Портал к тебе - Александра Никишаева

Он стал лицом проекта. Он был везде: на каждой конференции, в каждом правительственном отчёте, на каждой глянцевой обложке. Он больше не был просто «гением». Он стал идолом, вокруг которого выстраивали культ успеха.

Именно тогда в нашей жизни всё чаще начал появляться человек, которого Дэмиан терпеть не мог.

Рейнар Ван-Голд.

Я впервые по-настоящему заметила это на одном из закрытых приёмов. Дэмиан настоял, чтобы я пошла с ним.

— Сегодня будет много важных людей, — сказал он утром, сосредоточенно поправляя перед зеркалом галстук. — Постарайся не исчезнуть хотя бы в первой комнате.

Я тихо усмехнулась, поправляя тяжёлое платье.

— Я могу постараться не сбежать через ближайший портал.

Он улыбнулся, но взгляд его остался холодным, почти предостерегающим.

— Я серьёзно, Элис.

Я тогда ещё не понимала, почему он так напряжён. Пока не увидела Рейнара.

Он стоял у высоких окон, ведущих в сад, в окружении двух представителей торговой гильдии. Свет многочисленных хрустальных люстр скользил по его светло-пепельным волосам, а льдисто-голубые глаза в этом освещении казались почти бесцветными, прозрачными.

Он не выглядел человеком, который пытался привлечь внимание. Он вообще не прилагал к этому никаких усилий. И именно поэтому его присутствие ощущалось физически — как холодный сквозняк в натопленной комнате.

К нему не тянулись с восторженным придыханием, как к Дэмиану. К нему подходили осторожно. С глубоким уважением, которое граничило с опаской.

— Ван-Голд, — процедил Дэмиан.

Я посмотрела на него и вздрогнула от того, как резко изменилось его лицо. Вся эта маска обходительного гения мгновенно слетела.

— Ты его знаешь? — шёпотом спросила я.

— К сожалению.

В его голосе было столько неприкрытой, концентрированной неприязни, что я даже удивилась. Это была не просто конкуренция. Это была какая-то глубокая, почти инстинктивная ненависть.

— Он владеет половиной металлургического рынка страны и сетью железных дорог, — пояснил Дэмиан, и в его голосе проскользнула едва скрываемая желчь. — И считает, что это даёт ему право вмешиваться во всё, что происходит в промышленности.

— Разве он вмешивается? — тихо спросила я.

Дэмиан бросил на меня короткий, острый взгляд.

— Пока нет.

Через несколько минут Рейнар подошёл к нам. Его походка была уверенной, почти хищной, но при этом абсолютно спокойной.

— Дэмиан Скотт.

Они пожали руки. Улыбка Дэмиана была безупречной — той самой, которая покоряла обложки журналов и сердца инвесторов.

— Рейнар Ван-Голд.

Но я уже знала этот взгляд. Я видела его сотни раз в отражении зеркала, когда Дэмиан смотрел на людей, которых считал своими соперниками. Это был взгляд владельца, который оценивает стоимость препятствия перед тем, как его устранить.

Затем Рейнар перевёл глаза на меня. Его взгляд был тяжёлым, пронзительным, словно он видел меня насквозь, игнорируя шёлк платья и бриллианты на шее.

— Мисс Барнс. — Он почтительно склонил голову.

Я удивлённо моргнула. Моё сердце пропустило удар.

Дэмиан рядом со мной чуть заметно напрягся, его пальцы сильнее сжали мою руку, почти до боли.

— Вы знакомы? — в голосе мужа прорезались стальные нотки.

— Мы встречались в вашем офисе.

Рейнар сделал короткую, многозначительную паузу, которая в этой шумной толпе показалась мне бесконечной.

— В тот день у вашей жены было очень обеспокоенное лицо.

Я почувствовала, как внутри что-то неприятно кольнуло. Это было похоже на укол ледяной иглы, пробившей слой уютного, навязанного мне тепла. Он вспомнил. Он заметил то, что я так отчаянно пыталась забыть, задвинув глубоко в подсознание под влиянием слов Дэмиана и Камиллы.

Я посмотрела на Рейнара, и мне вдруг показалось, что в его бесцветных глазах мелькнуло что-то похожее на... понимание.

Дэмиан улыбнулся — безупречно, как всегда.

— Вы слишком хорошо всё запоминаете.

— Иногда это полезное качество, — спокойно ответил Рейнар.

Между ними повисла короткая, густая тишина. Я не до конца понимала, что именно сейчас происходит в этом безмолвном диалоге, но кожей чувствовала напряжение, которое буквально искрило в воздухе.

Рейнар снова посмотрел на меня.

— Как ваши исследования?

Я оживилась впервые за весь вечер. Глаза заблестели, и я даже забыла о туфлях, что растёрли мне ноги в кровь. В этот краткий миг всё — и эта удушающая роскошь, и фальшивые улыбки вокруг — перестало иметь значение.

— Сейчас я работаю над стабилизацией пространственного контура. Мы пытаемся добиться полной синхронизации частот, чтобы...

— Элис, — мягко, но твёрдо перебил меня Дэмиан.

Я осеклась на полуслове. Он положил ладонь мне на поясницу, и я почувствовала, как его пальцы собственнически сжали ткань платья.

— Технические подробности вряд ли будут интересны мистеру Ван-Голду, — произнёс он, и эта фраза прозвучала как вежливый приказ замолчать.

Рейнар медленно, очень внимательно перевёл взгляд с его руки на лицо Дэмиана. Он не сказал ни слова, не выразил протеста. Вот только уголок его рта едва заметно дёрнулся в подобии усмешки.

— Разумеется, — коротко ответил он.

Он попрощался и ушёл, оставив после себя ощущение странного, холодного спокойствия. Я неосознанно проводила его взглядом, чувствуя, как внутри всё ещё вибрирует неоконченный разговор о контурах.

— Странный человек, — заметила я.

— Опасный, — поправил Дэмиан, и в его голосе снова послышался металл.

— Почему?

— Потому что он привык получать всё, что хочет.

Я пожала плечами, всё ещё пребывая в лёгком оцепенении.

— Значит у него плохой вкус. Он явно ошибся в своих желаниях.

Дэмиан рассмеялся — громко, искренне — и притянул меня к себе, вжимая в своё плечо.

— Вот за это я тебя и люблю.

Я улыбнулась в ответ, прислонившись к нему. Но почему-то, когда мы вышли из зала и шум приёма остался позади, я всё