Чудо для Hot-табыча - Влада Ясная

«стоит только позвать». У меня же совершенно иного рода квалификация. Я считаю клуб не просто работой, а своего рода искусством — искусством заставлять плакать влиятельных и властных, повелевать ими, доминировать. Поэтому чтобы ни задумал мой новый босс — черта лысого он меня получит в том смысле, в котором хотел получить в день нашей первой встречи.

В приемной его офиса сидит клон девушки с ресепшена: даже улыбается так же.

— Здравствуйте, вы, должно быть, к Тимуру Абесовичу? Он вас уже ждет! — услужливо приглашает она.

— Спасибо, Танюш, — расплывается в пошлой улыбке мой провожатый, намереваясь войти в кабинет «босса».

— Ох, не, вы меня не поняли, — Танюша искренне беспокоится, а ее глазки оценивающе бегают по моей фигуре. — Тимур Абесович попросил пропустить к нему только Надежду Земскую и велел больше никому его не беспокоить.

Вот оно как. Запланировал приватный разговор, значит. Прелестно.

— Надежда Александровна, прошу вас, — Танюша распахивает передо мной дверь из лакированного цельного дерева и шагу не дает ступить внутрь помощнику Хоттабыча.

Странно, но даже после минутного общения, Танюша начинает мне нравиться. Надеюсь, она вызовет полицию, если я начну кричать, или скорую, если Хоттабыч начнет распускать руки, и придется ему что-нибудь откусить.

Оказавшись за дверью, я не сразу замечаю, что стою с раскрытым ртом. Во-первых, я ожидала обычную офисную обстановку с кожаным креслом босса, огромным столом и минимумом деталей интерьера. На деле я оказалась в огромном зале, который размерами и высотой потолков мог бы поспорить с готическим собором. При этом отсутствие громоздкой мебели и точечное освещение придает помещению воздушности. Потолок украшает люстра в виде зеленых ветвей со свечами, будто парящими в воздухе. Гулкое эхо шагов вязнет в ворсе восточного ковра под ногами. Хозяин кабинета сидит нога на ногу в высоком кресле у окна и потягивает что-то из хрустального бокала. На полукруглом столике из каленого стекла россыпью драгоценных камней теснятся разноцветные цукаты и вазочки с вареньем. На Хоттабыче белая рубашка плотно обтягивает каждый мускул, небрежно расстегнуты верхние пуговицы, на темно-синих брюках аккуратно отутюжена каждая стрелочка.

— Надежда Александровна, — мерно растягивая слова, босс изображает нечто среднее между кивком и полупоклоном. — Приятно видеть ваше преображение!

Вот гад! По его мнению, до этого я на улицах людей пугала? Ну-с, спасибо тебе, благодетель. Понимая, что мой новый и теперь единственный начальник — тот еще гандон, я старалась сохранить невозмутимое выражение лица.

— Буду откровенен, мне купленная сфера деятельности неинтересна, — наглец проходится по мне взглядом от носков туфель до самой макушки, а затем расплывается в улыбке. Видимо, остался доволен моими метаморфозами.

Хоттабыч поднимается из кресла, обходит полукруглый стол и останавливается прямо передо мной. Какой же он огромный! Просто как кусок гранитной скалы — вот-вот упадет и накроет, даже мокрого места не останется. Впечатляет, сложно не согласиться.

— Меня интересует только одна, — он садится на край письменного стола и чуть склоняется к моему лицу.

— Догадываюсь какая, — не могу сдержать я ехидства, а по спине ползет холодок от предчувствия, что именно от меня он этого и потребует.

— Деньги, — довольно скалится босс, посылая дыханием теплую волну, в момент окутавшую мое тело. Против воли я чувствую его всего: его запах, похожий на морской бриз, тепло его тела под мягкой тканью рубашки, его силу.

— Что, простите? — меня немного повело от убаюкивающего тембра голоса и стойкого запаха его парфюма.

— Деньги, Надежда Александровна. Для меня в первую очередь в приоритете прибыль. Вы приносите хорошую прибыль, поэтому вы для меня ценный ресурс. Я забочусь о том, что мне ценно, и никогда не делюсь, — Тимур Абесович посылает мне свысока предостерегающий взгляд, выпрямившись и расправив плечи, хотя куда еще шире. Бр-р-р. Аж до костей пробирает. — И я всегда получаю то, что мне нужно.

— Меня? — в моем тоне проскальзывает возмущение.

— Прибыль, капитал, но тут вы правы, да в этом вы мне поможете. Все же развлекательная сфера для меня в новинку. Если мы с вами сработаемся, моя благодарность не заставит себя ждать, — тембр голоса мягкий и бархатистый, почти гипнотический.

— Позвольте узнать, что теперь входит в мои обязанности? — я вдруг понимаю, что мне все еще не предложили сесть, хотя кресел в комнате предостаточно.

— Сущая малость, — наиграно отмахивается Хоттабыч, — держать меня в курсе происходящего и следить за сохранением клиентуры. Будете подробно докладывать о заказах на вип обслуживание и клиентах. Да, достать денег для меня не вопрос, но в любом бизнесе главное не деньги, а слаженная работа. Как ни крути, Надежда Александровна, предложение более чем заманчивое по сравнению с вашей конторской работой. К тому же такой стремительный взлет по карьерной лестнице. Насколько я помню, Антон вас подобрал на улице, как бездомную кошку.

Чертов шайтан растягивает губы в такой мерзкой улыбочке, что хочется стереть ее сапогом. Решил напомнить мне, что он теперь не клиент, а хозяин. От злости я вонзаю маникюр в кожаную сумочку, а так хотелось бы расцарапать его наглую рожу!

— Я подумаю, — вкладываю в ответ столько льда, что хватило бы набить им сотню ведерок с его столика, где он держит запотевшую бутылку.

— Тут не о чем думать, Надежда Александровна, теперь это ваша единственная работа. Любимая работа, — Хоттабыч поднимает бокал, одним взглядом говоря: «Ваше здоровье».

— Надеюсь, интимные услуги не входят в мою любимую работу, — я передразниваю его тон.

— Я знаю, что такое харассмент, Надежда Александровна, — Хоттабыч поднимается с края стола и жестом приглашает к двери. — Если вы мне не доверяете, хотя я крайне не рекомендую такой подход, то можете проконсультироваться у Танюши насчет нашей корпоративной этики.

С этими словами он поворачивает ручку и пропускает меня вперед.

— Жду вас вечером на шоу.

Но сегодня же понедельник!

Босс улавливает мое недоумение и медленно кивает:

— Постарайтесь отдохнуть и будьте вовремя.

Танюша улыбается, когда я встречаюсь с ней взглядом и улыбка ее кажется насквозь фальшивой. Никто не провожает меня к лифту. Пока еду вниз пытаюсь вызвать такси через приложение. Пальцы едва попадают по нужным буквам, и свой адрес удается набрать только с пятого раза. Конечно, шикарное авто вместе с водителем испарились на жаре. Меня разбирает досада. Чертов шайтан все специально подстроил, чтобы указать на мое место. Хороша у них корпоративная этика! Еще и рассказывай ему во всех подробностях, чем я с клиентами занималась! Подрочить больше не на что? Черта с два они меня снова здесь увидят! Отправлю заявление по почте.

— Виолетту ко мне сейчас, — даю