Хаос ворон - Эвелин Флуд

Фрэнки Коста.

Она может быть шпионкой. Такая возможность есть, хоть и малая. Подбросить случайную девушку в ряды Ворон и надеяться, что я обращу на неё внимание — маловероятно.

А её взгляд… я узнаю его. Больше, чем хотелось бы.

В ней чувствуется выжившая.

Я опускаю взгляд на ее работу. Наблюдаю за ней с минуту, прежде чем нахмуриться. — Что ты делаешь?

Она поднимает брови, явно чувствуя, что я смотрю на нее, но не поднимает глаз. — Очевидно, не так ли?

Я наклоняюсь вперед, чтобы рассмотреть поближе. — Никогда не видела, чтобы кто-нибудь так красил ногти.

Легкая улыбка приподнимает уголок ее рта, шрам становится шире. — Ты очень наблюдательна, Катарина Корво.

Я жду, пока она закончит рисовать странные полоски на ногтях, избегая любого контакта с кожей, и она ставит бутылочку. — Мне нравится химия. Комбинации могут производить некоторые интересные эффекты в правильном формате. Поэтому я экспериментирую. Эта конкретная комбинация создает летаргический эффект, когда она вступает в контакт с вашим кровотоком. Я работаю над тем, чтобы сделать его многослойным, но я не хочу, чтобы он касался моей кожи.

Ее голос тихий, но от этого не менее страстный. — Я никогда больше не буду жертвой.

Я смотрю на ее ногти еще несколько секунд. Оружие, о котором никто не заподозрит, пока ей не понадобится им воспользоваться.

В моей голове формируется идея, и я поджимаю губы. — Что у тебя сегодня утром? Какие-нибудь лекции? И с какого ты курса?

Она растерянно моргает, глядя на меня. — Пятый курс. И… ничего особенного. Хакерство или еще какая-то хрень, которую мой отец заставил меня выучить много лет назад. А что?

Я морщусь при напоминании о том, насколько разные у нас расписания. Образ Эми вспыхивает в моем сознании.

Но потом я подсчитываю. Пятый курс означает, что ей двадцать два или около того. Моя улыбка зарождается медленно. И она распространяется шире. — Потому что я думаю, что ты могла бы идеально подойти на роль, которая только освободилась. Пойдем со мной. Ты закончила здесь?

Она машет руками в воздухе, чтобы высушить ногти. — Э-э. Я так полагаю? Дай мне секунду.

— Отлично. — Я вскакиваю со стула, шум привлекает внимание Тони.

— Пять минут, — зову я его, и он понимающе кивает.

Дэнни не поднимает головы. Я даже не уверена, что он меня услышал.

— Куда мы идем? — Фрэнки хватает свою сумку и, обогнув длинный стол, подходит ко мне. Я ловлю любопытный взгляд Тони и улыбаюсь ей сверху вниз.

— Чтобы потрепать кое-кому перышки. Думаешь, ты готова к этому?

Она прищуривается, глядя на меня, ее пальцы сжимают ремешок ее черной сумки. — Они сказали, что ты... э-э... другая. Я не ожидала, что смогу увидеть это лично.

Мне страшно подумать, кто именно это сказал и что они имели в виду.

— Разочарована?

Она смотрит на меня. На ее лице нет ни трепета, ни намека на почтение.

Мне начинает нравиться этот план.

— Нет, — говорит она наконец. — Я совсем не разочарована.

Я жду, пока они сами спросят.

И это Тони набирается смелости, но только в самом конце собрания. Его глаза прищуриваются, когда он смотрит на Фрэнки. — Итак… кто это, собственно, такая? И почему она здесь?

Она смотрит прямо на него в ответ, не впечатленная.

Винсент прочищает горло. — Франческа Коста. Новенькая. Прибыла вместе с группой Маранзано.

— Фрэнки, — поправляет она его.

С уважением, но Винсент все еще моргает. Кивает. — Прошу прощения. Это Фрэнки.

Я прикусываю губу, чтобы скрыть улыбку от напыщенной официальности. — Я привела Фрэнки для присяги в качестве старшего солдата. Вроде того.

Тишина.

Никто не двигается. Даже Фрэнки. По-моему, они даже не дышат.

Винсент приходит в себя первым, бросая на Фрэнки извиняющийся взгляд. — Кэт… она не солдат. Мы не...

Он с трудом произносит это вслух.

В Cosa Nostra нет женщин-солдат.

— Нет, — медленно говорю я. — Именно поэтому я привожу ее к присяге в качестве эквивалента. Эта должность характерна для Корво.

К сожалению.

— Но почему? — Тони резко подается вперед, его лицо краснеет. — Она неподходящая замена Нико!

Дэнни дергается при этом упоминании, его губы плотно сжимаются.

Складывая руки на груди, я бросаю на него холодный взгляд. — Я и не знала, что ты ответственен за назначение моих старших Ворон, Тони.

Его кожа бледнеет, но он удерживает мой взгляд. — Извини, Кэт, но я думаю, что это чертовски плохая идея. Она только пострадает от этого.

Его взгляд перемещается на лицо Фрэнки, его челюсть напрягается.

Фрэнки рядом со мной отшатывается.

Последняя ниточка моего самообладания лопается, и я хлопаю ладонью по столу. Все подпрыгивают, даже Фрэнки. — Это, блядь, не обсуждается. Так что навостри свои чертовы уши, потому что я скажу это один раз, и только раз. Я создаю новую должность с новыми обязанностями. Фрэнки здесь, чтобы быть голосом женщин Корво в кампусе.

Три одинаковых выражения изумления. Даже у Дэнни расширяются глаза.

Тони задыхается. — Мы никогда...

— И это была ошибка, — говорю я резким голосом. — Моя ошибка. Та, которую я исправляю с сегодняшнего дня, и это то, что ты, блядь, примешь, Антонио, и быстро.

Я оглядываюсь по сторонам, оценивая их всех. Только Фрэнки встречается со мной взглядом.

Она подмигивает.

Прикусив уголок рта, чтобы подавить смех, я снова смотрю на трех солдат. — Она подчиняется непосредственно мне и Доменико, если я недоступна. Я назначаю ее обязанности. В остальном, вы должны обращаться с ней как с равной во время этих встреч. Если нам нужно обсудить конкретные вопросы безопасности, я могу попросить ее уйти, но в остальном считайте ее формальной частью иерархии. То же самое применимо и в обратном порядке. Любые проблемы с женщинами в первую очередь решаются с ней. Capisci?

Никто не отвечает.

Фрэнки бросает на меня косой взгляд, ясно говорящий о том, что, черт возьми, происходит, прежде чем открыть рот. — Эмм. Спасибо за прием… всем. Рада быть здесь.

Легкая язвительность в ее голосе делает тик на челюсти Тони еще более заметным, но он ничего не говорит.

— Отлично. Свободны, — тихо говорю я. — Винсент, я хочу, чтобы она принесла присягу перед следующим собранием. Скорректируй ритуал по мере необходимости и сначала покажи мне, чтобы я могла внести свои правки.

Процесс приведения к присяге наших старших солдат жесток. Есть причина, по которой только четверо, теперь трое, и к черту Нико за то, что предал нас, мужчин передо мной, плюс Дом, завершили это. Но я завербовала