Отпустить 10-го - Хлоя Уолш

— Откуда столько знаешь? Клэр тебе в подметки не годится.

Все мое внимание было приковано к девочке и ее репликам. Меня так не удивлял еще никто в жизни. Мы с ней сочетались не только костюмами, но и мозгами.

— А ты не верил, что я умная. — Она победно усмехнулась.

— Теперь верю. — Я настороженно покосился на нее. — Ты не похожа на подготовишку.

— А ты не похож на первоклассника, — пожав плечами, парировала она.

— Потому что я умнее многих семилеток.

— Ну а я умнее многих шестилеток.

— Тебе шесть? — Мои брови удивленно поползли вверх. — Когда ты родилась?

— Девятого июня тысяча девятьсот восемьдесят восьмого года.

— Получается, я старше тебя меньше чем на год?

— На семь месяцев и девять дней, — хмыкнула она. — Я считала.

— Тогда почему ты в первом подготовительном классе, а не во втором? Или даже в первом обычном классе?

— Ну, в общем... — Свет в глазах моей соседки потух, и она уставилась в пол. — Так вышло.

— Из-за неуспеваемости? — предположил я, хотя слабо представлял, как такую незаурядную девочку могли оставить на второй год.

— Раньше я училась в другой школе, — тихо ответила она и сжала руки так, что они побелели. — А в «Святом сердце» меня определили в подготовительный класс. — Она закусила губу и выпалила: — Но я не отстаю! — Ее ногти глубоко вонзились в кожу. — Честное слово...

— Даже не сомневаюсь. — Я расцепил ее стиснутые ладони. — Какая разница, что ты старше своих одноклассников. — Похоже, она не замечала, что царапает себя до крови, зато от моего внимания это не укрылось. — Моих ты младше, но гораздо умнее.

Она встрепенулась, голубые глаза смотрели на меня в упор.

— Правда?

— Ага.

Я хотел унять тревогу, которая читалась в ее взгляде и совершенно мне не нравилась. Страх в глазах Лиззи сменился надеждой, тонкие пальцы стиснули мою ладонь, и я ощутил странное покалывание. Пока мозг соображал, что бы оно значило, сердце твердило, что это очень важное чувство.

И сама девочка очень для меня важна.

— У меня слова застревали в горле, — объяснила она, не выпуская мою руку. — Не выходили наружу.

— Типа заикания? — нахмурился я.

Мой одноклассник страшно заикался, однако у Лиззи ничего подобного не наблюдалось.

— Нет, слова просто застревали. — Она вскинула на меня светло-голубые глаза. — Но сейчас все в порядке.

— Вот и отлично, — улыбнулся я. — Ведь у тебя такой красивый голос.

— Серьезно? — просияла она.

Ох, блин.

Лиззи выдернула ладошку и схватилась за живот.

— Ой-ой.

— В чем дело?

— В животе что-то скручивается.

— Тебя тошнит? — насторожился я.

— Нет, не тошнит. Больше похоже на икоту, — поразмыслив, ответила она.

— В горле?

— Нет, икота в животе. А в горле бабочки.

— Получается... — озадаченно нахмурился я, — у тебя бакота?

— Точно! — закивала она. — Бакота!

— Черт. — Я не выдержал и расхохотался. — Ты такая чуднáя.

— Скажи еще раз.

— Черт.

— Черт, — ухмыльнулась Лиззи.

— Как твоя бакота?

— Никуда не делась, но не переживай, — засмеялась она. — Бакота не болит.

— Это радует, — ответил я, чувствуя, что тоже ее подхватил.

— А что ты имел в виду там, в автобусе? Когда сказал, что я права.

Дважды блин.

— Э-э... потом объясню. — Распахнув дверцу, я выскочил наружу, пока не опозорился еще сильнее, и с улыбкой поманил Лиззи за собой. — Идем играть.

Покончив с тортом, мы отправились в гостиную, потому что на улице начался ливень. Каденс играла с куклами Клэр, мальчики дурачились и скакали под музыку. Клэр с Гибси прыгали на диване, играя в «Пять обезьянок».

Я растерялась.

Общаться я не умела.

Мне очень недоставало Шаннон.

Жаль, она не смогла выбраться.

Шаннон говорила мало, и мне это нравилось. Иногда так приятно молчать и оставаться подругами.

Устроившись на подоконнике, я болтала ногами и глазела по сторонам. От шума кружилась голова. А еще мне было жарко, словно сидишь у камина.

Мой взгляд метался по сторонам. Хотелось убежать, но снаружи лило как из ведра, поэтому я изо всех сил старалась унять руки-царапки и улыбалась, хотя мне было совсем не весело.

Слишком шумно.

В памяти упорно всплывало, как я уронила свой кусок торта, и Мэрибет засмеялась.

Сейчас она разговаривала с Хью.

Я сощурилась.

Внутри что-то зрело.

Что-то злое.

Раскаленное.

Дыхание участилось, из горла рвался крик.

О нет. Нет, нет, нет...

Я зажала рот ладошкой.

Не кричи.

Веди себя хорошо.

— Эй. — Хью уселся рядом со мной. — Грустишь?

Я не могла ответить.

Потому что задыхалась.

И едва сдерживала крик.

— Эй, эй... — Он придвинулся ближе и обеспокоенно посмотрел на меня. — Ты в порядке?

Я молча помотала головой, упорно зажимая рот ладонью и старательно втягивая воздух через нос.

— Дышать можешь?

Я снова помотала головой, глаза расширились от страха.

— Все хорошо.

Усевшись вполоборота, он взял меня за плечо и бережно развернул — я оказалась спиной к комнате и лицом к окну.

— Похоже, у тебя паническая атака. — Хью накрыл ладонью мою свободную руку и крепко сжал. — Дыши.

Я в ужасе уставилась на него, не понимая, что со мной, но зная, что произойдет дальше. Так случалось всякий раз, и больше всего на свете мне не хотелось, чтобы друзья это видели.

Чтобы это видел он.

— Вот так. — Доносился до меня ласковый голос Хью. — Дыши. Медленно, глубоко. — Он снова сжал мою руку. — Ты молодец.

Молодец?

Очень сомневаюсь.

Хотелось кричать. Сорвать все картины со стен. И бежать что есть сил. Хотелось... Хотелось... Хотелось безотрывно смотреть ему в глаза.

Поглощенная мальчиком рядом с собой, я жадно вглядывалась в его лицо.

Золотистая кожа.

Золотистые волосы.

Добрая улыбка.

Глаза цвета папиного виски.

Мыло и клубника.

Хью Биггс.

— Отлично, — улыбнулся он, возвращая меня к реальности. — Ты умница.

Я с