Здрасте, я — ваше счастье - Наталья Юнина

* * *

Можно сколько угодно себя обманывать, но уже на полпути, я осознаю, что еду за ее машиной. Еще через минут десять понимаю, куда она держит путь. И даже полегчало, когда дошло, что в мой спа-центр. Ну да, занятия, которые ведет мой братец по поимке будущего мужа, сами себя не посетят. Сворачиваю от греха подальше в ближайший ресторан и впервые за последнее время нормально ем. А дальше, вопреки голосу разума, какого-то черта оказываюсь в центре.

Зная, что эти курицы, мечтающие выйти замуж, частенько ошиваются в общем бассейне, демонстрируя полученные навыки у братца пиздабола, я оказываюсь там. Благо не свечу своей мордой.

Спустя некоторое время, вся куриная ферма появляется у бассейна. Вижу знакомые лица, подсунутые мне Катей. Паршивка. Все, кроме одной, стремные. Почти все с лишним весом. Единственная, кто тут давно должна быть замужем, сама Катя, в отличие от некоторых, не демонстрирующая свою фигуру. Она в купальнике, прикрытом розовой накидкой. Это что за херня? Зачем прятать такую фигуру накидками? Да за такое сажать надо. Скучно. Все слишком скучно и впервые хочу спать.

В своих раздумьях пропускаю момент, когда Катя подошла к Саше. Однако, быстро просыпаюсь, когда она тянется к моему братцу и целует его. В щеку или губы — хер разберешь. Это что сейчас вообще было? Пора валить отсюда, если не хочу реально попасть в психушку.

* * *

Встретиться со своими друзьями, возможно, было не лучшим решением, потому что желание нажраться с ними за компанию повышается в стократ. Однако, существенный плюс в общем-то есть. А если быть точнее — приведенные в мой дом девки. Вроде не шлюхи, по заверениям мужиков. И даже одна из них вполне сносная. Правда, до тех пор, пока она не садится ближе.

Бабень с огромными губищами. И если этот пельмень на губах можно пережить, то, сука, усы — нет! Точнее ус. Хотя, почему ус, если это борода? Один черный волос на подбородке. Мрак.

— Усы к беде, — еле слышно произношу я, переводя взгляд на кота. Готов поклясться, что смотрит он на меня…осуждающе. — Тебе усы идут. Не переживай, Валера.

Меня хватает на полчаса культурного проведения мероприятия. Дальше рука сама тянется к рюмке водки.

— Валера, ты за старшего и трезвого в доме. Дашь мне напиться и натворить дичи, никогда не получишь курицу. Усек? Ну, поехали.

Я не собиралась сегодня идти на курсы. Во-первых, такой, как я, ничего не поможет, во-вторых, просто нет настроения. Но пришлось отпрашиваться. И вовсе не для того, чтобы реально туда попасть. А чтобы эта синеглазая морда меня не отпустила. Чтобы сказал что-нибудь этакое, некогда привычное. Задел, поддел, да хоть бы на ногу наступил. Подошло бы для поднятия тонуса даже привычное оскорбление о моей несуществующей шлюхастости. Мне жуть как было необходимо, чтобы это вылилось в еще незабытое препирательство, по которому я капец как скучаю. И снова очередной облом.

Да, я жалкая и ненавижу себя за то, что испытываю отнюдь не ненависть к этой скотине, но поделать с этим ничего не могу. Мне даже в мыслях стремно назвать, что это такое. Отгоняю ЭТО от себя, но гадство такое никуда не девается. Единственным утешением служит еда. Я заедаю всем чем только возможно равнодушие и спокойствие этой паскуды.

Радуюсь, как маленький ребенок, когда, примостив свою немного разжиревшую пятую точку в свою любимицу, обнаруживаю, что Кирилл садится в свою машину и едет за мной. Правда, счастье оказалось недолгим. Незадолго до спа-центра он сворачивает с дороги.

И вот сейчас впервые за этот нескончаемый отвратительный январь я рада тому, что в итоге попала на эти курсы. Потому что стоит мне только оказаться у общего бассейна, как я замечаю Арестова. Не знаю, как мне удается проявить самообладание и сделать вид, что я спокойна и его не замечаю. Я готова писаться кипятком от радости, когда понимаю, что он смотрит на меня. Я помню этот взгляд, когда кожа буквально горит. Сердце заходится в бешеном ритме. Хочу, чтобы этот гад подошел ко мне. Подколол, наорал, дал дебильное задание, а я дала волю своему языку.

Но он не подходит. Только смотрит. А я понимаю, что не хочу так! Хочу вывести его из себя. Переспать назло с прилипчивым Игнатом, чтобы об этом узнал непременно Арестов? Вот только это наоборот закрепит его мнение о статусе моей шлюхастости. Переспать с ним, чтобы, так сказать, нате вам, Кирилл Владимирович, неопровержимые доказательства? Не хочу.

Хочу, чтобы он так же, как и я, лез на стену, не только от безысходности, а так же втюхался в меня, даже считая экс-любовницей своего отца. Как же наивно и глупо это звучит даже в собственной голове. Но себе-то можно признаться: я хочу чтобы он не просто меня хотел, я хочу чтобы меня любили. Вопреки всему. Здравому смыслу, принципам и брезгливости.

Плевать, что будет потом, и кто там реально меня ждет: паскуда или падлюка с окончанием на «ат», я ведь сейчас живу, а не когда-то там. Сама не понимаю, как оказываюсь рядом с Полуяновым, тянусь к нему на цыпочках и целую его…почти в щеку. Смотри, смотри. И, желательно, взбесись, Кирилл Владимирович.

— Катерина, благо свет не моих очей, что это было? — даже забавно видеть на лице гуру растерянность.

— Это я специально, чтобы Булат, ну тот, который бесхозяйственный, понял, что я уже не одна и отстал от меня.

— Бесхозяйственный?

— Ну…безписечный. Вот.

— Там нет бесхозяйственных мужиков.

— Да? — как бы невзначай поворачиваюсь. И вижу только удаляющуюся фигуру Арестова. — Ну, он уже ушел. Значит, все понял. Спасибо вам, Александр.

— Пиздишь, — вот те нате. — Ты это сделала по другой причине.

— Зжу, — соглашаюсь, кивая как идиотка.

— По какой? — насмешливо интересуется Полуянов.

— Если сказать словами героинь вашей будущей жены: «так быстро я не придумаю достойный ответ».

— Так, может, придумывать не надо.

— Ладно. За месяц я набрала четыре килограмма и очень переживаю из-за этого. И мне стало интересно, как вы поведете себя, если я вас поцелую.

— Охеренная логическая цепочка. Влюбилась, Кать?

— Где взаимосвязь? У вас тоже проблемы с логическими цепочками.

— У меня с логикой все в порядке.