Развод в 45. Твой срок годности истек - Панна Мэра
Немного успокоившись, Коля сбрасывает звонок и еще несколько секунд стоит неподвижно глядя на сейф.
— Сволочь, Олег! — шепчет Белов, а затем быстро выключает свет в гардеробе и направляется к выходу.
Похоже, пронесло.
Делаю глубокий вдох и позволяю себе отлипнуть от стены.
Никогда еще не чувствовала такого бешеного адреналина в крови.
Теперь надо срочно понять, что за странные документы держит Коля в сейфе, и почему для кого-то он известен не просто как обычный судья?
Вылезаю из секции пиджаков и уверенно направляюсь к выходу, как вдруг слышу отчетливый щелчок дверного замка, который может означать только одно.
Коля закрыл дверь снаружи, а значит я не могу отсюда выйти.
Глава 38
На меня накатывает паника.
Так. Главное сейчас не выдать своего присутствия в гардеробной своим излишним шумом.
Прислушиваюсь к шагам за дверью и понимаю, что Коля выходит из комнаты.
Отлично. Значит, теперь можно достать телефон и позвонить Ангелине.
Остальным в доме доверия нет. Хотя я далеко не уверена, что Ангелина с мужем остались в доме на выходные.
Выждав еще минут десять, пока звуки вокруг совсем стихли, я набираю номер дочери.
— Мама? Але? — удивленно спрашивает дочь. — Это ты?
— Да, это я, — шепчу ей в ответ, — мне нужна твоя помощь.
— Что-то случилось? Ты где? И почему говоришь шепотом?!
Я снова прислушиваюсь к шумам за дверью.
На этот раз тишину ничто не нарушает.
— Я застряла в гардеробной отца. Мне нужно, чтобы ты меня открыла.
Секундная пауза в трубке сменяется протяжным молчанием.
— Я сейчас у озера. Могу быть минут через двадцать. Ты подождешь?
Выбора у меня все равно нет. Коля сразу поймет, что я подслушивала, а остальные обитатели дома сдадут при первой же встрече.
— Я жду тебя здесь, — отвечаю в трубку и сбрасываю вызов.
Как же неловко.
Ангелина ведь тоже потребует объяснений. Но готова ли я рассказывать ей подробности телефонного разговора ее отца?
Спустя ровно двадцать минут дверь гардеробной, наконец, открывается и на пороге появляется мой ангел-спаситель.
— Мам? — Ангелина растерянно смотрит на меня. — Что ты тут делаешь?
— Отдыхаю от приколов твоего отца и его новой подружки.
Выхожу из гардероба и делаю глубокий вдох.
Мне нужно переварить то, что я услышала сегодня от Белова.
— Ты не знаешь, отец со своей вернулись в свою комнату?
— Нет, — разводит руками дочь, — они уехали на ужин. Маша с Егором и Стася с папой.
Снова внутри появляются неприятные покалывания. Ощущения, будто меня в очередной раз бросили.
— А ты почему не поехала?
— Я, ну... Мы с Кириллом в последнее время стали часто ссориться. Я решила, что нам будет лучше провести вечер по отдельности.
Я понимающе киваю. Давно стала подозревать, что в их отношениях с Кириллом что-то не так. Они будто избегали друг-друга.
— Может, хочешь пройтись? — вдруг предлагаю я и удивляюсь самой себе.
Мы не гуляли с дочкой вот уже лет пять.
И почти так же давно не разговаривали на важные темы.
— Да, ты знаешь, я не против. Мне это сейчас нужно, — отвечает она, решительно направляясь к двери, — за одно расскажешь, как ты вышло, что тебя закрыли в гардеробе снаружи.
* * *Вечерний сад у дома погружается в мягкий свет заката, когда солнце медленно опускается за горизонт, окрашивая небо в нежные оттенки розового и золотого. Уютные дорожки, выложенные гладкими камнями, ведут во все уголки этого зеленого оазиса.
Я создавала этот сад на протяжении пятнадцати лет. Своими руками высаживала и подстригала каждый куст, планировала беседки и подъезды к дому.
А что сейчас?
Смотрю на свой дом так, будто он стал чужим.
Мы с Ангелиной углубляемся в сад.
Здесь вечерняя тишина прерывается лишь легким шорохом листьев и тихим щебетом птиц, которые готовятся к ночному отдыху. И только вдалеке слышен журчащий звук воды из поливачки, которую садовник оставил на вечер.
— Ты что-нибудь слышала о поездках Белова на Сейшелы или Панаму? — наконец решаюсь спросить у дочери.
— Куда?! — она поднимает на меня удивленный взгляд. — Ты сейчас точно про отца говоришь?
— Значит, и ты ничего не знаешь…
— О чем? — не отступает Ангелина. — Отец разве ездил вообще куда-то дальше Подмосковья? Он же терпеть не может поездки!
— Я тоже так думала, пока не нашла в его сейфе билеты на его имя. И еще кучу странных иностранных договоров.
Дочка хмурит брови.
Всегда делает так, когда думает. Затихает, будто бы что-то складывает в уме.
— Куда, говоришь, он летал?
— Я видела только билеты на Сейшелы и Панаму. Но что это дает, если мы все равно не знаем, зачем он туда летал.
Вместо ответа Ангелина вдруг останавливается, принимаясь радостно мотать головой.
— Я не знаю, зачем туда летал мой отец. Но вообще-то это очень популярные направления у держателей овшорных компаний.
Теперь приходит мой черед с недоумением смотреть на дочь.
— А что ты удивляешься? Я же журналист! У нас знаешь сколько олигархов в стране там счетами владеют. Вот я и подумала…
— Но не может же быть, чтобы у Белова мог быть тайный бизнес! Он же судья в конце то концов! Ему это запрещено.
Ангелина лишь хитро улыбается мне в ответ.
— А вторую семью тоже законно заводить? Я бы на твоем месте не была так наивна, мама.
Очередная колкая фраза дочери задевает, попадая в самую цель.
Даже здесь Белов был хитрее, скрытнее и прозорливее.
И в такие моменты я задаюсь вопросом: «А было ли хоть что — то настоящее в наших отношениях?»