Ваша вина - Мерседес Рон

Я подчинилась правилам Ника и не надела нижнее белье. Шелк сорочки облегал мои изгибы, словно масло. Грудь прижималась к ткани, притягательно и очень чувственно угадываясь сквозь нее. Я хотела увидеть, какое лицо будет у Ника, когда он увидит меня в таком виде… Да уж, мне стало смешно: он и полсекунды не выдержит, сорвет с меня эту сорочку.

Я оставила волосы распущенными, позволив им свободно спадать на спину, и нанесла на губы бальзам со вкусом клубники.

Выйдя босиком из гардеробной и направившись на кухню, я уловила восхитительный аромат пряных трав. Петрушка, базилик…

Я нашла Ника у входной двери — он расплачивался с курьером, который протягивал ему три большие коробки, доверху наполненные чем-то, что я тут же идентифицировала как еду.

Ах он лжец!

Увидев меня в конце коридора, курьер вытаращил глаза. Эта реакция привлекла внимание Николаса, и он обернулся, чтобы посмотреть, что именно повергло парня в ступор. Его глаза отреагировали точно так же, и темное, очень темное желание отразилось на его лице. Он крепко стиснул челюсти и чуть ли не швырнул деньги бедному курьеру, доставившему еду. Он буквально захлопнул дверь у него перед носом.

— Ты лжец, — сказала я, указывая на контейнеры.

— На тебе есть что-нибудь под этой сорочкой?

Я улыбнулась, не до конца понимая, изменилось ли его настроение. Мы оба знали, что ему крайне не понравилось то, что какой-то случайный курьер увидел меня почти голой.

— Если бы на мне что-то было, я бы нарушила одно из твоих правил, разве нет?

Он отставил контейнеры с едой и осторожно приблизился ко мне, медленно, словно лев, кружащий вокруг газели.

— Не дай бог тебе нарушить правила, — сказал он, подходя еще ближе. Он обвил руками мою талию, слегка приподнял сорочку и крепко прижал к себе, словно я была жидкостью, которая могла утечь сквозь пальцы. — Что ты на себя надела, Веснушка?

Я похлопала ресницами и посмотрела на него.

— Французское белье, выбранное специально для тебя, — ответила я.

Его руки еще крепче сжали покрывавшую меня ткань.

— Ты выглядишь так, будто только что сошла с моих самых эротических фантазий, любимая, — произнес он, уткнувшись лицом в мою шею и лаская кожу кончиком носа.

По телу пробежала крупная дрожь.

На нем были серые пижамные штаны и белая хлопковая футболка. Просто, но чертовски сексуально. Нику больше ничего и не требовалось, хотя, ну…

Я положила руки ему на бедра, а затем скользнула под футболку. Мне хотелось прикоснуться к этим кубикам пресса, хотелось увидеть эти косые мышцы…

— Сними её, — едва слышно прошептала я.

Я почувствовала, как он улыбается.

Он отстранился, отпустил мою талию и сделал шаг назад, чтобы посмотреть мне в лицо. Он окинул меня взглядом с ног до головы, словно гурман, любующийся изысканным деликатесом и облизывающий губы.

Не отрывая от меня взгляда, он быстрым движением стянул футболку. Одно простое движение правой руки — и вся эта загорелая, гладкая и потрясающая кожа предстала перед моими глазами. Я прикусила губу, борясь с желанием укусить его.

Я уже давно вот так не останавливалась, чтобы просто пожирать его глазами, чтобы восхититься тем, как же мне повезло выйти замуж за такого мужчину. Мужчину, который одним лишь взглядом мог расплавить меня до мозга костей.

— Так лучше? — спросил он, позабавленный тем, как я только что просканировала его взглядом.

И этот мужчина — отец моего ребенка? Эта гора костей, мышц и оголенных нервов…

— Поедим? — спросила я, так как мне нужна была минутная передышка.

Ник слабо улыбнулся и нежно погладил меня по щеке.

— Я заказал ужин в одном из лучших ресторанов города, но снаружи все приготовил сам, — с гордостью заявил он.

Любопытство взяло верх надо всем остальным. Я взяла его за руку, и мы вышли на задний двор дома, туда, где простирался белый песок, а море плескалось всего в нескольких метрах.

Там, в лунном свете, Ник расстелил большое белое покрывало, прижав его по краям четырьмя огромными ракушками, чтобы легкий бриз его не сдул. Он разложил голубые подушки, чтобы мы могли лежать, а в центре поставил большую разделочную доску, заменявшую столик. На ней были аккуратно разложены сыры, фрукты, шоколад и стояла бутылка ледяного шампанского.

Он осветил наш уютный уголок двумя факелами, отбрасывавшими тени на белое покрывало. В небе за нами с веселым любопытством наблюдала полная луна, желая узнать, чем займутся эти двое молодых людей — мы — или, скорее, в какую игру мы собираемся сыграть.

— Как красиво, Ник, — прокомментировала я, делая шаг вперед.

— Подожди здесь секундочку, — бросил он.

Он поцеловал меня в щеку и вернулся в дом. Я слышала, как он чем-то шуршит на кухне, а затем весь свет в доме погас. Пляж освещался лишь факелами, светом луны и звезд, которые, как мне казалось, никогда еще не сияли так ярко.

Ник вернулся с тарелкой морепродуктов и поставил ее на доску в центре покрывала. Затем протянул мне руку, приглашая присоединиться к нему в этом маленьком романтичном гнездышке, которое он подготовил.

Он сел и раздвинул ноги, чтобы я могла уютно устроиться у него на груди. Прежде чем приступить к еде, мы немного посидели, глядя в небо и вслушиваясь в шум прибоя.

— Кажется, впервые за много лет я чувствую себя так умиротворенно, — вздохнула я, пока мой муж тянулся губами к ложбинке за моим ухом, рассыпая легкие поцелуи вплоть до правого плеча. Он нежно спустил бретельку ночной сорочки, снова поцеловал меня, а затем вернул ее на место.

— Проголодалась? — спросил он, снова выпрямляясь и глядя на меня.

Внезапно я почувствовала себя одиноко. Я хотела, чтобы он сидел позади меня, хотела, чтобы он меня обнимал.

— Очень, — ответила я, не сводя с него глаз.

Ник весело улыбнулся и взял устрицу с тарелки с морепродуктами. Медленно наклонился и поднес ее к моим губам.

— Я никогда их не пробовала, — с сомнением посмотрев на него, призналась я.

— Тебе понравится, — уверенно заявил он.

И мне понравилось, еще бы мне не понравилось. Все, что он принес, было восхитительным. Когда мы доели устриц, он откупорил бутылку шампанского, наполнил два бокала и протянул один мне.

— За долгую жизнь рядом с тобой, любовь моя, — произнес он, пристально глядя мне в глаза.

От этого