Опасный Лесник - Лина Мак
В этот момент дверь в квартиру открылась, и появился сам Виктор — с той же самодовольной улыбкой, что преследовала меня в кошмарах в первые недели пребывания у Лёши.
— Мия, детка, — произнёс он вкрадчиво, приближаясь. — Как хорошо, что ты вернулась. Мы так волновались.
— Не подходи ко мне, — прошипела я, отступая, чувствуя, как старый, знакомый страх снова сковывает тело.
Он остановился в паре шагов, оценивающе разглядывая меня — так, будто прикидывал, стоит ли давить дальше при матери или лучше выждать.
— Хорошо, хорошо, — он поднял руки примирительным жестом. — Не буду давить. Отдохни с дороги, а завтра поговорим спокойно, без эмоций.
Он развернулся, уходя в сторону кухни, но перед тем, как скрыться в проёме, обернулся и посмотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом, от которого по коже пробежал холод.
Я заперлась в своей комнате, придвинула к двери старый комод — глупая, детская мера предосторожности, но других вариантов не было. Всю ночь просидела на кровати, вслушиваясь в звуки квартиры, вздрагивая от каждого скрипа за дверью.
Но Виктор не пришёл.
Но я знала — это лишь отсрочка. Он умел ждать, умел выбирать момент, когда мать уйдёт на работу, когда я останусь одна в квартире без свидетелей.
Телефон разрядился ещё в дороге, зарядку я не взяла — не подумала впопыхах. Связаться с Лёшей возможности не было. Оставалось только ждать, считать часы, и придумывать новый план жизни.
План, в котором больше не будет места любви, так как в моём сердце не осталось ничего, кроме пустоты.
Утром мать ушла на работу рано, оставив меня наедине с нарастающим ужасом. Виктор остался дома обещая ей поговорить со мной и решить проблему. Я слышала его слова маме. Слышала, как она умоляла быть его нежнее и чувствовала тошноту. Страх сковывал всё сильнее, а спасения я не видела.
Весь день я провела, запершись в комнате, выходя только когда была уверена, что он в другой части квартиры. К вечеру голод заставил рискнуть — я выскользнула на кухню, и именно там он меня застал.
— Мия, — произнёс он тихо, появляясь в дверях кухни. — Хватит прятаться. Нам нужно поговорить о твоём будущем здесь.
Я попятилась, упираясь спиной в столешницу, чувствуя, как паника перехватывает дыхание.
— Мне нечего с тобой обсуждать, — выдавила я.
— Есть, — он сделал шаг ближе. — Очень даже есть. Ты меня сильно расстроила. Расстроила маму. А разве послушные девочки ведут себя так? Я должен тебя наказать за такое поведение, Мия.
Он потянулся ко мне, и в этот момент раздался резкий, требовательный стук во входную дверь такой силы, что казалось, дверь вот-вот слетит с петель.
Глава 19
Леший…
Я стоял, смотрел на расписание, чувствуя, как внутри всё стягивается в тугой узел. От нашего участка до ближайшего города с аэропортом — семь часов. Оттуда лететь до Москвы ещё четыре часа, плюс пересадка, плюс время на билет.
Итого — почти сутки, если действовать без промедлений и без права на ошибку.
Я развернулся, сел в машину, погнал обратно к дому — забрать документы, наличные, а по дороге прикидывал варианты быстрее.
Позвонил Игорю — помощнику по бизнесу, у которого остались связи в частной авиации.
— Нужен борт до Москвы. Срочно.
— Лёх, ты в своём уме? Это ж не такси вызвать, — но по голосу слышал — уже соображает, ищет варианты.
— Я заплачу сколько скажешь. Мне нужно там быть максимум через двенадцать часов.
Игорь перезвонил через час. Он нашёл чартер из областного центра, вылет ночью. Оставалось одно — доехать до города засветло, пока дорога ещё безопасна.
Семь часов за рулём дались тяжело. Всю дорогу мысли крутились одним и тем же кругом.
Серёга. Дочь. Мия.
Не злился уже — злость выгорела где-то на второй час пути, осталось что-то более тяжёлое, холодное. Расчёт. Понимание того, что раз ввязался, значит, доводи до конца, как учили. Разбираться с чувствами потом, сначала — вытащить её из беды, а уже после смотреть, что делать с обидой на ложь.
В городе успел на самолёт впритык — экипаж ждал ровно столько, сколько было оговорено, ни минутой больше. Чартер маленький, шумный, но летел куда нужно, и это единственное, что имело значение.
Приземлились в Москве под утро. Аэропорт встретил суетой, чуждой после лет тишины в тайге.
Адреса Мии я не знал — она не оставила, да я и не спрашивал в тот момент, когда выгонял её из дома. Пришлось звонить старому знакомому из органов, с которым пересекались ещё по службе.
— Мне нужен адрес прописки. Женщина, фамилия Черкова, замужем за неким Виктором. У неё есть дочь, Грановская Мия Сергеевна, двадцать один год.
— Лёха, ты понимаешь, что просишь? Это ж не по закону...
— Понимаю. Должен тебе буду, как себе.
Через два часа ожидания в аэропорту, я получил нужную информацию. Вызвал такси и поехал по адресу, молясь, чтобы успеть.
Пробки съели ещё сорок минут. Москва не тайга, здесь своя специфика выживания. Сидел на заднем сиденье, смотрел в окно на серые многоэтажки, сжимал кулаки, стараясь не думать о худшем — что могло случиться за эти почти двое суток, пока я добирался.
Успел или нет — этого я не знал. И именно эта неизвестность жгла сильнее любой прямой угрозы.
Такси остановилось у нужного дома. Расплатился, вышел, поднялся на этаж, читая номера квартир.
Нашёл нужную дверь. Попытался прислушаться, но не вышло.
Долго думать не стал. Не тот случай, когда нужно вежливо звонить и ждать.
Ударил кулаком по двери, игнорируя звонок, — раз, другой, третий, с той силой, что не оставляла сомнений в серьёзности намерений.
Дверь не открывали, и я уже готов был взломать её, когда за спиной прозвучал встревоженный голос.
— Кто вы? — спросила женщина лет