учащенного дыхания. Ник нежно коснулся своими губами губ Ани. Не встретив сопротивления, он проник языком в её рот. Аня закрыла глаза. Второй рукой Ник скользнул по её груди. Аня почувствовала, что её соски становятся твёрдыми, а между ног разливается горячая влага. Ник оторвался от её губ и почти невесомыми поцелуями стал покрывать её шею, двигаясь от уха и ниже. В этот момент земля ушла из-под ног Ани и впервые в жизни полностью отключился её разум, что в следующую секунду повергло её в страх. Аня резко отпрянула от Ника, который выглядел растерянным из-за её этих действий.

– Спокойной ночи, – сказала Аня, собрав всю свою волю в кулак.

– Спокойной ночи, – ответил Ник, мгновенно став рассудительным и галантным, которым был в обычной жизни.

Аня направилась к своей комнате, но на полпути остановилась:

– В котором часу мы завтра выезжаем?

– В десять, чтобы успеть к обеду. Тебе будет удобно? – говорил Ник с присущей ему вежливостью.

Аня кивнула и вошла в свою комнату. Она упала на кровать и пыталась прийти в себя, но затем решила лечь спать. Завтра предстояла дорога. И им придётся ехать вдвоём. Ане от этой мысли и раньше становилось не по себе, а сейчас тем более. Тихим хлопком закрылась дверь в комнату Ника. Аня вздохнула и натянула пижаму. Нужно было поставить будильник. Около десятка пропущенных звонков от мамы. Наверное, она хотела ещё что-то рассказать о Паше, или о том, что говорят родственники, или просто напомнить дочери, что она глупая. Всё это в этот самый момент казалось таким неважным. Неважно, что Паша сейчас занимается сексом со своей разнузданной пантерой после ужина в ресторане а-ля карт турецкого отеля, неважно, что, возможно, он никогда не вернётся в семью и неважно, что мама думает по этому поводу. Важным для Ани на тот момент был только поцелуй, во время которого будто планета остановилась и время замерло. Этот поцелуй постоянно повторялся в её сознании, будто кто-то постоянно в её голове перематывал плёнку на этот момент. Аня ворочалась с боку на бок: уже слегка стихшее желание и запах Ника, впитавшийся в её кожу, не давали ей расслабиться. Где-то под утро, перебрав все мысли в своей голове и проведя внутренние диалоги, она провалилась в сон.

“I remember when, i remember, I remember when I lost my mind…” – запел дуэт Гнарлс Баркли. Эта песня стояла на будильнике Ани уже около двух лет, но сегодня она звучала особенно. Аня открыла глаза и прокрутила в своей голове план действий.

“Это была ошибка. Я замужняя женщина. Надо просто это забыть,” – повторила про себя Ани и решительно встала с постели. Она отправилась в ванную. Сердце стучало немного чаще из-за беспокойства в связи с большой вероятностью столкнуться с Ником. В квартире было подозрительно тихо. Дверь в комнату Ника была заперта. Аня приняла душ, высушила волосы. В спальне она уже хотела надеть футболку и песочные брюки, которые приготовила ещё вчера утром для этой поездки, но она посмотрела на себя в зеркало. Для женщины, что смотрела на неё в отражении, песочных брюк и футболки было недостаточно. Взгляд Ани остановился на коробке с бельём из Галереи Лафайет. Аня решительно открыла коробку. Бежевое кружево на её теле смотрелось роскошно. Аня покрутилась у зеркала. Она нравилась сама себе. Далее Аня облачилась в платье в стиле прованс жёлтого цвета, подаренное ей Юлей. Платье до колен скрывало её стройные ноги, но открывало плечи, придавая им трогательности и кокетливости рукавами-фонариками. И последний штрих- тот самый аромат из магазина Люка. Аня смотрела на себя в зеркало, в отражении она видела не почти разведенную женщину, а женщину, которая сама себе нравилась, с загадкой в виде страстного кружева белья и изюминкой в виде запаха спелой малины после дождя в ложбинке на шее между ключицами. Аня быстро собрала небольшую дорожную сумку, которую обычно брала с собой в полёт в ручную кладь. Чемодан она решила оставить в Париже. Комплект чёрного кружевного белья, туфли от Лабутена и духи закинула Аня в сумку в первую очередь. До этого в первую очередь она брала с собой в дорогу аптечку.

Без пяти минут десять Аня уже сидела на диване в гостиной. У её ног стояла готовая дорожная сумка. В квартире было тихо. Аня уже начинала немного нервничать. Ровно в десять повернулся ключ в замочной скважине и Аня вздрогнула. Она думала, что нужно казаться непринужденной и делать вид, будто вчера ничего и не произошло. На пороге появился Ник. Он улыбнулся своей лучшей из улыбок, увидев Аню, которая резко встала с дивана.

– Бон