Я буду ждать тебя в Париже… - Марьяна Литвина

– Идём, – подал руку Ник.

Аня понятия не имела, куда они идут и зачем она так одета, но при этом не хотела останавливать происходящее. Она чувствовала себя Золушкой, которую вместо кареты на бал уносил автомобиль бизнес класса. И наконец она доехала до бала. Аня, взяв под руку Ника, шла по горящему огнями району Пигаль. В витринах магазинов для взрослых красовалось всё, что они могли предложить покупателями. Но сдержанную Аню это не испугало. Всё это казалось не запретным и порочным, а сказочным и влекущим.

– Мне было семнадцать, – рассказывал Ник, пока Аня с любопытством разглядывала манекены в костюмах для ролевых игр. – В Нью-Йорке у меня был много шансов переспать с подвыпившими девчонками на вечеринке, но мне почему-то этого не хотелось. Девчонки считали меня странным.

Аня представляла этого красивого недотрогу и разнузданных американок, пытавшихся его соблазнить, но оказавшихся недостаточно уточненными для него.

– А потом я приехал в Париж к папе, – продолжал Ник. – Он спросил, как у меня дела с девочками. Не помню, что я тогда ответил, но отвел меня сюда. Не удивлюсь, если Кристин до сих пор работает. Моя первая женщина. Она была проституткой, но казалась более аристократичной, чем мои сверстницы из элитной школы. Вот в этом доме она принимала.

Ник указал на один из старинных домов, окна которого горели огоньками. Они остановились напротив этого дома. Там внутри кипела жизнь. И, может, в данный момент очередной красивый мальчик получал свой первый урок любви. Откровения Ника ничуть не смущали Аню, а наоборот добавляли ему какой-то трогательности.

– Кристин творила чудеса, но была при этом деликатной. Она показала мне как нужно правильно любить женщин на огромной кровати с включенной люстрой. Я был невероятно счастлив, что это случилось именно так, а не на родительской кровати в чьем-то доме под клубную музыку и чей-то громкий смех за стеной. А потом мы с папой пошли в Мулен Руж. Пили шампанское и смотрели шоу.

Ник посмотрел на часы:

– Идём.

Они подошли к ярко красному зданию со светящейся мельницей.

– Папа предпочитал другое кабаре. Но Мулен Руж – это классика. И мы пошли тогда сюда, – Ник увлёк Аню внутрь.

Похожий на Жана Рено метрдотель в дорогом костюме указал Ане и Нику на их столик. Пока они шли к назначенной цели через зал с приглушенным светом, мужчины за другими столиками бросали взгляды на Аню. Она этого не замечала, а Ник, замечавший всё, крепко держал её за талию. Дамы в красивых вечерних платьях сверкали украшениями, мужчины в элегантных костюмах звенели бокалами. Ник и Аня сели за маленький столик: их стулья находились в непосредственной близости друг от друга, что заставляло Аню испытывать некоторую неловкость. Официант принёс шампанское и закуски. После пары глотков игристого Аня смогла немного расслабиться, хотя они с Ником соприкасались плечами и он периодически что-то рассказывал ей на ухо. К ним подошёл слегка жеманный фотограф с выкрашенными в пепельный блонд волосами. Ник прильнул в Ане, обняв её. Фотограф нажал на кнопку фотоаппарата, взглянул на цифровой экран и показал большой палец. Ник улыбнулся ему. Вскоре красный бархатный занавес распахнулся и началось представление. Красивые танцовщицы в вычурных нарядах с обнаженными торсами танцевали кан-кан. В перерывах между танцами на сцене появлялись акробаты и фокусники. Ане казалось, что она попала в начало двадцатого века и снаружи сейчас ездят редкие смешные автомобили с круглыми фарами. Аня завороженно смотрела на сцену. Она пила шампанское в компании мужчины, которого знала несколько дней, не могла оторвать глаз от полуголых статных артисток кабаре и ей это без сомнения нравилось. Хорошо, что её мама этого не видит. Аня даже не думала о Паше, который, наверное, сейчас пил виски после ужина в баре у бассейна, как и тысячу раз до этого. И он совершенно точно впал бы в ступор, если бы увидел, чем занимается сейчас его жена по собственному желанию с огромным удовольствием.

После шоу Аня и Ник шли к выходу. Аня держала Ника под руку, так как ощущала усталость в ногах от лаковых лодочек в конце вечера. Из ниоткуда перед ними возник фотограф с волосами цвета пепельный блонд и вручил Нику две фотографии в рамке и два коробка спичек с этой же фотографией. Аня открыла рот от восторга. Это было очень красивое фото, будто из журнала светской хроники.

– Тебе нравится? – спросил Ник.

Аня утвердительно закивала. Ник расплылся в улыбке. Аня тщетно пыталась вспомнить хоть одно совместно фото с Пашей, хотя бы отдалённо напоминающее их это фото с Ником. Даже кадры с их свадьбы не были наполнены какой-то особенной нежностью и магией, которая обычно бывает между двумя влюбленными. Аня и Паша будто были два неподходящих друг другу пазла. На фото в зале кабаре Аня вся светилась изнутри и они с Ником были будто едиными целым.

Тело Ани ломило от усталости, но это была сладостная усталость. Сегодняшний день казался бесконечным: Аня забрала вагинальные шарики, оказалась в полиции, а потом отправилась в красивом платье прямиком в район Пигаль. Столько приключений, сколько ей подарил этот день, она не переживала за всю свою жизнь. Аня и Ник сели в машину. Аня вздохнула и вытянула ноги.

– Ты могла бы что-то написать для меня на этом фото? – друг спросил Ник, указывая на их фото из кабаре.

– Конечно…– ответила Аня.

– Жаль, нет ручки…

– У меня есть, – Аня быстро достала из сумочки шариковую ручку с названием фирмы, где она работала.

Ник вытащил фото из рамки и передал Ане:

– Напиши на русском… Что хочешь. Что чувствуешь.

Аня замешкалась, а затем красивым почерком написала на обратной стороне фото: “Этот день я запомню на всю жизнь. Даже если будут дни лучше. Спасибо.” Ник забрал фото, взглянул на подпись и улыбнулся, будто догадался, о чём там шла речь. Аня протянула ему ручку и их второе фото в рамке, которое досталось ей. Медово-янтарные глаза Ника наполнились теплотой. Он внимательно посмотрел на Аню и, скользя ручкой по плотной бумаге, начал выводить французские слова. Аня немного смутилась от того, что была намного скромнее в выражении своих чувств: Ник убористым красивыми буквами заполнил почти оборотную сторону фото формата А4. Аня ощутила острое желание понять хотя бы одно слово из тех,