Проект Алиса Громова - Алёна Май

На слабых ногах Алиса побрела на шум и застала Матвея, оголенного по пояс, у плиты. Не было бы Алисе так плохо, она бы уделила внимание каждому изгибу его тела, но глаза подводили и выдавали слегка размытое пятно. Кажется, Матвей пытался варить суп. Такого погрома даже она не устраивала. Но судя по запаху — он планировал ее отравить.

— Что ты делаешь? — тихо спросила Алиса, а Матвей перепуганно обернулся.

— Ничего, — он заслонил своим телом место преступления и улыбнулся как нашкодивший ребенок. — Почему ты встала? Жар спал?

В два шага он преодолел расстояние между ними и прикоснулся тыльной стороной ладони к ее щеке.

— Возвращайся в кровать, ты все еще горячая, — он потрогал Алису по щекам еще раз, а затем приблизился и коснулся губами ее лба. Это все же милейший способ определить температуру тела вместо того, чтобы использовать градусник. Алиса отмахнулась от его напора, смущаясь. — Думаю, стоит вызвать врача. Таблетки и сон тебе не помогли.

— Всё в порядке. И я больше не могу лежать — всё тело ломит. И почему ты… — Алиса всё же осмотрела его тело, прищурившись, и прокашлялась. — Почему ты раздет?

Матвей как будто только сейчас понял, как выглядит и даже чуть смущенно попытался прикрыться руками.

— Боялся испачкать рубашку.

Алиса опустила взгляд ниже и заметила пятно на его брюках и ткнула в них пальцем.

— А брюки не побоялся? Фартуки для кого придумали?

Алиса прошмыгнула мимо Матвея, желая приблизиться к плите, а также увеличить расстояние между ними.

— Мда… Кастрюлю придется купить новую. Но содержимое выглядит довольно…

— Это выглядит как помои, — Матвей тяжело вздохнул.

— Я хотела сказать «довольно аппетитно».

Алиса легко улыбнулась, но да — это были помои. И все же она испытывала величайшее умиление от того, что Матвей пытался для нее что-то приготовить.

— Ты хоть и всеядна, но не настолько же. Пропусти, я избавлюсь от этого.

— Почему ты просто не разогрел еду, что сам мне и заказываешь?

Матвей на мгновение замер, а затем в голос рассмеялся. Алиса вздрогнула от неожиданности — такой искренний смех ей приходилось слышать только в самом начале их знакомства. И это снова всколыхнуло в ней тот интерес, что он у нее вызвал тогда. Еще до того, как они решили поиграть в любовников, а не стать ими.

— Что-то я даже об этом не подумал. Надо было… — он прокашлялся. — Занять чем-то руки. Пока ты спала.

Алиса могла бы пошутить на тему того, чем он мог бы занять руки, но решила, что это лишнее. Впервые ей совершенно не хотелось над ним издеваться. Вселенная итак наслала на нее болезнь, не стоило гневить небеса еще больше, особенно, когда Матвей решил проявить максимум заботы.

Матвей замолчал и нахмурился.

— Что такое? — спросила Алиса.

— Это хорошо, что ты чувствуешь себя лучше, но есть кое-что, что тебе не понравится, — он собрался с мыслями. — Твоя мама едет сюда.

Алиса сначала подумала, что она снова бредит. Но Матвей стыдливо отвел глаза и, видимо, боялся на неё смотреть. Она хотела заорать на него, но горло саднило и поэтому она лишь тупо и испуганно спросила:

— Зачем?

— Так вышло. — Матвей стыдливо отвел взгляд и потянулся рукой к стоящим рядом в вазе розам, потеребил лепестки.

— Ты позвал её? — тихо и зло спросила Алиса.

Рука Матвея дернулась и он чуть скривился, когда пальцы попали на шипы.

— Нет. Она сама это предложила, когда звонила.

— Она звонила тебе?

— Ты спала и не брала трубку, — Матвею явно не нравился допрос Алисы. Но что ей оставалось делать, если из него клешнями приходится вытягивать всё. — Я ждал звонка от режиссера и по инерции взял, а дальше…

— Не надо было вообще с ней разговаривать, мы же это уже обсуждали. Она, небось, денег хотела?

Матвей оставил вопрос Алисы без комментариев.

— Мне всё равно надо работать, да и… Я не должен тут быть.

У Алисы закружилась голова, она на слабых ногах прошла в гостиную и села в обшитое велюром кресло. Хуже ситуации и придумать сложно. И ведь он прекрасно знал, какая у нее мать, но всё же выбрал работу, спихнув Алису и её проблемы.

Матвей снова провел границу между ними. И как будто только теперь он заметил, что на ней его джемпер. Алиса развалилась в кресле, едва не растекаясь лужицей. Даже если бы суп у Матвея удался, вряд ли бы она смогла съесть хоть что-то.

— Тогда уходи быстрее, — Алиса задумчиво перевела взгляд на окно. Тучи сгущались и пейзаж не радовал. — Не стоит тут быть, когда она приедет.

— Нам все равно надо будет поговорить.

— Не сейчас, — безэмоционально прошептала Алиса.

— Позже. Когда ты выздоровеешь.

— Да, да. Как скажешь, — Матвей Алису уже начал раздражать.

Что он мог ей сказать? В очередной раз напомнит об их уговоре, о том, что их отношения сплошь фикция и, может, подкинет еще парочку рекламных контрактов.

— Помочь тебе дойти до кровати?

— Не надо, — Алиса прикрыла глаза руками.

* * *

Быть рядом с Алисой в момент ее наибольшей уязвимости… напрягало. Матвей разрывался между желанием позаботиться о ней и желанием сбежать. Он мог бы и подвинуть некоторые съемки, но… Так, возможно, будет лучше для них обоих. Он физически ощущал как вляпывается в полнейшее дерьмо, позволяя своему сердцу трепетать рядом с ней.

Никаких чувств — только бизнес. Это его позиция, и он от нее не отступится.

Но всё же не стоило ему брать этот чертов телефон.

Алиса с матерью далеко не близки, но Наталья казалась такой обеспокоенной, что он ненароком подумал: вдруг в ней проснулся материнский инстинкт и она действительно распереживалась за дочь? Правда, потом она попросила денег на билет, и Матвей, словно околдованный цыганкой, перевел сколько нужно. Даже чуть больше. Он почти не сомкнул глаз ночью в отеле, прокручивая тысячу раз в своей голове произошедшее в номере Алисы, а потом еще следил за её дыханием уже здесь, у неё дома. Он старался думать только о работе, а не о том, кого держит в объятиях так близко и как ему от этого чертовски хорошо. Поэтому, когда позвонила Наталья, у него уже плыли мозги.

Матвей ощущал себя полным мудаком, а потому решился на смертельный номер — готовку. Он был практически бытовым инвалидом и не помнил, когда последний раз даже прикасался к сырому мясу, не говоря уже об открывании банок консервным ножом. И почему вообще у Алисы в доме только это адское приспособление, ведь придумали