Стерва для ботана - Юлианна Клермон
— А Ларина?
Коменда бросает на меня раздражённый взгляд.
— Иди… те. Оба.
Не знаю, кого как, а меня дважды просить не надо.
Вылетаю из кабинета, совершенно обалдевшая.
Вот это ботан. Вот это загнул. Точнее, нагнул. Коменду. Не ожидала.
— Ну что?! — меня тут же окружают подружайки. — Что она сказала?! Всё нормально?!
Открываю рот, чтобы ответить…
— Если хочешь, могу посмотреть телефон.
Оборачиваюсь.
Ботан стоит в двух шагах от меня.
— Ты умеешь ремонтировать гаджеты? — тут же влезает Снежана.
— Не все. Но кое-что могу.
Кривлю губы.
— Моему уже не поможешь.
— Не факт. Приноси, я посмотрю.
— Хорошо… Вечером принесу.
Он кивает и спокойно уходит. А я стою посреди холла и хлопаю ресницами.
— Эй… Глеб!
Он оборачивается.
— Это ничего не значит. Не вздумай считать, что мы друзья.
— Я понял.
Могу поклясться, на его лице на долю секунды мелькает едва заметная улыбка.
И эта дурацкая ямочка.
Глава 6
Целый день едва держу маску стервы. Холодной. Собранной. Непробиваемой.
Потому что внутри время от времени трясёт. Вылетать из вуза нельзя, из общаги — тоже. А это едва не случилось. И если бы не ботан…
Что им мои слова? Слова проблемной студентки против слов отличницы и медалистки. Им же неважно, что она напала первой.
А он меня… защищал.
«Могу повторить дословно. Я — свидетель…»
На этом месте внешнее спокойствие снова попыталось дать трещину. Пришлось в очередной раз одёрнуть себя, чтобы не сорваться.
Самерский, с которым мы в этот раз действительно совершенно случайно столкнулись возле одной из аудиторий, лениво и самодовольно ухмыльнулся.
Отзеркалила его взгляд и прошла мимо.
Не интересует. Больше нет.
Краем глаза заметила девицу, томно вздыхающую и старательно хлопающую ресницами в его сторону.
Хмыкнула про себя. Чем дольше будет вздыхать издалека, тем дольше останется непопользованной. Хотя… люди разные. Может, кому-то такое отношение даже нравится. Но только не мне.
Вечером взяла телефон и пошла ботану.
Постучав, услышала приглашение.
Захожу.
Сидит одиноко на кровати, прислонившись спиной к стене, и что-то быстро печатает в ноуте. Длинные пальцы мелькают над клавиатурой с бешеной скоростью.
Увидев меня в дверном проёме, резко захлопывает крышку и встаёт.
— Привет, — смотрит спокойно.
— Привет.
Обвожу взглядом комнату. На одной половине обычный студенческий бардак, вещи раскиданы где попало, под кроватями стоит грязная посуда, на тумбочках конспекты вперемешку с крошками и недоеденными кусками печенья, на столе пятна непонятного происхождения и упаковки из-под супов быстрого приготовления.
На другой половине комнаты чистота и порядок. На тумбочке минимум вещей, конспекты аккуратной стопочкой лежат на окне, кровать заправлена.
Странный у ботана отец — с холодным оружием обращаться не научил, зато приучил держать в своём жилище казарменный порядок.
Прохожу внутрь, кладу телефон на чистый край стола. Глеб подходит с другой стороны.
— Ты обещал посмотреть, — вырывается неловко.
Зачем я это сказала? Он же сам сказал приносить.
Он кивает, забирает телефон. Пара быстрых движений по экрану, задумчивый взгляд, и снова короткий кивок.
— Оставляй. Попробую что-нибудь придумать, — поднимает взгляд. — Ты уезжаешь на выходные?
Вопрос застаёт врасплох. Зачем он спрашивает?
— Да. А что? — спрашиваю хмуро.
— Мне нужно понимать, насколько срочно вернуть телефон.
— У меня завтра четыре пары…
— Хорошо. Я постараюсь успеть.
И снова ни на лице, ни в голосе ни одной эмоции. Не холодно. Не сухо. Просто спокойно.
Внутри стойко повисает странное и неприятное чувство… будто утром ничего не было.
Смотрю на ботана и молчу.
Почему-то хочется снова увидеть эту маленькую ямочку на щеке. Он сразу меняется, когда улыбается. Становится каким-то… живым, что ли?
Элина, куда тебя опять понесло? Ещё не хватало, чтобы ты на ботана запала. Он вообще не в твоём вкусе. Ещё и эта дурацкая ямочка…
Он тебе не нужен. Вообще.
Мысленно даю себе оплеуху. Возвращаю холодный разум. Получается плохо.
Внутри что-то противно скулит и скребётся.
Элина, соберись. Соберись!
Злюсь на себя за эту непонятную слабость, которую никак не удаётся победить. Хочется сорваться хоть на ком-нибудь. Мы проходили это на психологии. Кажется, это называется трансфер. Замещение.
— Ладно. Спасибо. Я пойду, — резко разворачиваюсь и иду на выход.
В дверях буквально сталкиваюсь с Батончиком. С неизменным батоном в руках.
— Здрасьте… — мямлит он, протискиваясь мимо и вынуждая меня прижаться спиной к косяку.
Сверлю его прищуренным взглядом. Внутри всё уже кипит и клокочет.
— Что за помойку вы здесь устроили?! — спрашиваю жёстко, выплёскивая на него негатив. — Чтобы через полчаса был порядок! Полы вымыть. Мусор вынести. Понятно?!
Он сглатывает и быстро кивает.
— И если ещё раз такое увижу… — выхожу, оборвав себя на полуслове.
Глубоко дышу.
Становится значительно легче.
Вот так-то, Ларина. Так держать. Ты — стерва. Помни об этом. Ты не должна быть хорошей и удобной. Ни для кого.
Пролетаю по этажу, иногда кивая знакомым девчонкам. Возвращаюсь в комнату.
Подружайки залипают в телефонах.
— Ну что? — отрывается от видоса Алеся. — Есть шанс?
— Пока неизвестно, — делано равнодушно пожимаю плечами.
— Зря ты этой козе счёт не выставила, — поджимает губы Милка, отрываясь от переписки. — Таких учить надо. Чтобы не борзели.
— Да плевать мне на телефон. Только контакты жалко, — устраиваюсь на кровати и открываю ноут, ввожу пароль и с замиранием сердца захожу в соцсети.
— Это да, — кивает она и продолжает болтать про наглых и зарвавшихся перваков.
Снежка с Алесей её активно поддерживают.
Не слушаю.