Воспламененная им - Кайли Кент

— О, вы сын миссис Уильямсон? Конечно, позвольте мне кое-что переставить, и я усажу вас с вашей подругой за столик. — Она перелистывает несколько страниц в планшете.

Присмотревшись, я вижу карту со списком имен рядом с каждым столом.

— Вот этого, пожалуйста. Я здесь никого не знаю. Это не моё обычное место, поэтому мне будет гораздо комфортнее, если вы посадите меня рядом с мисс МакКинли, — я указываю на имя Брианны.

— О, конечно, мистер Уильямсон. Если я могу что-то сделать, чтобы вам было комфортнее, дайте мне знать, — она краснеет, глядя куда угодно, только не на меня.

— Спасибо, Кэти, ты настоящая прелесть. — Я ухмыляюсь и захожу в комнату, а Чейз кашляет за моей спиной, чтобы скрыть свой смех. — Ладно, Ромео, какой план?

— План такой: я не уйду отсюда сегодня, пока Бреанна и её придурок-дружок не узнают, кому она принадлежит. — Я улыбаюсь, видя, что моя девушка уже сидит за столом.

Однако эта улыбка сползает с моего лица, когда я вижу руку, обнимающую её за плечо. К тому времени, как я наконец добираюсь до их столика, я уже кипю от злости и готов отрубить эту чёртову конечность.

Наклонившись между их головами, чтобы они оба могли слышать, я говорю:

— У тебя есть две секунды, чтобы убрать эту руку из моей девочки, прежде чем я вырву её из твоего чёртового сустава, Бенни.

Повернувшись к шокированной, а теперь и разозлённой Брианне, я целую её в щёку.

— Бреанна, как всегда, рад тебя видеть.

В то время как лицо Бена бледнеет, а его рука быстро отстраняется от Бри, ее губы сжимаются, плечи распрямляются, и она сжимает нож для масла, лежащий на столе перед ней.

— Какого черта ты здесь делаешь, Эш? — хрипло шепчет она.

Я сажусь на стул рядом с ней, а Чейз садится рядом со мной и наблюдает с чертовой улыбкой на лице, словно это лучшее развлечение, которое у него было за всю неделю.

— Ну, понимаешь… когда моя девушка говорит, что идет на благотворительное мероприятие с другим мужчиной, можешь поспорить на свою сладкую маленькую попку, что я собираюсь посетить то же самое мероприятие.

Она смотрит на меня так, словно я сошел с ума, и это забавно, учитывая, что ее вырастили двое самых сумасшедших людей, которых я знаю.

— Во-первых, я тебе не девушка. Ты не можешь просто так, за одну ночь, развернуться и решить, что у меня есть то, что тебе нужно. Во-вторых, ещё раз попытаешься угрожать моему другу, и я попрошу отца держать тебя, пока я отрежу тебе твой чёртов язык. Он с радостью это сделает, когда я расскажу ему, где этот язык был этим утром.

У меня нет никаких сомнений, что она осуществит эту угрозу.

— Подожди, где был его язык сегодня утром, Бреанна? Мне нужно это услышать. — Смех Чейза стихает, когда я пну его по голени под столом. Или, что ещё вероятнее, когда он видит, как Бреанна бросает на него убийственный взгляд.

— Правда, Биби? Эш Уильямсон тебя трахнул, а ты мне не сказала? — шепчет Бен, но недостаточно тихо.

— Зачем ей, черт возьми, нужно тебе это говорить?

— Потому что, Эш, мне пришлось вытерпеть бессчетное количество часов, слушая ее болтовню о том, какие фантазии она о тебе вынашивала с тех пор, как нам было по шестнадцать. И это всплывало... часто, — самодовольно говорит Бен.

Что ж, может быть, этот ее друг, в конце концов, не так уж и плох. Я мог бы поработать с этой информацией.

— Заткнись, Бен. Если только ты не хочешь, чтобы я рассказала ему, что ты думаешь о его кузинах, — шипит Бреанна.

— Нет, всё хорошо. Извини, Биби.

— А как же мои кузины? — спрашиваю я в недоумении.

— Что ж, если это насчет Лили и Хоуп, то я полностью с тобой, чувак. Вся эта история с близнецами… Не говоря уже о двух чертовски горячих рыжих девушках. Да, это фантазия, достойная того, чтобы подрочить...

— Закончи предложение, Чейз. Я бросаю тебе вызов. — Чёрт возьми. Меня не особо волнует, с кем встречаются мои кузины. Конечно, если они не мои друзья, и мне не придётся видеть всё это дерьмо. Но я не собираюсь сидеть здесь и позволять кому-либо проявлять к ним неуважение, будь то друзья или нет.

— Итак, Бри, мне очень хотелось бы услышать больше о твоих фантазиях, — я обнимаю ее.

— Что ж, Эш, ты можешь умереть в ожидании. Потому что, уверяю тебя, мои фантазии, наивной шестнадцатилетней девчонки, давно ушли в прошлое.

Я наклоняюсь к её уху, целуя местечко за ним. Чувствую её лёгкую дрожь. Она может делать вид, что забыла о своей подростковой влюблённости. Но мы оба знаем: что бы это ни было между нами, это гораздо больше, чем просто влюблённость.

— Ты хреновая лгунья, Бри. Как тебе удаётся жульничать в покере? Это напоминает мне… Я хочу вернуть свой чек.

Она поворачивает голову, и на секунду мне кажется, что она собирается меня поцеловать. Однако, к моему большому разочарованию, она этого не делает.

— Я уже обналичила деньги, даже пожертвовала их. Так что ты их обратно не получишь.

Она улыбается. Я не улыбаюсь в ответ. Она, блядь, обналичила мой чек — чек, который ей не должен был достаться.

— Ты обокрала меня, Бреанна. Какие у нас будут отношения, если всё началось с воровства? — спрашиваю я её.

— Полегче. У нас нет отношений, Эш. Я не знаю, что у тебя сейчас с головой, но я уверена, что ты просто недосыпаешь или что-то в этом роде. Извините, я иду в дамскую комнату. — Она встает, оставляя меня там — сидеть, как последний болван, — а я смотрю ей вслед.

И только сейчас я замечаю, во что она одета. Чёрт возьми. Белое платье, обтягивающее все её изгибы. Оно обтягивающее, чуть выше колен, с высоким вырезом. Оно приличное, но такое непристойное, что мне ничего не остаётся, как последовать за ней.

Бреанна

Что, чёрт возьми, происходит? У меня такое чувство, будто мой разум в тумане. Я не могу ясно мыслить. Почему именно сейчас, из всех времен, Эш решил, что я ему интересна? До Рождества осталось две недели, нам предстоит провести целых три дня вместе с семьёй. Было и так сложно скрывать от всех мою чёртову подростковую влюбленность. Как мне теперь это сделать, когда я знаю, каково это — быть в его объятиях? Лежать в