Пышка по протоколу, или Босс, держите корону! - Алекс Скай

В день знакомства с Кириллом Грантом я поняла одну простую вещь: если судьба решила столкнуть тебя с мужчиной, который привык владеть миром, она обязательно сделает это в тот момент, когда у тебя поехала стрелка на колготках, в сумке разлился кофе, а новое платье внезапно вспомнило, что оно куплено не для войны, а для красивой жизни.

Платье, кстати, было отличное. Изумрудное, с запахом, подчёркивало талию, грудь и всё то, что тётя Нина с первого этажа называла «богатством», а продавщица в бутике — «нестандартной посадкой». Я называла это проще: моё тело. Пышное, живое, упрямое и абсолютно не обязанное помещаться в чужие представления о допустимых размерах.

Но даже самое уверенное тело иногда хочет, чтобы на входе в стеклянную башню корпорации «Грант Инвест» его встретили не взглядом охранника, скользнувшим от моих туфель до папки с документами, а хотя бы банальным:

— Доброе утро.

Вместо этого мужчина за стойкой безопасности посмотрел на меня так, словно я принесла в деловой центр не программу тренинга для совета директоров, а клетку с бешеным павлином.

— Курьерский вход с торца здания, — сказал он.

Я остановилась перед турникетом, поправила ремень сумки на плече и улыбнулась самой вежливой улыбкой из своего арсенала. Той самой, которой обычно сообщают людям, что они только что наступили на мину, но у них ещё есть шанс красиво отойти назад.

— Замечательно. А вход для женщин, которые пришли объяснить вашим начальникам, почему фраза «я тут главный» не является универсальным переговорным инструментом, где?

Охранник моргнул.

— Вы к кому?

— К руководству «Грант Инвест». В десять ноль-ноль у меня тренинг по деловому протоколу.

Он посмотрел в монитор. Потом снова на меня. Потом снова в монитор. В этот момент я почти услышала, как в его голове скрипят шестерёнки: пышная женщина в ярком платье, деловой протокол, совет директоров, десятый этаж, фамилия Платонова. Всё это никак не хотело складываться в один аккуратный корпоративный пазл.

— Паспорт, — наконец сказал он.

— Конечно.

Я протянула документ и внутренне похвалила себя за то, что не добавила: «И благословение на прохождение в царство строгих костюмов тоже нужно?»

На самом деле я нервничала. Очень.

За семь лет работы консультантом по этикету и деловому общению я видела много самоуверенных руководителей. Были мужчины, которые путали харизму с громкостью голоса. Были женщины, способные одним взглядом заставить секретаря пожалеть о своём рождении. Были наследники крупных компаний, уверенные, что столовые приборы различаются только степенью бесполезности. Но «Грант Инвест» стоял особняком.

Эта корпорация была как дорогой нож: блестела, резала точно и не извинялась. Управлял ею Кирилл Аркадьевич Грант — человек, о котором деловые медиа писали с таким восхищением, будто он не компанию построил, а собственноручно передвинул Уральские горы на более выгодное место.

Тридцать шесть лет. Миллиардер. Владелец инвестиционной группы. Холодный. Жёсткий. Гениальный. Неприятный.

Последнее слово в статьях, конечно, не писали. Но между строк оно стояло с такой выразительностью, что его можно было распечатать крупным шрифтом и повесить в переговорной.

Меня наняла директор по персоналу «Грант Инвест» — женщина с мягким голосом и глазами человека, который давно понял: проще научить тигра пользоваться вилкой, чем убедить Кирилла Гранта не перебивать партнёров на третьей секунде разговора.

Через месяц у компании должен был пройти закрытый цикл встреч с зарубежными инвесторами. Ставки были огромными. Репутационные риски — ещё больше. Кирилл Грант, как мне объяснили, был блестящим стратегом, но иногда на переговорах производил впечатление не лидера, а элегантного катка, который случайно надел дорогой костюм.

Моя задача звучала просто: подготовить руководство к деловым встречам, светскому ужину, публичной презентации и приёму в посольской резиденции.

Моя внутренняя задача звучала честнее: выжить.

— Проходите, — охранник вернул паспорт и выдал гостевой пропуск.

На карточке было написано: АРИНА ПЛАТОНОВА. КОНСУЛЬТАНТ.

Я прикрепила пропуск к платью. На секунду задумалась, не слишком ли высоко он висит, потом решила, что грудь у меня не доска объявлений, и оставила как есть.

В холле пахло дорогим деревом, свежими цветами и деньгами, которые никогда не знали, что такое «до зарплаты ещё четыре дня». Мраморный пол отражал каблуки, стеклянные стены отражали людей, а люди отражали корпоративную философию: меньше эмоций, больше контроля.

У лифта стояли трое мужчин в одинаково безупречных костюмах. Они говорили тихо, но с той интонацией, которой обычно обсуждают судьбу рынков или чужую некомпетентность. Один из них скользнул по мне взглядом. Не грубо. Нет. Грубость хотя бы честная. Он посмотрел так, как смотрят на вещь, не указанную в регламенте.

Я улыбнулась ему.

Он отвёл глаза.

Вот за это я любила свою работу. Люди думают, что этикет — это про вилки, бокалы и «разрешите представиться». На самом деле этикет — это умение не вести себя как павлин в брачный сезон, даже если у тебя годовой бонус больше бюджета маленького города.

Лифт поднял меня на десятый этаж так быстро, что я не успела окончательно убедить себя в собственной невозмутимости.

Двери разъехались.

И я попала в царство стекла, металла и тишины.

В приёмной за длинной стойкой сидела девушка с идеальной укладкой и выражением лица, которое сообщало миру: «Я уже всё поняла, но пока делаю вид, что у вас есть шанс».

— Доброе утро, — сказала я. — Арина Платонова, тренинг для руководства.

— Вас ждут, — девушка поднялась. — Я Лика, помощник Кирилла Аркадьевича. То есть… одна из помощников. Главная по тем вопросам, которые ещё не взорвались.

Мне она сразу понравилась.

— Приятно познакомиться, Лика. Вопросы часто взрываются?

— В этой компании? — Она на секунду задумалась. — Только по будням.

— Утешительно. Сегодня вторник.

— Именно поэтому я с утра уже дважды пересобирала график, один раз объясняла партнёрам, что «Кирилл Аркадьевич скоро подключится» не означает «он считает вас неважными», и трижды просила финансовый отдел перестать писать письма капсом.

— Капс — это крик души, — сочувственно сказала я.

— У нас это стиль управления.

Она повела меня по коридору. За стеклянными стенами сотрудники сидели за мониторами с такими лицами, будто каждый из них лично отвечал за курс валют, погоду в столице и настроение Кирилла Гранта. Последнее, подозреваю, было самым опасным.

— Кирилл Аркадьевич будет на тренинге? — спросила я.

Лика замедлила шаг ровно настолько, чтобы я поняла: вопрос попал в яблочко, но яблочко было подвешено над