История одной измены - Николь Келлер

— Мы привыкли, — пожимаю плечами. — Когда постоянно живешь в таком ритме, перестаешь замечать.

— Спасибо, что, несмотря на то, что у тебя столько забот с Викулей, согласилась помочь. Я не знаю, что бы я без тебя делал.

Переводчица Эмиля отравилась креветками, и ее начало сильно полоскать за час до регистрации на рейс. Бедняжку увезли в больницу прямо из аэропорта.

Мой друг часто между делом рассказывал мне про этот контракт, когда мы созванивались. Он работает над ним уже очень давно. Сумма там такая, что даже произносить страшно. И не то, что бы вторая сторона не нашла переводчика в кратчайшие сроки, просто мой друг привык держать все под контролем. И доверять только своим людям. Разумеется, он никак не смог бы во время полета найти переводчика.

Но у него есть я.

Специфика работы мне знакома, язык я знаю достаточно неплохо — учила его в школе, универе и здорово подтянула, когда жила в Германии.

И, конечно же, я не могла отказать Эмилю, после того, что он сделал для меня.

Я гляжу в окно на до боли знакомые пейзажи, и сердце болезненно сжимается. Дурное предчувствие нарастает, заставляя часто дышать и вытянуться в струну.

— Что такое? Тебе нехорошо? — с обеспокоенностью поглядывает на меня мужчина.

— Эмиль, скажи, как называется компания, с которой у тебя переговоры? — тяну. Я уверена почти на девяносто процентов в его ответе, и эта уверенность становится почти стопроцентной, когда друг сворачивает на улицу, по которой я не раз прогуливалась до кофейни…

— У неё сложное название.…, — кривится немец, пытаясь выговорить.

— Хорошо, а с кем ты вел переговоры?

— Их трое: два брата, Шахмаевы, если я правильно произнес, и ещё один друг…

Черт! Черт! Черт! Так не бывает!

Сердце на ошметки. От бессилия луплю ладонью по панели и хватаюсь за голову.

— Что такое?

— Один из братьев — отец моего ребёнка.

Эмиль бьет по тормозам. Ошарашенно хлопает глазами, пытаясь подобрать слова.

— Сияна, клянусь, я не знал...

— Я тебя не виню. Так бывает.

— Черт, я не могу тебя просить в таком случае… Я же видел, как он сделал тебе больно… Но, пожалуйста… Ты мне очень нужна…

Похлопываю друга по плечу и силюсь улыбнуться. Собрать себя в кучу.

— Все в порядке, Эмиль. Я пойду с тобой. В конце концов, возвращаясь в Россию, я предполагала, что рано или поздно мы можем случайно встретиться. И вот этот случай настал.

— Спасибо! Обещаю, я не дам тебя в обиду.

Мы проходим мимо знакомого поста охраны. Заходим в лифт, в котором я ездила десятки раз. Нас гостеприимно встречает секретарша и сразу провожает в до боли знакомый конференц — зал. Вежливо предлагает напитки и сообщает, что руководители сейчас подойдут.

Сердце сбивается с ритма, когда вижу входящих Артура Маратовича и Богдана Дмитриевича. У них вытягиваются лица, а Богдан вообще глухо матерится. Но оба быстро берут себя в руки, обмениваются рукопожатиями и приветствиями с Эмилем и садятся напротив. Прожигают меня все время, не решаясь начать разговор.

— Рад тебя снова видеть, Сияна, — наконец выдает Артур Маратович. Вот только голос звучит отстраненно и немного холодно.

— Здравствуйте, — это максимум, который я могу из себя выдавить.

Шахмаева — младшего я чувствую ещё по шагам, до того, как он появляется в конференц — зале. Чувствую его кожей. Сердцем.

Вскидываю голову в момент, когда Денис переступает порог. Замирает, как будто на препятствие наталкивается. Глазами жадно блуждает по лицу.

А я настолько мощный удар в грудь получаю, что весь воздух из легких выбивает. Наши взгляды скрещиваются, как шпаги. Меня парализует, душит. Но ни за что бы в жизни я сейчас не смогла отвернуться или моргнуть.

Он все такой же красивый. Сильный. Резкая линия скул, легкая щетина, пристальный карий взгляд. Вот только на их дне коктейль из боли и тоски. Я знаю, о чем говорю — ведь в моих плещётся то же самое.

— Сияна, все в порядке? — осторожно интересуется Эмиль, накрывая мою ладонь своей.

И в этот момент как будто морок спадает. Я делаю спасительный глоток кислорода, но вместо долгожданного облегчения в легкие и горло вонзаются тысячи иголок. На глазах от боли, от которой в судорогах бьется моя душа, выступают слезы. Меня мелко потряхивает.

— Все нормально, — натянуто улыбаюсь другу и в ответ слегка сжимаю пальцы.

И только сейчас в фокус моего внимания попадает женщина. Она, перебегая между мной и моим Денисом, касается его плеча и пытается заглянуть в лицо.

— Денис?

Внутри меня что — то со звоном разбивается.

Денис.

Просто Денис. Без отчества и на «ты». И поглаживает она его… не как рядовая сотрудница.

Эта девушка больше, чем сотрудница. Она его женщина, и у них служебный роман.

Как и у нас когда — то.

Ничего не изменилось — Шахмаев все такой же кобель!

Денис, не оглянувшись на девушку, кивает и обменивается рукопожатием с Эмилем. Занимает свое место. Переговоры начинаются, и я стараюсь сконцентрироваться на том, чтобы все четко переводить для своего друга.

Но сделать это нереально сложно, когда тебя атакуют карие глаза. Происходящее, кажется, не интересует Шахмаева. Он откидывается на спинку кресла и беззастенчиво разглядывает меня, изредка вставляя в разговор свои ремарки.

Переговоры длятся без малого почти три часа. По их окончании я, взмокшая, дерганная и взвинченная до предела, извинившись и попрощавшись, вылетаю из конференц — зала. По старой памяти добегаю до уборной и запираюсь изнутри.

Упираюсь ладонями в столешницу и тяжело дышу. Внутри цунами из чувств. Крушит все на своем пути: мое спокойствие, гармонию и уверенность в себе. Оставляя после себя горький пепел и… жгучую, мать его ревность!

Застарелые раны начинают ныть. Лейкопластыри, которыми я все это время пыталась их заклеивать срывает один за другим.

Боже…

Я думала, я излечилась от Дениса Шахмаева…

А у меня все ещё болит. Как три года назад.

От бессилия бью ладонью по зеркалу. Открываю кран и плещу себе холодной воды в лицо. Успокоившись, открываю дверь и, убедившись, что в коридоре никого нет, выскальзываю и быстрым шагом направляюсь на выход.

Не успеваю дойти до лифтов, как сердце и пульс сходят с ума. Кожа покрывается испариной, а в ушах нарастает шум.

Мне не нужно оборачиваться, чтобы понять, что Денис позади. Я чувствую его на расстоянии.

— Сияна…., — осторожно касается моего плеча. А меня как