Беглая жена бандита - Даша Черничная

— Мне страшно.

Лида понимающе кивает:

— Я никогда не переживала того, что случилось с тобой, но полагаю, что мне тоже было бы страшно на твоем месте.

— Вдруг… если там ребенок, — нервно облизываю губы, — что, если я его потеряю так же, как первого ребенка? Вдруг меня теперь будет преследовать череда выкидышей?

Лида устало улыбается и качает головой:

— Я читала статьи на эту тему, когда в течение десяти лет не могла забеременеть. Вита, к сожалению, выкидыши на ранних сроках — в общем-то, нередкая история. Процент женщин, которые пережили подобное, высок. Но это не значит, что первая беременность определила твою жизнь и исход последующих беременностей. Тем более ты тогда испытала стресс, причем серьезный. Не думай о плохом.

— Да, наверное, ты права, — присаживаюсь на стул и обмахиваю себя руками.

— Вита, я вызову тебе такси. Поезжай домой, отдохни. Что-то ты мне совсем не нравишься.

— Но как же ты? — киваю на живот Лиды. — Сама еле ходишь.

— Закрою магазин, — легко пожимает плечами. — Не думай об этом.

Лида вызывает мне такси, и я еду домой. Захожу в аптеку в нашем доме, покупаю парочку тестов.

Свят уехал по делам, в квартире сейчас никого. Я иду по коридору мимо коробок.

Мы купили квартиру и готовимся к переезду, так что вся квартира в вещах, пакетах и чемоданах.

Оттягивая неизбежное, захожу на кухню, пью холодную воду. Мне страшно, мне сложно через этот страх переступить, но здравая часть меня понимает, что от теста не отвертеться.

Его просто надо сделать.

Если ничего нет, значит, нет поводов для тревог.

Ну а если есть… значит, надо собирать себя и искать грамотного врача для ведения беременности.

Дав себе мысленный подзатыльник, иду делать тест.

Пока жду невыносимо долгие пять минут, занимаю себя делами: переодеваюсь, грею обед, рассматриваю гардероб — вернее то, что осталось собрать для переезда.

Входная дверь хлопает, и я выхожу из спальни.

— Свят? Ты что-то забыл? — спрашиваю удивленно.

Обычно муж возвращается вечером, так что я не ждала его в обед.

Он быстро подходит совсем близко, смотрит мне в лицо.

— Ты в порядке? Лида сказала, ты плохо себя почувствовала.

— Что-то голова закружилась. Но мне уже гораздо лучше, не переживай, — тянусь к мужу, целую его в колючую щеку. — Будешь обедать?

— С удовольствием, — улыбается устало. — Только руки помою.

Свят уходит в ванную комнату, а я остаюсь посреди спальни, запоздало вспоминая, что в ванной остался тест.

Несколько секунд там стоит тишина, а потом дверь медленно открывается и выходит Свят. В руке у него тест на беременность.

— Вита, — он поднимает на меня неверящий взгляд, — тут две полоски. Ты беременна.

Сердце заходится в рваном ритме, и я выдыхаю. Прикладываю руку к двери, потому что перестаю чувствовать почву под ногами.

Муж подбегает ко мне, поддерживает и помогает сесть на кровать.

— Дай я посмотрю, — забираю у него из рук тест, на котором две отчетливые полосы.

Из глаз у меня вырываются слезы, и Святослав тут же стирает их.

— Ты чего, родная? —прижимает меня к себе.

— Я тогда не выпила таблетку.

Он замирает, медленно отстраняется, смотрит мне в лицо.

— Правда? Ты серьезно?

Киваю, плача.

— Мне страшно, Свят.

— Вита… — он садится рядом, осторожно берет меня за руки. — Посмотри на меня.

Поднимаю взгляд, сквозь слезы.

— Ты больше не одна, я рядом, — говорит тихо, но твердо.

— А если… — голос срывается. — Если все повторится?

Он качает головой и придвигается ближе, почти касаясь лбом моего.

— Не думай об этом, не сравнивай.

Я всхлипываю, сжимая тест в пальцах, как будто он может исчезнуть, если отпустить.

— Я не готова снова… — шепчу. — Не выдержу, если опять…

— Выдержишь, — перебивает мягко, но уверенно. — Потому что в этот раз ты не одна. И потому, что мы будем все делать правильно. Врачи, анализы, наблюдение — как положено.

Он проводит рукой по моим волосам, медленно, успокаивающе.

— И потому, что это уже другая история, Вита. Не та.

Святослав шумно выдыхает и широко улыбается, зарывается рукой в волосы.

— Вита, я не могу передать тебе, как я рад. Я мечтал об этом. Боялся, что ты больше не захочешь детей. Спасибо, родная. Спасибо за этот шанс.

Он бережно берет мое лицо в свои руки, целует щеки, губы.

— У нас все будет хорошо, слышишь?

— Да, — шепчу солеными губами.

— Я люблю тебя, Вита… у нас будет ребенок. Такой же упертый, как его родители.

Я прячусь у него на груди, слушаю, как ровно бьется его сердце.

Страх никуда не исчез. Он все еще где-то внутри, тихий, настороженный, как тень. Но теперь рядом с ним есть что-то другое — теплое, живое, осторожное.

Свят гладит меня по спине, и это простое движение будто собирает меня заново по кусочкам.

— Мы справимся, — шепчет он мне в волосы.

Я не отвечаю сразу. Просто киваю, прижавшись к нему сильнее.

Четыре года спустя

Вита

— Бабушка, покатай меня, как на вертолете, — дочь залезает на руки к моей маме.

— Солнышко мое, твоя бабуля выпила бутылку шардоне, боюсь, что на вертолете бабуля прокатится одна и чуть позже, — шутит мама.

— А что такое шардоне? — с интересом спрашивает Ева.

— Вырастешь, я тебе расскажу. И угощу, — мама заговорщически подмигивает.

К нам подходит Святослав и протягивает руки к малышке.

— Пойдем, моя принцесса, я тебя покатаю на вертолете, пусть мама и бабушка отдохнут.

Муж забирает нашу дочь и отходит на лужайку около дома, крутит Еву, подбрасывает в воздух, а она заливисто смеется.

Беременность Евой протекала отлично, первый месяц немного мутило, но особого токсикоза не было. Когда она появилась у нас со Святом, стало понято: наша жизнь полностью изменились, и Ева стала эпицентром нашего мира.

Порой мне кажется, что наши жизни крутятся вокруг нее, что мы любим ее слишком сильно, а потом я понимаю — если не мы, то кто еще ее будет так любить?

Возможно, кто-то скажет, что мы балуем ее, но мне плевать — тот, кто однажды потерял ребенка поймет, что невозможно слишком сильно любить своего ребенка.

— Как у тебя с работой? — спрашивает мама, отпивая из бокала.

— Хорошо. В саду полная загрузка. Теперь хочу сделать начальную школу на полный день, с продленкой. Сейчас веду переговоры с министерством образования и гимназией.

— Молодец, Вита, — кивает довольно мама.

Я ушла в декрет рано, благо Лида сама настояла — работать с животом тяжело. Думаю, Святослав приложил к этому руку, но он никогда не