Дерзкий Уайлдер - Ребекка Яррос

Я кивнула. Именно это фантастическое предложение пробудило меня от апатии и даже в каком-то смысле вернуло к жизни: если я возьму учебное шефство над одним из студентов на «Афине», то мне не только оплатят год обучения на круизном лайнере, все экскурсии на берегу, проживание и питание, но еще и примут в программу Рейчел — на тех же условиях оплаты за счет образовательного фонда. Как только я убедилась, что это не чья-то жестокая шутка, я ущипнула себя еще раз и подписала все документы. Если принять во внимание, что общая сумма медицинских счетов у моих родителей превышает стоимость дома на Голливудских холмах, а родители Рейчел разрешили ей ехать в учебный круиз лишь при условии, что я тоже поеду… все сложилось как нельзя лучше.

— Значит, это ваша каюта.

— Не может быть, — возразила я, глядя на хрустальную люстру. Что, правда? Хрустальная люстра?! — У всех помощников по учебе такие шикарные апартаменты? Как-то я сомневаюсь, что учредители этой круизной программы, рассчитанной на богатых детей, настолько ценят учебных помощников.

Хьюго улыбнулся:

— Нет, не у всех. Только у вас. Может быть, вы уже выберете себе спальню? Или проверите балкон? Я могу позвонить миссис Трентон, если вам так спокойнее.

— Да, позвоните. Спасибо.

Я решила выйти на балкон. День уже близился к вечеру, но все равно было жарко, и мне хотелось глотнуть свежего морского воздуха. Я отодвинула тяжелую стеклянную дверь и вышла на балконную галерею с натертым до блеска паркетным полом. Август в Майами — адски жаркое время, а я была в плотных джинсах. Я собрала волосы в небрежный пучок на макушке, чтобы освободить шею, и направилась к гладким перилам, проверяя себя на прочность. В конце концов, для того я и затеяла эту поездку, верно? Но с каждым шагом моя грудь сжималась все сильнее, и, когда далеко внизу показалась вода, рев у меня в ушах стал слишком похож на свист ветра в калифорнийском каньоне и заглушил легкий прибрежный бриз в Майами. Не сейчас. Господи, не сейчас! Вняв предостережению своего тела, я отступила подальше от головокружительной высоты. Видимо, ты еще не готова. Но у меня впереди девять месяцев на корабле, и, может быть, если каждый день пробовать понемножку, я все-таки преодолею страх. А пока… лучше держаться подальше от края.

Это была совершенно роскошная балконная галерея с длинным рядом мягких шезлонгов и восхитительным видом на правую сторону — правый борт — корабля.

Шагах в двадцати от меня стоял парень. Наверное, другой студент. Он опирался о внешние перила балкона и был одет только в синие пляжные шорты с каким-то ярким гавайским принтом. Загорелый, подтянутый, мускулистый, весь в цветных татуировках.

Я откровенно разглядывала его рельефные мышцы, четкие кубики пресса у него на животе. Когда он оттолкнулся от перил, его бицепсы напряглись и татуировки словно ожили на коже. Он вздохнул, провел рукой по густым иссиня-черным волосам — черным, как полночь, — и заложил руки за голову.

Горячий парень. И не просто горячий, а скорее из тех, которые могут одним только взглядом заставить девушку кончить. Черт, я уже завелась, а он даже не посмотрел в мою сторону!

Да что с тобой, черт возьми?

Я тряхнула головой и отвела взгляд. Какой смысл смотреть и мечтать, если он все равно для меня недосягаем? Мы с ним явно из разных разрядов, даже из разных видов спорта. Кстати, о спорте. Он наверняка был спортсменом. Интересно, в каком виде спорта у людей формируется такое тело? Где у каждого мускула есть свое предназначение?

Я снова уставилась на незнакомца, оценив точеные черты загорелого лица, которые смогла разглядеть на таком расстоянии, и многочисленные татуировки.

Этот парень не для тебя. Да, конечно, но ведь можно хотя бы взглянуть. Черт, по крайней мере, теперь я знаю, что мое сексуальное влечение все-таки не атрофировалось… и, похоже, включилось на полную мощность.

Он казался задумчивым и слегка напряженным, словно нес на плечах неподъемную ношу, достойную держащего небо Атланта, и, пока я гадала, о чем вообще может тревожиться такой парень, в глубине души нарастало желание успокоить его и утешить.

А потом он увидел, что я на него смотрю.

Я подавила желание сбежать с балкона, осталась на месте и смело встретила его взгляд. Он прищурился, склонил голову набок, словно пытаясь понять, знакомы мы или нет, и мягко мне улыбнулся.

Да, сексуальное влечение определенно работает снова.

Черт, не просто горячий, а еще и красавчик, каких поискать!

У него за спиной открылась стеклянная дверь, и на балкон вышла богиня с длинными светлыми волосами и еще более длинными ногами. Он повернулся к ней, и весь его вид источал дерзость и соблазн.

— Ты готов? — спросила она.

У нее даже голос был обворожительным.

Я отвернулась от этой парочки, и меня спас Хьюго, выглянувший на балкон.

— Мисс Бакстер?

— Лия, — поправила я. — И давай лучше на «ты».

— Хорошо, Лия. Миссис Трентон уже пришла.

Он придержал мне дверь, и я шагнула обратно в комнату, мысленно попрощавшись со всей этой роскошью, включая знойного незнакомца.

Блондинка средних лет в узкой юбке-карандаше склонилась над папкой с бумагами за моим обеденным столом. Не моим, просто столом. Не привыкай к хорошему.

— Мисс Бакстер. — Она улыбнулась и протянула мне ладонь для рукопожатия. — Как я поняла, вам не нравится ваша каюта?

Мои щеки обдало жаром.

— Нет, каюта прекрасная. Мне очень нравится, но меня должны поселить во внутренней каюте на палубе для персонала. Может быть, тут какая-то ошибка и на борту есть другая Лия Бакстер?

— Никакой ошибки. Студент, с которым вы будете заниматься, попросил разместить вас здесь, чтобы иметь к вам неограниченный доступ, поскольку у него очень напряженный график.

— И у кого же такой напряженный график?

— У Пакстона Уайлдера, — ответила она все с той же застывшей улыбкой, как будто приклеенной к губам.

— Мисс Бакстер, в какую спальню заносить чемодан? — крикнул Хьюго из прихожей.

— Ни в какую! — крикнула я в ответ.

Неограниченный доступ? Этот Уайлдер считает, что я буду его девочкой на побегушках? Надеюсь, что нет. Потому что его ждет облом.

— Вот еще глупости! Поселите ее в большой спальне, раз уж соседка присоединится к нам только в ноябре.

— Нет. Это была мечта Рейчел, и большая спальня