Доктор Пышка для бандита. Я тебя не отпускал! - Дана Блэк

— Антон? — позвала я в прихожей и закрыла дверь.

Тишина. Горел свет в коридоре — с вечера. Пахло чужим — чем-то приторным, кажется, женскими духами...

Я прошла в спальню.

И сразу увидела — ящик комода под зеркалом, где я украшения держала — он был выдвинут.

Я ахнула.

Бросилась к ящику и дернула его — пусто! Потом присела и осмотрела пол...

Боже мой, меня обокрали!

А ведь тут было все мое нехитрое богатство! Золотые сережки, которые подарила мама. Цепочка с кулоном — это от бабушки. А еще браслет, пара колец...Даже бижутерия, которую я носила на праздники — всё вынесли!

Антон?!

Из-за того, что я денег не заняла его бывшей Веронике?

Вот так он решил поступить, просто обокрасть меня?

— Ну знаешь, дорогой... — выдохнула в возмущении, телефон достала и набрала его номер.

В динамике потянулись длинные гудки. И сброс. Ещё раз. Ещё. Не берёт.

Вот сволочь!

Закипая от гнева, я отбарабанила сообщение: «Где мои украшения? Ты их взял? Если сегодня же не вернешь все обратно — я заявлю в полицию!»

В сердцах бросила телефон на кровать и запустила пальцы в растрепанные волосы.

Поверить не могу!

Ах он, скотина, как он только посмел!

Забрать украшения...

Слава богу, деньги я дома не храню, а складываю на счет, иначе...

Ну, я ему так не оставлю!

Метнулась в ванную и приняла холодный душ. Собрала волосы в тугой пучок и влезла в удобные брюки, натянула футболку. На ноги — мягкие мокасины.

Из дома вышла мрачная, как туча.

В клинику приехала с опозданием на целый час. Но поскольку хозяин здесь мой отец — с меня никто не спрашивает. И все равно я родством нашим не пользуюсь, я ответственный сотрудник, просто сегодня...

Черт, Антон так ничего и не написал?

Я шла по приемному покою, который жил своей монотонной жизнью и проверяла телефон. В сестринской уже сидела Зоя — она пила кофе и читала детектив на планшете.

— О, явилась, — медсестра подняла голову, сдвинула очки вниз. — Ты бледная. Круги под глазами. Выходной прошел бурно, не выспалась?

— Да, — я рухнула на соседний стул. — Не спрашивай. Привет.

— Не буду, — она подвинула мне кружку с кофе — свой фирменный, с кардамоном. — Лучше скажи: ну как, приезжал к тебе твой касатик?

— Угу, — я поднесла чашку к губам и отпила глоток. В памяти тут же замелькали кадры вечера, ночи, лифт, где мы застряли с Дагаевым и бар, потом его машина, школьная теплица...

И мой сумасшедший оргазм.

Ох, у меня два варианта. Если в школе это он написал тот ужасный список, то...

Зоя мысль мне додумать не дала. Она брякнула чашкой по столу, и я вздрогнула.

— Лина, Лина, я когда звонила, забыла тебе сказать, — она отложила планшет. — На счет касатика твоего.

— Что? — при упоминании о Дагаеве встрепенулась.

— Когда его из больницы вчера забирали — знаешь кто приехал?

Я покачала голова.

— Такая цыпа. Высокая, худая, на каблуках, в кожаном плаще — вся из себя фуфыра. А уж машина у нее — ну просто с картинки. Так он в машину ее и сел.

Кружка в моей руке зависла.

Я переваривала информацию, недоверчиво щурясь.

— Он с женщиной уехал отсюда?

— С женщиной, — кивнула Зоя. — Красивая, зараза. И наглая. Такие только и вьются вокруг богатых мужиков. Так он к тебе приезжал вчера?

Я не ответила. Поставила кружку, встала и подошла к окну. Парковку заливал солнечный свет, и моя старенькая машина смотрелась совсем сиротливо, убого. В голове застыл кадр: Дагаев садится в дорогую иномарку к роскошной незнакомке.

Да как у него наглости хватило потом явиться ко мне!

И я еще сомневаюсь, что это он в школе составил проклятый рейтинг?! Внушаю себе, что мы теперь взрослые, и этот мужчина совсем не тот старшеклассник на байке в кожаной куртке?

Нет и нет!

Как был мерзавцем, гадом, так им и остался!

— Ты не расстраивайся, — попыталась утешить меня Зоя. — Такие мужики — они с одной долго не задерживаются. Их чтобы в стойло загнать — вся жизнь уйдет. От внимания бабского совсем ошашели, разбаловали их, сволочей! Ну да ладно. У тебя вон, Антоша твой есть! Разобрались с ним? Что там ему бывшая названивает?

— Разобрались, — выдохнула.

Я смотрела в окно, на чистое небо и думала: красивая, высокая, худая. Всё, что не есть я. Я — просто пышка из школьной теплицы, с которой было весело пошалить. Толстушка из прошлого, что занимает самую нижнюю строчку в списке на доске объявлений.

— Лина, — позвала Зоя. — Ты, давай, очнись. Смена началась, мужиков этих из головы выброси.

Я кивнула. Вышла из сестринской и свернула в ординаторскую, где у меня лежал халат.

В голове стучало: «Свинка Пеппа».

Джип.

Красивая женщина.

Дагаев предатель.

И вор Антон.

День только начался, а я уже мечтаю, чтобы закончился!

Антон позвонил ближе к вечеру, когда я уже зашивала пациенту глубокий порез на ладони и мысленно была в операционной, а не в разборках с бывшим. Телефон завибрировал в кармане халата, и я, чертыхнувшись, сначала закончила с пациентом.

Потом сняла перчатки, сунула телефон между ухом и плечом и вышла в коридор.

Сама набрала его номер.

— Лин, привет. Занят был, работал. Ты там чего пишешь? Про украшения какие-то? Я не понял.

— Ну да, не понял, — хмыкнула. — Ты вчера оставался в квартире? И дверь не закрыл. Забрал мои украшения...

— Ничего я не брал! — голос у него был удивлённый, почти искренний. — Я уехал в травмпункт, этот твой медведь нос мне сломал, если что. Дверь закрыть забыл, да. Торопился. Но украшения твои мне не нужны. Я, наоборот, извинений ждал.

— А еще чего?! Антон, не ври! Ящик открыт, шкатулка пустая. Это не воры, потому что ничего больше не тронуто.

— Лина, я понятия не имею, где твои побрякушки — выдохнул он с раздражением. — Может, сама куда-то дела и забыла? А теперь обвиняешь меня.

— Я не страдаю потерей памяти. Антон, я дала тебе шанс вернуть всё по-хорошему. Я не заявила в полицию только потому…

— Заявляй, — перебил он агрессивно. — Заявляй, если тебе так легче! Но я ничего не брал. Два года мы жили вместе, и ты теперь обвиняешь меня в краже? Лина, это низко. Может, мне тоже стоит заявить на этого бугая, который мне тяжкие телесные нанес, м?

Я на секунду зависла, задумалась.

Может,