Разбитые мечты - Ева Джеймин

— Чего ты хочешь, Джейс? — Рявкнула я, желая сменить тему. — Какой, черт возьми, в этом смысл?

Что-то промелькнуло на его лице, как краткий миг беспокойства или неуверенности, прежде чем исчезнуть под его дерзкой ухмылкой. — Просто хочу напомнить тебе, что независимо от того, как сильно ты пытаешься убежать от прошлого, оно все еще здесь и никуда не денется.

Стукнув кружкой о столешницу, я выплеснула остатки своего драгоценного кофе через край, но это была небольшая цена за то, что я смогла ударить его руками в грудь и оттолкнуть.

Или попытаться оттолкнуть его.

Все, что на самом деле произошло, это то, что я подошла ближе, а Джейс прижался ко мне сильнее, пока мы не оказались прижаты друг к другу от груди ниже. Грудь, которая вздымалась, когда мы боролись за дыхание, близость, достаточная, чтобы заставить меня дрожать.

— Джейс… — выдохнула я, и он зарычал, прежде чем еще шире развести руки по столешнице, подталкивая меня своим телом, пока я не оказалась полностью зажатой между рок-звездой и жесткой стойкой. Его голова опустилась ниже, губы приоткрылись, и я почувствовала пряный запах лосьона после бритья, которым он пользовался с тех пор, как был подростком.

Это вернуло все воспоминания, и мне захотелось плакать, даже когда я пыталась приподняться, чтобы приблизить свое лицо к его. Как раз в тот момент, когда его губы были готовы коснуться моих, он сделал паузу и сказал: — Никогда не забывай, кому ты принадлежишь, Роза. Неважно, кто еще прикасался к тебе, ты, черт возьми, моя.

С грохотом он оттолкнулся от стойки, и я чуть не рухнула на пол, успев только ухватиться за край столешницы. Каждая частичка меня горела, и я отчаянно желала, чтобы моя предыдущая ложь о том, что я кончила в душе, оказалась правдой.

Я не могла продолжать сталкиваться с такого рода стимуляцией и не довести дело до конца.

Моя гребаная киска собиралась вырваться на свободу в знак протеста и убежать от жестокого обращения.

Прежде чем я успела выплеснуть свое разочарование, в дверном проеме появилась высокая, темная и смертоносная тень. Грейсону хватило одного взгляда на меня, и, не задав ни единого вопроса, он, казалось, понял, что я была на грани срыва.

— Пошли, Колючка, — сказал он, снимая две куртки с крючка в прихожей. — Мы уезжаем на несколько часов.

Спасибо, блядь, за Грейсона. Вытащить меня из этого дома, подальше от напряжения, было именно тем, что прописал психотерапевт.

БИЛЛИ

В тот момент, как только Грей увез нас подальше от своего дома, избегая групп безопасности вокруг его дома, так как, сегодня речь шла только о нас, тугой узел в моей груди ослаб, и внезапно я снова смогла дышать. Я даже не до конца осознавала, насколько напряжена была в окружении всех этих парней — и всех наших секретов, — пока не отошла от всего этого.

— Спасибо, — тихо сказала я, поворачивая лицо, чтобы улыбнуться Грейсону.

Он приподнял бровь. — У меня было такое чувство, что тебе нужно сменить обстановку.

— Еще как. Но разве тебе не стоит работать над музыкой с ребятами? Теперь, когда вы, ну, знаешь, вроде как спелись и все такое? — Невозможно было отрицать, насколько хорошо они звучали прошлой ночью, и я была на девяносто процентов уверена, что это не алкоголь повлиял на мои мысли.

Грей пожал плечами. — Джейс и Ретт решили поспорить из-за аккордов в третьем куплете, а у Анджело, похоже, нашлось немало своего мнения. А мне? Мне без разницы — оба варианта звучат хорошо.

— Так ты оставляешь их разбираться без тебя? — Я тихо рассмеялась. — Храбро. Нам может понадобиться команда уборщиков, когда мы вернемся. Кстати, о том, куда ты меня везешь?

Его ответная улыбка была лукавой. — Вот увидишь, маленький ежик. Однако нам потребуется около получаса, чтобы добраться туда, так что устраивайся поудобнее и вздремни. Ты выглядишь ужасно.

Я возмущенно фыркнула. — Грубо. Я выгляжу... — Я открыла солнцезащитный козырек с зеркалом и поморщилась от своего отражения. — Ладно, в твоих словах есть смысл. Хотя это вина Ретта.

Грейсон застонал. — Я прекрасно понимаю. Ты крикунья, Колючка. Я никогда раньше не был так возбужден и раздражен в своей собственной постели.

Мое лицо запылало, как и другие части моего тела, а слова полностью вылетели у меня из головы. Можно с полной уверенностью сказать, что яне подумала о том, кто может нас услышать прошлой ночью, и теперь я чувствовала себя чертовски неловко.

И немного самодовольно, понимая, что именно поэтому Джейс был так взвинчен этим утром. Получай, придурок.

Вместо того, чтобы загонять себя в еще более глубокую яму смущения перед Греем, я последовала его совету и свернулась калачиком на своем сиденье, чтобы немного вздремнуть. Заснуть тоже было невероятно легко, и я больше не просыпалась, пока Грей не открыл мне дверь и не сказал, что мы приехали.

— А? — Пробормотала я, моргая сонными глазами и плотнее закутываясь в кожаную куртку, которая была на мне вместо одеяла. — Где мы находимся?

Грей сверкнул улыбкой и откинул волосы с моего лица. — Если ты выйдешь из машины, я тебе покажу.

Любопытство победило, и я с трудом отстегнула ремень безопасности и выбралась наружу. Мы были… у черта на куличках?

— Э-э-э... Грей? Мы что, заблудились? И должны ли мы быть здесь без охраны? — Потому что мне действительно показалось, что он просто припарковал нас на обочине дороги в лесу, припорошенном снегом, и нигде не было видно ни машин, ни домов.

Он искоса взглянул на меня, без сомнения напоминая, что он — единственная защита, которая нам понадобится, затем завернул меня в одну из теплых курток, которые прихватил по пути из дома. Затем он добавил мягкий кашемировый шарф с заднего сиденья своей машины. Он пах точно так же, как он, и у меня потекли слюнки, когда я вдохнула.

— Тепло? — Он наклонил голову, проверяя, как я. Я кивнула в знак согласия, и он снова повернулся к багажнику своего внедорожника. Там он поднял панель в полу и вытащил черный жесткий футляр.

— Ого, — выпалила я, когда он открыл кейс, вытащил пистолет и засунул его сзади в штаны. — Эм…

— Да? — спросил он, одарив меня притворно-невинной ухмылкой. Он закрыл машину и щелкнул брелком, запирая ее.

Я нахмурилась, оглядывая наше удаленное окружение, затем прищурилась на Грея. — Ты планируешь застрелить меня и бросить мое тело в лесу? Потому что, если это так, у меня есть одна предсмертная просьба.

Грейсон