Остров миллиардеров. Часть 2 - Оливия Хиллиер

— Я был заинтригован ею с самой первой секунды нашей встречи, но именно после нашего первого свидания я всем сердцем понял, что она — тот человек, с которым я хочу провести остаток своей жизни. Единственное, на что я надеялся, — это не испортить все и что чувства, которые я к ней испытывал, будут взаимными.

— Они взаимны. И всегда будут взаимны, — прошептала Молли на ухо Генри, обнимая его за руку.

— А ты, Джеки? Есть ли у тебя что-то, о чем ты хотела бы спросить Генри, чтобы убедиться, что он действительно подходит моей сестре? — спросила я как раз перед тем, как она собиралась отойти от стола.

Джеки замерла, и я жестом предложила ей присесть на край стола.

Она метнула взгляд на Генри, ожидая его одобрения — сесть ей или ответить на мой вопрос. Генри один раз кивнул, и Джеки выдвинула стул. И Лотта, и Джеки, очевидно, были преданнее Генри, чем собирались быть Молли. Наблюдение за тем, как они взаимодействовали с ним и какие вопросы задавали, действительно раскрывало образ сидящего передо мной человека — или, по крайней мере, тот образ, который ему нравилось создавать.

— Хммм… — задумчиво произнесла Джеки, разглядывая пару. — Мне посчастливилось быть близкой с Генри большую часть своей жизни, и я сразу сказала Генри, что Молли отлично ему подходит. Мне нравится видеть их вместе. Взглянув на них, сразу понятно, что им суждено быть вместе. Они дают мне надежду на то, что и я когда-нибудь найду что-то столь же особенное.

— Да-да. Да, мы это и так знаем, но это игра в двадцать вопросов, Джеки. Сентиментальности можем оставить для свадебных тостов. У тебя есть вопрос к Генри или нет?

— Я бы хотела узнать, как ты планируешь совмещать бизнес и брак, Генри?

— О-о-о, вот это хороший вопрос, — сказала Лотта. — Генри-трудоголик, у которого скоро появится жена.

Генри вздохнул, но Молли притянула его ближе к себе.

— Послушайте, я знаю, что я не самый простой человек для свиданий, не говоря уже о браке. По сравнению с обычным человеком я трачу на работу огромную часть времени. И это, возможно, не тот ответ, который вы хотите услышать, но я должен поблагодарить Молли. Она проявляет ко мне снисходительность, когда дело касается моей работы. Она сама глубоко увлечена бизнесом и не просто проявляет понимание, но и хочет сидеть, разговаривать и вникать во все детали моих будней. Мы действительно разделяем одни и те же страсти, и теперь, когда у нее есть собственное направление в бизнесе… что ж…

— Это жизнь, которую я выбрала, и это жизнь, которую я хочу. Твои увлечения — это действительно мои увлечения, и я бы не изменила в тебе ни единого волоска, — сказала Молли.

Меня подташнивало. Может, в мою мимозу что-то подмешали? Они что, промывают нам тут мозги? Или моя сестра действительно просто потеряла себя в небесно-голубом сиянии знаков доллара в глазах Генри? Не могу поверить, что этот парень понравился мне при первом знакомстве. Теперь он казался очевидно фальшивым и приторным. Эталонный маньяк-любовник, скрывающий чертову кучу тайн. Неужели я единственная, кто это видит?

— О Господи, Элиза, пожалуйста, раскуси этого человека. Он слишком идеален, — сказала Лотта, уже тянясь за вторым бокалом мимозы, пока остальные за столом смеялись.

Раскусить его — именно этого я и хотела. Я хотела сделать это изящно. Достаточно изящно, чтобы моя сестра увидела трещины в его фасаде до того, как стены рухнут и обнажат всех скелетов, которых он за ними прятал. Это была моя специализация. Это должно было быть проще простого.

Но когда Генри встретился со мной взглядом, хитровато улыбаясь в ожидании моего вопроса, моя сестра все еще смотрела на него взглядом, который буквально вырывал мое сердце из груди. Любые планы сделать все изящно вылетели в трубу.

— Один момент, который я хотела бы прояснить, Генри: что за коробка с костюмами у тебя в игровой комнате?

Губы Генри дернулись, и я увидела, как моя сестра напряглась, уставившись на меня с такой яростью в глазах, будто хотела, чтобы я сменила вопрос до того, как Генри успеет ответить. Но помимо того, что я проявляла любопытство, я действительно не понимала, что именно так ее разозлило.

Рейвен рассмеялась:

— О-о-о, вот это разговор! Какой отличный вопрос, Элиза! Да, Генри, пожалуйста, расскажи нам, нравится ли тебе наряжаться поваром в сексуальных играх? И почему у тебя в игровой комнате лежит коробка с женской одеждой?

Челюсть Молли сжалась.

— Извини, Молли. Я знаю, что тебя это не беспокоит, но как твои подруги мы должны убедиться, что ты в безопасности. И нам также нужно заставить твоего будущего мужа немного попотеть, — Лотта подмигнула Молли, беззаботно улыбаясь, пока та выдавливала из себя полуфальшивую улыбку.

— Спасибо, но тебе правда не нужно отвечать на этот вопрос, Генри, — сказала Молли. — Все в порядке.

Генри нахмурился, отстраняясь от моей сестры.

— Почему? Тебя это беспокоит?

— Нет, нисколько. Я просто думаю, что эти вопросы становятся слишком личными, и хочу дать тебе понять, что ты не обязан на них отвечать, вот и все. Что бы ты ни держал в своем доме — это никого не касается, — сказала Молли.

— Все в порядке, дорогая. Я считаю, это здорово, что твои подруги заботятся о тебе, и они имеют полное право устроить мне допрос. Это значит, что им не все равно, — сказал Генри, целуя Молли в лоб и заправляя прядь ее волос за ухо. — Однако я вынужден всех разочаровать. То, что вы нашли, — это вовсе не коробка с костюмами. История была бы куда более увлекательной, будь это так, но вынужден вас расстроить: это всего лишь коробка с забытыми вещами.

— Забытые вещи? В смысле, одежда, которая там лежит, принадлежала людям, которые когда-то приходили сюда в гости? — спросила я, незаметно нажав на кнопку телефона в кармане, чтобы включить диктофон.

— Да, Элиза! — выплюнула Молли через стол в мою сторону. — Это и есть точное определение забытых вещей! Какого черта ты так цепляешься к этой теме? Ты хочешь задать вопрос, который действительно имеет значение? Я выхожу замуж за Генри через пару дней. Так что сейчас самое время узнать человека, с которым я собираюсь провести остаток своей жизни. Предлагаю тебе действительно использовать это время, вместо того чтобы заставлять меня слушать твои жалобы на то, что ты едва знаешь