Воспламененная им - Кайли Кент

— Я не гребаная шлюха, Эш. Мое тело не продается. Я выпишу тебе чертов чек. — Я мило улыбаюсь ему.

— Конечно, ты не шлюха. Господи Иисусе, Бреанна, убери этот чёртов нож. Мы оба знаем, что ты не отрежешь мне то, что тебе так хочется. — Уголок его губы приподнялся, обнажая маленькую ямочку. Ямочку, которую хочется лизнуть. Чёрт возьми, он прав.

— Поверь мне, детка, я никогда не плачу за секс. И я не собираюсь платить за тебя. Ты будешь работать на меня. Моя секретарша только что уволилась. Мне бы не помешала помощь.

Он серьёзно?

— Разве я похожа на человека, которому нужна работа, Эш? Или на человека, который работал бы на тебя, если бы нуждался?

— Да ладно, это будет весело. Ты можешь отработать эти тридцать тысяч, и мы сможем проводить каждый день вместе. Что еще у тебя запланировано на праздники?

— О, я не знаю? Слетать на папином самолете на Багамы? Есть буквально миллион других вещей, о которых я могла придумать.

— Мы оба знаем, что образ избалованной принцессы тебе не подходит. Скорее всего, ты окажешься в кабинете отца, работая на него. Уверен, бонусы, которые ты получишь от меня, будут гораздо… — он замолкает с лукавой ухмылкой и добавляет: — …приятнее. Можешь начать сегодня вечером. Встретимся в клубе в десять.

Он вырывает нож у меня из рук. Я все еще перевариваю его предложение и его действия. К тому времени, как мой мозг все осознает, его рука уже у меня под платьем, разрезая кружевные трусики по краям.

— Эш, какого черта? — Он возвращает лезвие, и я чувствую, как кружево соскальзывает с моих ног, прежде чем он засовывает обрывки ткани в карман.

— Да ладно, если я слишком надолго оставлю Чейза одного в цивилизованной обстановке, у него могут возникнуть неприятности.

Эш берет меня за руку и ведет через переполненный зал.

— Эш, они были от La Perla. Надеюсь, ты планируешь возместить мне их стоимость. А еще лучше, вычти из 30 тысяч. Те трусики, которые ты только что разрезал, обошлись мне в 300 долларов.

Когда мы вернулись к столику, Чейз был занят разговором с соседкой, а Бенни не сидел на своём месте. Эш отодвинул мой стул и усадил меня. Затем он наклонился и шепнул:

— Кто, чёрт возьми, платит триста долларов за нижнее бельё, Бреанна? Это безумие. Господи, я сэкономлю тебе кучу денег, потому что тебе не понадобятся трусики, когда я рядом.

* * *

Обед, слава богу, прошёл без происшествий. Нервы на пределе, сидя рядом с Эшем. Я всё время себя щипаю, ведь это же не по-настоящему. Как бы мне ни хотелось сказать ему, куда идти и куда он может засунуть свой внезапный интерес ко мне, моя вагина кричит: Да, пожалуйста! Входите. Мы открыты.

Предательница.

Бенни вернулся к столу с размазанной по губам красной помадой. Эш все это время вел с ним вежливую беседу. Чейз то включался в разговор, то отключался, болтая с красоткой, сидящей рядом с ним. Я называю ее так, потому что, ну, она такая и есть. Я знаю ее. Я ходила с ней в школу. Как я умудрилась сидеть с ней за одним столом, я понятия не имею. Я не помню ее имени, но я помню ее саму и то, сколько раз я заходила в туалет только для того, чтобы увидеть, как она ублажает другого члена футбольной команды.

Наверное, стоит предупредить Чейза, что ему лучше сначала сделать прививку от столбняка. Но всему своё время и место, и я не собираюсь устраивать скандал на благотворительном мероприятии и допускать, чтобы имя моей семьи разлетелось по всем газетам.

Когда официант поставил передо мной маленькую тарелку с кусочком шоколадного кекса, украшенного взбитыми сливками и ягодами, у меня потекли слюнки.

— Ммм, вот это десерт, которого стоит дождаться. — Я закрываю глаза и издаю стон, проглотив первый кусочек.

Когда я чувствую, как чья-то рука скользит вверх по внутренней стороне моего бедра, мои глаза приоткрываются. В отличие от прошлой ночи, я не отдергивают руку и не ломаю эти пальцы. Нет, мои ноги, сами по себе, раздвигаются шире и обеспечивают лучший доступ. Все это время я пристально смотрю на владельца руки.

Эш наклоняется и облизывает мои губы. Это могло бы показаться, что он чмокнул меня, но его язык пробежал по моей нижней губе.

— На тебе это намного вкуснее, — бормочет он, когда его палец находит путь к моей сердцевине.

В тот момент, когда он скользит по губам моей киски, он улыбается. Он только что обнаружил, какая я чертовски мокрая. Он медленно обводит вокруг моего клитора несколько раз, прежде чем войти в меня, дважды надавить и снова выйти. Он повторяет эту медленную, мучительную процедуру снова и снова. Я изо всех сил стараюсь сидеть спокойно. Чтобы не начать скакать на его ладони, как на моем новом любимом седле.

— Я хочу, чтобы ты кончила мне на руку, Бри. Я хочу облизать свои пальцы дочиста и весь день ощущать твой вкус на языке, — хриплый голос Эша в моем ухе выводит меня из себя.

Мои ноги сжимают его руку. Все мое тело напрягается, глаза крепко закрываются, а руки сжимают спинку стула. Я мысленно произношу все проклятия и молитвы. Мой рот приоткрывается в беззвучном крике, когда я делаю именно то, что он мне сказал. Я кончаю ему на руку.

Когда я открываю глаза, Бенни смотрит на меня с понимающей ухмылкой. Он достаточно умен, чтобы ничего не говорить прямо сейчас, но я узнаю все об этом, когда мы останемся наедине. Я смотрю на Эша, который беззастенчиво облизывает свои пальцы, и от этого зрелища мне хочется затащить его обратно в ванную и вытворять с ним совершенно непередаваемые вещи.

Эш

— Итак, я только что узнал, что ты уволил свою секретаршу. Что она сделала?

Чейз плюхается в кресло напротив моего стола.

— Ничего. Мне нужна была вакансия, — отвечаю я, глядя на монитор. Весь последний час я пытаюсь разобраться с этими финансовыми отчётами. Каждый раз, когда мне кажется, что я сосредоточен, я смотрю на часы и мысленно отсчитываю минуты до её прихода.

— Зачем? Если ты думаешь, что я буду приносить тебе кофе или забирать вещи из химчистки, ты ошибаешься.

— Чейз, я когда-нибудь просил тебя что-нибудь принести?

— Не меняй тему. Почему ты ее уволил? Ты знаешь, что она может подать на тебя