Мужчина моей мечты, или Овны мимо! - Ника Оболенская

— Но я уже работаю у Томы, — зачем-то уточняю очевидное.

Он и так это знает, идиотка.

— Выслушай, а там решишь. Но это явно лучше, чем если бы ты прошла то собеседование и сейчас носилась по стройкам, прикрикивая на прорабов, выкручивала яйца Славику или забирала мои костюмы из химчистки.

Меркантильная крыска в моей душе вышла из норки и повела носом-пуговкой, почуяв замаячившую выгоду: «Денежки? Кто не любит денежки?»

Но я мысленно прошу ее не торопиться за вкусным сыром, ибо он только в мышеловках такой нажористый.

— И в чем подвох?

— Нет никакого подвоха. Мне действительно нужна твоя помощь… в одном деликатном деле, — как только Богдан договаривает эту фразу, я выпаливаю:

— Спать за деньги я не буду!!! — Выходит через чур громко и истерично.

Не знаю, откуда эта шикарная идея во мне зародилась, но я точно не готова на такое ради призрачной выгоды.

Поморщившись, Алиханов со вздохом поясняет:

— Спать ни с кем не придется. У меня сугубо деловое предложение. Я хочу, чтобы ты сыграла роль моей невесты.

Смотрю на соседа во все глаза.

Простите, что? У меня глюки, или он реально мне это предложил?

— Ты сейчас серьезно это? — Жалею уже, что осушила весь бокал, потому что в горле резко пересохло.

Вскинув на меня прямой взгляд, Богдан кивает:

— Более чем.

— Но у тебя же есть девушка…

Морщусь, припоминая знакомство с блондинкой.

— Понимаешь, у меня довольно известная семья…

— Бандиты? — перебиваю и тут же прикусываю язык.

— Нет, наоборот, бизнесмены, меценаты. У меня большая семья, которая всегда поддерживала и развивала в нас традиционные ценности. Брак для моей семьи — очень важное и ответственное решение. И тот факт, что я к тридцати годам до сих пор не остепенился и не настрогал маленьких Богдановичей, очень расстраивает большую часть моей семьи. Именно поэтому я придумал себе невесту…

— Стеллу?

— Да, в глазах моей семьи эта девушка моя невеста. Скромная, тихая и очень застенчивая…

Ну да, Стелла всех скромниц за пояс заткнет.

Кажется, я начинаю прозревать.

— Совсем скоро у нас будет торжество. Юбилей моей обожаемой матушки. И я приглашен на него не один… меня ждут с невестой. Я хочу, чтобы ты заменила ее.

— Ты предлагаешь мне изобразить…

— Стеллу, — подсказывает мне. Будто я могла забыть, как зовут эту…

— Эту стер… кхм… кобру 80 уровня?! Тихую и скромную? И куда же оригинал делся?

— Мы не сошлись характерами, такой ответ тебя устроит? Да или нет, Марина?

Я в великой задумчивости принялась грызть ноготь.

Что я теряю?

— Это только на один вечер?

И получаю утвердительный кивок в ответ.

«Марина, куда ты ввязываешься? А если у него всё семейство психов?» — зудит внутренний голос, пока моя жадная крыска пробирается к приветливо открытой мышеловке с манящим кусочком ветчины.

— И сколько ты заплатишь мне за этот спектакль?

Что ж, поговорим о цифрах.

Богдан молча печатает на телефоне сумму и подсовывает мне экран по нос.

Мои брови взлетают вверх от количества нолей после единственной циферки.

«Да за эти деньги тебя в рабство сдадут со всеми потрохами!»

— Я согласна! — выпаливаю на одном дыхании.

Мышеловка с противным скрипом захлопывается. Крыска счастлива.

— Отлично, я тогда введу тебя в курс дела… — начинает Богдан, но я перебиваю:

— Но у меня есть два… нет, три условия!

— Я весь внимание, — разводит приглашающе руками Алиханов.

— Первое, никакого интима! — Загибаю палец.

— За это можешь не беспокоиться. Женить нас и требовать консумации брака никто не будет…

Ну хоть за это можно быть спокойной.

— Второе, кот остается…

— Исключено, — осекает меня Богдан. — Никаких котов!

— Или кот, или невеста. Выбирай, — шантажирую.

— Я вполне могу сказаться больным и пропустить торжество… — Богдан складывает руки на груди, не собираясь уступать.

Эй, моя крыска уже пристрастилась к ветчине и не очень хочет снова есть объедки!

Сверлим друг друга пристальными взглядами.

— Окей. Нет, значит, нет, — пожимаю плечами, идя ва-банк.

Я встаю из-за стола, собираясь отчалить к себе, когда Алиханов выдавливает из себя:

— Хорошо. Кот остается…

Не успеваю порадоваться победе и загнуть второй палец, как он продолжает:

— Но с условием, что он не покидает твоей комнаты, и ты в ближайшее время найдешь ему новых хозяев.

— Но…

— Без «но», никаких больше уступок с моей стороны не будет.

Поднявшись, Богдан шагает ко мне и протягивает ладонь.

— Договор?

И я, вздохнув, вкладываю свою ладошку в его, пожимая. Договор.

И именно в этот момент последняя свеча догорает, погружая нас во мрак.

Мамочки!

Инстинктивно вцепляюсь к крепкое предплечье Алиханова, забывая, как дышать.

Сердце набатом бьет в ушах, и мне приходится приложить усилие, чтобы услышать, как меня зовут.

— Марин… Марина-а-а, отпусти мою руку. — Голос Богдана прямо над ухом. — Я достану телефон.

— Нет!

Чертыхнувшись, Алиханов как-то сумел извернуться, и вот уже свет от фонарика разгоняет темноту по углам, рисуя гротескные тени.

— Марин, — снова меня зовет. — Руку…

Поняв, что вцепилась бульдожьей хваткой, ослабляю пальцы.

— Прости, я просто…

— Испугалась. Пойдем спать.

И вопреки всему тому, что я напридумывала об этом человеке, Алиханов ведет меня к себе в спальню.

— Ты же не надумал нарушить первый пункт договора? — полушутя говорю, а у самой сердечко заходится в волнительном «тум-тум».

— Нет, я просто хочу выспаться, — устало отзывается мой сосед, — а не подскакивать в ночи от воя под дверью.

— Я боюсь темноты, — сознаюсь тихо.

— Я уже знаю, Марин, — со смешком Богдан подталкивает меня к краю дивана, — ложись.