Зависимость от чудовища - Стейси Кроу

Глава 46

Федералы задали мне несколько вопросов, формальность, как они сказали. Я отвечала механически, не слыша собственного голоса. Кто-то накинул мне на плечи куртку чужую, огромную, пахнущую табаком. Через несколько минут Кастил вернулся. Молча взял меня за руку и повёл к своей машине. Я не сопротивлялась. У меня не было сил даже на это.

Стекло было холодным, я прислонилась к нему лбом и смотрела, как за окном проплывают огни. Принстон возвращался к жизни — редкие машины, пустые тротуары, мокрый асфальт после недавнего дождя. Обычный город. Обычная ночь. В которой моя жизнь перевернулась окончательно и бесповоротно.

Кастил молчал. Вёл машину уверенно, одной рукой, второй сжимая руль так, что костяшки побелели. Я чувствовала его напряжение — оно висело в воздухе, тяжёлое, почти осязаемое. Но мне было плевать.

— Так это ты был всё это время, да? — Спросила я.

Голос прозвучал глухо, как из-под воды. Я даже не повернула головы — продолжала смотреть в окно, на убегающие огни.

— Да, — ответил он. Коротко. Без оправданий.

— Ты псих, — сказала я. В голосе не было злости. Только усталость. Бесконечная, выматывающая усталость. — Знаешь же об этом, да?

Он помолчал. Я видела его отражение в стекле — напряжённый профиль, сжатые челюсти.

— Я не псих, — сказал он наконец. — Я такой, какой есть.

Я усмехнулась. Горько, надорванно.

— Ты жесток, — сказала я. — Сейчас же отвези меня домой. И прошу, умоляю тебя... не появляйся в моей жизни больше никогда.

Он резко выдохнул. Сжал руль так, что я услышала, как скрипит кожа.

— Ты не хочешь этого, — сказал он тихо. — Я нужен тебе.

Я повернулась к нему. Впервые за всю дорогу. Смотрела в его профиль, в эти его татуировки, в руки, которые я узнала бы из тысячи.

— О, ты правда в это веришь? — Спросила я. Голос дрожал, но я заставляла себя говорить. — С твоим появлением в моей жизни происходит полный пиздец, Кастил.

— С моим появлением? — Он повернул голову, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на усмешку. — Сия, я не лишал тебя стипендии. Я не выселял тебя из общаги. Я не заставлял твою мать врать и принимать наркотики. Я не бил твоего брата.

Я открыла рот, чтобы возразить, но он продолжил:

— Единственное, в чём я виноват перед тобой это Брэд. Я избил его. И он решил отомстить, используя тебя. В остальном... — он помолчал, — в остальном твоя жизнь разваливалась сама. Я просто оказался рядом.

Я смотрела на него, и внутри закипала злость. Глупая, беспомощная злость, потому что он был прав. Чёрт бы его побрал, он был прав. Приянка, стипендия, выселение - это сделал не он. Мать, Дешон, наркотики - это случилось без его участия.

Но это не отменяло того, что он сделал.

— Ты следил за мной, — сказала я, и голос мой окреп. — Ты врывался в мою комнату по ночам. Ты надевал маску и пугал меня до полусмерти. Ты заставил меня целовать окровавленную биту. Ты... — голос сорвался, но я заставила себя продолжать. — Ты делал со мной то, чего никто не имел права делать. Ты играл со мной, как с игрушкой.

— Я не играл, — сказал он тихо.

— А что это было? — Я почти кричала. — Ты получал удовольствие от моего страха? От того, что я не знала, кто ты? От того, что я боялась заснуть, потому что ты мог прийти?

Он молчал. Смотрел на дорогу.

— Ты мне противен, Кастил, — сказала я, и в голосе не было злости. Только правда. Такая, какая есть. — Всё, что ты делал - это мерзко. Ты пугал меня, манипулировал мной, влезал в мою жизнь без спроса. Ты не лучше Брэда. Ты просто на его фоне выглядишь спасителем, потому что вовремя пришёл.

Он резко нажал на тормоз. Машина дёрнулась, меня мотнуло вперёд, ремень безопасности впился в плечо.

— Не сравнивай меня с ним, — сказал он. Голос его был низким, опасным. — Никогда.

— А чем ты лучше? — Я не отводила взгляда. — Он хотел меня изнасиловать и убить. Ты хотел меня... что? Сделать своей? Заставить полюбить? Ты такой же одержимый псих. Просто у тебя другие методы.

Он смотрел на меня. В темноте салона его глаза блестели — тёмные, горячие, бешеные.

— Я спас тебя, — сказал он. — Сегодня. И не раз до этого.

— Ты же и создал эту угрозу! — Выкрикнула я. — Если бы ты не избил Брэда, он бы не тронул меня. Если бы ты не влез в дела его семьи, он бы не хотел моей смерти. Ты принёс опасность в мою жизнь, а потом изображаешь героя, когда её устраняешь.

Он замолчал. Надолго. Так надолго, что я