Сопрано для Мафиози - Екатерина Ромеро

Подхожу к своему мужу. Молча, без слов. Осторожно беру Анжело за руку и смотрю в глаза.

Вдох-выдох, уже не до препираний, он поймал меня в ловушку, и я должна, так надо.

Сглатываю и наклоняюсь, осторожно касаюсь губами тыльной поверхности его ладони. Короткий поцелуй, трепетный, невольно вдыхаю аромат его сигарет и шампанского после свадьбы.

— Что ты делаешь?

— Проявляю уважение.

Анжело почему-то убирает свою ладонь и злиться. Вижу, как весь напрягся и смотрит на меня.

— Мы уже женаты. Это больше необязательно.

— Я уважаю своего мужа.

Смотрю на него. Сердце отбивает чечетку.

Я боюсь его жестокости, если честно. Франческа плакала, когда мы уезжали, словно видела меня в последний раз. Что он сделает, как это все будет, понятия не имею.

— Я боюсь боли. У меня нет опыта.

Лепечу, выдавая себя с потрохами, Анжело едва заметно кивает.

— Страх — это и есть уважение, но не между мужем и женой. Ложись.

Уйти не вышло, задобрить его тоже. Каменный просто, такой строгий, но я все же повинуюсь. Так надо. Я сама на это пошла.

— Господин, вы тоже будете спать здесь?

— Я больше не хочу, чтобы ты обращалась ко мне на «вы». И без господина давай. Просто по имени будет достаточно.

— Хорошо. Я поняла. Ты будешь спать здесь?

— Муж и жена делят одну постель.

— Но я… я не девственница! У меня было много парней! Вы не можете ко мне прикасаться!

Выпиливаю не думая, не знаю, как еще мне себя защитить. Может, Анжело станет противно…

Он поджимает губы, а после подходит ближе.

— Это ничего не меняет. Значит, я взял в жены шлюху.

Блин, не сработало, а я так надеялась.

Дергаю это платье, а оно не снимается. Слишком тугой корсет.

— Повернись, — говорит Анжело и становится сзади, помогает расстегнуть и снять мое платье. Дальше он снимает с меня фату. Осторожно, нежно даже.

И смотрит, пристально так, точно готовится убить прямо на месте. А мне страшно. У меня нет опыта с мужчинами, и я честно, не знаю, как мне себя вести.

— Ну, начинай!

Анжело берет шампанское и наполняет им два бокала. Один протягивает мне, но я даже не дергаюсь. Куда мне пить еще и алкоголь, и так вся на нервах. И тогда Анжело сам осушивает бокал до дна, а после снимает пиджак и ослабляет галстук, уверенно садиться в кресло, располагаясь на нем как король. Мой король. И муж и палач в одном лице просто.

— Что начинать?

— Ну это. Мстить мне. Убивать, делать больно. Вы же, то есть, ты же для этого на мне женился.

— Зачем мне спешить. У меня для этого вся жизнь будет.

Он забавляется со мной, усмехается, тогда как мне не смешно. Мне страшно.

— Я бы так не сказала.

Отвечаю едко, хочу его уколоть, но не знаю как, он просто непробиваемый.

— Намекаешь на то, что я старый?

— Нет, просто…

— Что просто?

— Я ненавижу тебя так сильно, как это только возможно! Ненавижу, слышишь! И думаю, моя мать тебя ненавидела, потому что тебя невозможно любить! Ты только и можешь, что мучить людей, как и твой дядя. Больше в тебе ничего нет, проклятый мафиози! Моя мама верно сделала, когда выбрала моего отца!

— Закрой рот.

— Не закрою! Ты думаешь, раз у тебя есть деньги и власть, то ты можешь управлять чужими судьбами, выступить спасителем или палачом⁈ Аха, как бы не так, господин Чезаре!

— Хватит. Прекрати истерику.

Анжело предупреждающе махнул рукой, но меня уже несет, я не могу остановится.

Все, что весь день держала в себе, теперь выплескивается вместе с обидой и страхом.

— Моя мать не вышла за тебя, потому что поняла, какой ты монстр! Время прошло, ее не вернешь, я не моя мать! Зачем тебе этот брак⁈ Ты мог просто позволить сбросить меня с горы!

— А мне так неинтересно, к тому же, одна птичка уже улетела, — отвечает коротко, тогда как у меня сердце начинает биться чаще.

— Что… Алиса? Вы что, вы казнили ее уже, да?

Анжело не отвечает, поджимает губы, но я и так все понимаю. Становится страшно, дико даже как-то. Он обрубил мою истерику одной точной фразой.

Усмехаюсь, слезы собираются в глазах. Вот теперь мне страшно. Чувствую себя в западне, в тупике самом настоящем.

— Чудовище. Ты просто демон! Эта девочка была так молода, она была ни в чем не виновата!

Слезы душат, никто со мной не играет, Анжело говорит прямо, как всегда.

— Ты можешь выйти отсюда прямо сейчас. На тебе нет цепей, Белла.

Кивает на дверь, вот только я понимаю прекрасно, что это ловушка. Если выйду, полечу следом за Алисой. Тут же.

Это уловка, настоящая казнь Чезаре. Анжело хочет, чтобы я сдалась, но я не сдамся, ни за что, вот только новость о том, что Алиса погибла, меня отрезвляет, и больше я не позволяю себе даже истерику.

— Если я уйду, меня ждет та же участь, что и Алису? Скажи честно.

— Не исключено.

Анжело усмехается, смешно ему, а я едва сдерживаю слезы. Он говорит об этом так просто. Как он может. Выбор без выбора. Я не могу сказать ему нет.

— Мне нужно в ванную. Ненадолго. Хорошо?

— Хорошо.

Анжело кивает, расстегивает рубашку, а я так и застреваю на месте. Я еще не видела его обнаженным. Смуглый, взрослый, большой. Он снимает рубашку, а после смотрит на меня, и я быстро скрываюсь в ванной.

Страшно, дико, непонятно. Как мне пережить эту ночь, ведь на самом деле я невинная, хоть я и сказала Анжело иное.

Час икс, я приняла душ и одеваюсь в прекрасный белый пеньюар.

Слишком откровенно, но какой у меня выбор.

Возвращаюсь в спальню, Анжело сидит в кресле. Он пьет шампанское, наливает и протягивает бокал мне.

— Оно крепкое?

— Нет, но тебе хватит.

— Хватит для чего?

— Для смелости.

Беру бокал, готовая осушить его до дна, но в итоге лишь пробую вкус. Я слишком напряжена, настолько, что даже не могу выпить. Я хочу это помнить. Помнить свою первую ночь с мужем и понять, каким будет со мной Анжело-муж, а не Анжело-похититель, хотя это одно и тоже.

— Что мне делать? Что ты хочешь?

— А что ты можешь? — парирует смотря на меня в упор, дышать становится сложнее. Вижу, как Анжело сканирует меня взглядом. Хочу взять халат