Развод. Ржавая любовь - Александра Багирова
— Вас интересует тот парень? — интересуется Владислав.
— Да, — не хочу отпираться, терять время и что-то объяснять.
Лезу в сумочку за телефоном. И тут происходит странное.
Герман резко оборачивается, и словно в аэропорту никого нет, устремляет взгляд сразу на меня. Женщина продолжает держать его за руку, что-то ему говорить, а он смотрит на меня.
И нет, в его глазах нет испуга. Нет, паники. Он широко улыбается и машет мне рукой.
Я принимаю вызов. Направляюсь за ним, держа сына за руку. Владислав рядом.
Герман наблюдает за нашим приближением. С меня его любопытный взгляд скользит на моего спутника.
В глазах отражается радость. Такая очень скользкая, мерзкая радость.
Сейчас мне становится дико неприятно, что когда-то этот парень мне нравился. И я считала, что дочь будет с ним счастлива. Он очаровал меня, и сейчас даже не знаю чем. Маслянистый, хитрый взгляд, почему я этого не видела раньше?
— Майя, вот так сюрприз! — его улыбка становится шире, когда мы подходим. — Не ожидал вас тут увидеть. Вы где были? Любочка так переживала, — а сколько наигранного участия в голосе. — Ген, привет, — треплет моего сына по голове.
— Привет, — Геночка зевает. Он устал, хочет спать, потому вялый.
— Я тоже не ожидала тебя тут увидеть, — смотрю на женщину рядом с ним.
Лицо ее расслаблено благожелательное. Довольно неухоженное, много морщин, ни грамма косметики, прическа растрепана. Очень большие щеки. Ну и возраст, я бы дала лет шестьдесят, но возможно, ей и меньше, просто выглядит так.
— Это подруга моей мамы Дарья, я ее провожаю в аэропорт, а потом сразу к Любочке. У нас сегодня очень важная тренировка перед соревнованиями, — слова льются из него непринужденно. Он расслаблен. — Даш, а это мать моей невесты Майя. А это? — вопросительный взгляд на моего спутника.
— Владислав, — он делает шаг вперед и подает руку Герману.
— Владислав… а дальше, — пытливо на него смотрит. Явно хочет чтобы он полностью представился, чтобы понять с кем я.
— Просто Владислав, — мужчина сканирует парня. Тем самым взглядом, который в черепную коробку пробирается и препарирует ее.
— Рада знакомству, Герочка так много о вас рассказывал, — говорит женщина. — У вас такой славный сынишка!
От ее слов, Гена прячется мне за ноги.
— А мы о вас ничего не слышали.
— Даша обязательно будет на нашей с Любочкой свадьбе, — продолжает Герман. — Она очень близкий человек, — целует женщину в щеку.
— Даша? Видимо у вас реально очень близкие отношения, — вдруг изрекает Владислав. — Потому как Казанцева Дарья Архиповна у нас человек узнаваемый, уважаемый, ее суши-сеть пользуется большой любовью и спросом. И мало кто может себе позволить назвать ее просто Дашенькой.
Вот так новость! Я лично знаю родителей Германа. Это скромные люди, и сложно поверить, что в их окружении может быть такая как Казанцева.
— Надо же какие люди! — восклицаю, и при этом на Германа смотрю.
Он лишь на секунду тушуется. Щеки едва заметно краснеют.
— А я вот вас не могу вспомнить, — женщина пристально разглядывает Владислава. Явно копаясь в своей памяти.
— Богатым буду, — подмигивает ей.
— Наши матери давно дружат, и мы рады, что Даше удалось достичь таких высот, — горделиво заявляет Герман.
— Дарья Архиповна, а если, по правде, высот достиг ваш супруг. А вы унаследовали сеть, — невозмутимо продолжает Владислав. — Но да, похвально, что сумели удержать бизнес на плаву.
— Это была большая утрата, — она притворно вздыхает. Но никакого раскаяния там и в помине нет.
От моего взгляда не ускользает, как женщина с силой сжимает руку Германа.
— Вы нас извините, я бы с радостью еще поболтал, но Даша может на самолет опоздать, — льет патоку парень. — Если вы меня немного подождете, я бы не отказался, чтобы вы меня подкинули. Вы же на машине?
Мда наглости у него на десятерых хватит.
— Мы спешим, — отрезаю.
— С Владиславом… спешите, — четко читаю подтекст. — Феликс очень переживал, все не мог себе места найти, где вы. Вы так внезапно пропали. А вы… понимаю, иногда незапланированный отпуск — это лучшее решение, — и столько подколов к каждом слове, каждой интонации.
— Когда мало информации, лучше воздержаться от выводов, иначе рискуешь выставить себя дураком, — Владислав берет меня за руку. — Дарья Архиповна, всего доброго.
Мы разворачиваемся и идем прочь. В молчании доходим до машины мужчины. Он закидывает мои вещи в багажник. Открывает для нас с Геночкой дверь заднего сиденья. Сам прыгает за руль.
Мой сыночек в самолете не спал, очень много эмоций, а сейчас моментально засыпает.
Автомобиль трогается с места, я ерзаю на сиденье.
— Не стесняйтесь, Майя Сергеевна, — усмехается Владислав. — Вы же явно что-то хотите спросить.
— А вы можете мне что-то рассказать?
— Определенно.
Глава 32
— Откуда вы ее знаете? При том, что она вас не узнала?
— Мой отец очень любит суши, есть у него слабость к ним, Казанцев Георгий делал их по особому рецепту для моего отца много лет. Вплоть до своего внезапного ухода. Крепкий мужик был. А тут сердечный приступ и не проснулся. Его я знал, про супругу его слышал. Был на похоронах вместе с отцом. Но вряд ли она меня заметила. Там столько народу было. А я ее запомнил, слишком неумело она лила крокодильи слезы, — Владислав говорит тихо, то и дело поглядывая на спящего Гену.
Не хочет его будить. И отчего-то вот эта вроде бы мелочь, заставляет меня внутренне улыбнуться.
— У него большая сеть?
— Да, в нескольких городах. Они считаются лидерами на этом рынке. Мой отец в свое время лично помогал Казанцеву. Судя по тому, что сеть дальше развивается, то дела идут у нее неплохо. Хотя я особо не следил, меня она не интересовала. Своих забот хватало.
— Но что-то вы все же знаете?
— Этот парень, он жених вашей дочери?
— Да. Они вместе танцуют, участвуют в соревнованиях. Очень часто побеждают. Вы его знаете?
— Нет. Он мне не знаком. Но Казанцева часто появляется в компании молодых парней. Еще она дружит с некой Курденко, которая известна своим закрытым клубом: «Кому за». А уж про этот клуб ходят самые разные слухи. И состоят там дамы очень непростые, влиятельные. Есть и замужние, и вдовы. Такие вот талантливые парни, как Герман у них там в почете.
— Вы хотите сказать, что он альфонс? Хотя что я спрашиваю, это первая мысль, которая меня посетила, когда я их увидела.
— Я ничего не утверждаю, лишь рассказываю, что мне известно, —