Сопрано для Мафиози - Екатерина Ромеро

Жадно хватаю ртом воздух. Это самый страшный вариант из всех. Умирать долго, Анжело хочет убивать меня медленно. Годами…

— Нет. Нет, никогда! Я лучше сама спрыгну с этой горы, нежели стану его женой!

Становится тихо, вижу как Пабло усмехнулся, словно доказал свою правоту, а лицо Анжело пронзила боль. Он отпустил мою руку и отошел от меня.

— Тогда не будем тянуть, я на обед опаздываю, а еще говорят, что мы кровожадные. Нет, мы справедливые, и у наших жертв всегда есть выбор. Ну, прыгай. Лети…

Пабло растягивает губы в широкой улыбке. Я бросаю взгляд на Анжело. Он тяжело дышит, но не двигается, и тогда я решаюсь.

На мне нет цепей, и никто в спину меня не толкает. Я сама… сама, ну же.

Подхожу к самому краю горы. Впервые смотрю вниз. Там туман, а под ним чернота. Настолько высоко, что даже дна не видно. Отдаленно заметны верхушки деревьев, поодинокие скелеты из пустыря.

Страшно, непонятно и так холодно. Будто пасть самого ада там внизу раскрыта и жаждет новых жертв.

Как назло, перед глазами мелькает вся моя маленькая жизнь. Учеба в консерватории, желание стать певицей, иметь семью.

Я не успела выйти замуж и завести детей, у меня ничего не будет. Я стану местью… Я стану.

Дышу глубоко и часто, но не надышаться мне уже. Нет времени, слезы застилают глаза, ну же, решайся, не бойся, не тяни!

— Белла, нет. Не надо.

Его низкий голос. Это Анжело, и он подходит ко мне на расстояние вытянутой руки.

Я в ловушке. Впереди смерть, а рядом он. Мой враг, тот, который ненавидит.

— Я не выйду за вас! Никогда!

Хриплю, голоса нет, но он меня слышит.

— Если сделаешь еще хоть шаг вперед, умрешь!

— Вы и так меня убьете!

— Ты должна сама сделать выбор. Ну же!

— Нет… я никогда не соглашусь, я не буду вашей игрушкой для мести!

Вкрикиваю, закашливаюсь, как раз в этот момент земля под ногам обрушивется и я падаю вниз.

— А-а! НЕТ! АНЖЕЛО!

— Белла!

— Не отпускай, не отпускай меня! Я хочу жить! Я хочу жить!

— Я не отпущу! Я никогда не отпущу тебя. Держись!

Анжело хватает меня в последнюю секунду и не дает тьме поглотить меня, поднимает наверх. Я вцепляюсь в него, хватаюсь за плечи и просто прилипаю к своему палачу. Сама же.

— Анжело… Не бросай! Я выйду, выйду за тебя! Только не убивайте!

Голоса нет, обрывками, хрипом, и он не отпускает. Держит меня крепко, прижимает к себе.

Мы стоим на самом краю обрыва, позади пропасть, впереди новая жизнь.

Что теперь будет, не знаю, но будучи на волосок от смерти, мне уже неважно. Неважно просто все.

Я крепко держу Анжело за плечи и слышу, как быстро бьется его сердце, а после рядом с нами кто-то хлопает в ладони. Пабло.

— Хм, ну ладно. Поймал птичку. Так и быть. Будь по-твоему Анжело, я не привык тебе отказывать, но только потому, что ты мой дорогой племянник, и никогда меня не подводил. Невеста выбрала тебя. Женитесь. Я устрою вам свадьбу.

— Хорошо.

Анжело берет меня за руку. Так нас обручает сама смерть. Свадьбу назначают через три дня, и я сама, сама на это пошла. Теперь Анжело сможет мстить мне уже на законных основаниях. Он добился, чего хотел, я обменяла свою жизнь на брак с ним. Сама же.

— Будете убивать меня каждый день теперь, да?

Шепчу тихо, голос совсем пропал, и так холодно. Анжело снимает пиджак и набрасывает мне его на плечи. Как на свою дорогую невесту, смешно, точно его насмешка надо мной.

— Почему это каждый день? И каждую ночь тоже, — строго заключает Анжело и мы возвращаемся в замок, который теперь становится для меня домом и тюрьмой одновременно.

Франческа

Я не понимала, почему отец Беллы ничего не делает. Бог мой, эта девушка определенно заслуживает защиты.

Белла быстро закрылась и не подпускала никого к себе. Немудрено, перед казнью любой теряет веру, даже самый смелый.

Сегодня еще можно было что-то изменить. Самое время было Луке приехать и обменять жизнь дочери на свою, но он ничего не сделал. Насколько я поняла, Зурзолло просто отказался от родной дочери, словно она ему не нужна, словно Белла вообще никакой ценности для него не представляет.

Я видел, как нервничал Анжело перед казнью, он чувствовал себя в тупике. Потому что знал, что не сможет отпустить эту девочку, но и простить ее тоже не сможет, не сумеет помиловать.

В эту игру уже ступил Пабло и время казни определили. Нельзя было отказаться, передумать или просто не прийти.

Как Анжело смотрел на нее. Сначала с ненавистью и презрением, а после просто с болью. И день этот был такой мрачный и серый, будто само небо плакало по ней.

Белла. Так Анжело ласково ее зовет. Она определенно вызывает в нем бурю чувств, хоть он и не показывает этого, я все равно вижу все прекрасно, я знаю Анжело как никто другой.

Если бы Белла была ему безразлична, Анжело бы не вызвал ей врача, не делал сам ей перевязки, не переодевался бы.

Он бы не приносил ей воду, не сбивал температуру, не сидел с ней ночи напролет. Белла не помнит. Она была в бреду, страдала от горячки. Прошли не сутки, а четыре дня, пока она боролась за жизнь. Анжело от нее не отходил ни на шаг, он оставил все свои дела ради Беллы, и только когда ей стало лучше, смог вернутся к работе.

Не любовь ли это, и что это, если не любовь?

Ему было ее жаль? Не смешите. Анжело забрал Беллу с целью мести за покушение, но в итоге он сам нещадно страдал, и мстил скорее себе, нежели этой девчонке.

Он был в тупике, а когда же на казни Белла едва не упала с обрыва и Анжело ее вытащил, она бросилась к нему. Не как к палачу, а как к жениху, это было видно.

Я едва сдерживала слезы. Слезы радости и боли за них обоих. Впервые Анжело выбрала женщина, и это была Белла. Она могла там умереть, могла спрыгнуть и не мучиться, но Белла со всех сил ухватилась за плечи Анжело.

Я стояла у окна, я видела, как София нервно ходит по коридорам, боясь подойти ближе. Она не любила казни, никогда на них не