Развод. Спасибо, ты сделал меня стервой - Александра Багирова
Звонки от соседей продолжаются. Потом они собираются у моих ворот. Что-то кричат. Скандируют.
Так пора этот цирк прекращать. Вызываю эвакуатор, а заодно и полицию.
И тут мой телефон снова звонит. Смотрю на экран и принимаю вызов.
— Давид, только не говори, что ты с плохими новостями. Они совсем не в тему.
Глава 54
Платон
Сын появляется в коридоре в одних трусах. Смотрит на отца с немым вопросом: «А ты что тут делаешь». На лице не то, что радости нет, он даже не удосуживается изобразить хоть минимальное уважение к отцу.
— Видишь! Разберись с ним, он меня пугает, — надувает губы девица.
— Пугаю? — не выдерживает Платон. — Вы осторожней, дамочка, вы все же с отцом своего молодого человека разговариваете, — басит, голосом, которым отдавал распоряжение в офисе.
Расправляет плечи и бесцеремонно отодвинув девушку входит в прихожую.
Арсений… он краснеет, слабо, но Платон это отчетливо видит.
Он краснеет, от того, что Платон его отец? Эта мысль только подливает масла в огонь.
Он же знает, какая у отца ситуация, и вместо поддержки вот такая встреча? Словно он реально бомж, просящий милостыню у порога!
— Ты не вовремя, — выдавливает Арсений.
— Так че, он реально твой папаша? — девица округляет глаза.
— Даш, давай вот не сейчас. Оставь нас, — Арсений говорит со стальными нотками.
— Арсюш, но у нас же романтик… — канючит.
— Я вроде бы сказал, уйти в комнату, — голос становится на тон резче.
— Ладно. Ты только не долго.
Девица еще раз бросает презрительный взгляд на Платона.
Как же бабы ведутся на внешний лоск, еще всего пару дней назад, вот такого вот типа дамочки шеи сворачивали и облизывались, желая заполучить такого самца, как Платон, себе.
Ничего, все еще у него впереди. Он не позволит себе упасть в грязь лицом. Больше нет.
— А как же Илона? — почему-то начинает разговор с сыном с этого.
Он был уверен, что сын одержим ею и даже не смотрит на других девок.
— Что Илона? — Арсений выгибает бровь. — Я к тебе лез в постель? Указывал с кем спать? Нет. Вот и ты не лезь.
— Ты вообще берега попутал так со мной говорить? — Платон закипает. — Морщишь нос завидев родного отца. Стыдишься меня! Арсений, ты… — от всего стресса даже не находит слов, чтобы охарактеризовать свое разочарование.
— Ты себя видел? А вообще. Какого ты пришел ко мне без звонка и на ночь глядя? — скрещивает руки на груди.
— Потому что ты мой сын. Мне надо переночевать, — Платон теряется.
И от этого ему становится противно от самого себя. Эти все события подкосили его, он даже не может в нужном тоне вести диалог.
— И поэтому ты притащил гору мусорных пакетов? Ты вообще в курсе, что у меня однушка? Как видишь, у меня планы на вечер.
— Это мои вещи!
— А почему ко мне? Ты же к Софе переехал.
— Софа, — Платона начинает трясти мелкой дрожью. — Она… Она… Ноги… подмышки… Арсений, ты бы знал, чем она занималась. Я больше ее видеть и знать не хочу! — снова рвотные позывы.
У него уже рефлекс выработался. Едва вспоминает, так сразу белый друг зовет.
— А ты это откуда знаешь? — раздраженно восклицает.
— Стоп! — вглядывается в лицо сына. — Так ты знал! Все знал!
— Слушай, отец, ты что тут пришел мне разборки устраивать? Знал не знал, я не так много просил. Просто не лезть в мои дела. Но нет, вы с матерью, решили разрушить все мои планы.
— Ты знал, и не предупредил меня кто она такая? Ты же от Илоны был в курсе наших отношений.
— А должен был? — хмыкает.
— Да! Мы же родные люди.
— Мне вообще не с руки было, чтобы ты знал.
— Ты… ты шантажировал этим Софу! Ты ее в долги загнал! — догадывается Платон. — ты и Лукас. Ты или с ним заодно, или по одиночке.
— Не лезть в то, что не потянешь.
— Я не потяну, мелкий гаденыш! Ты что себя великим комбинатором возомнил? Что ты мутишь? Во что ты вляпался? — Платон ревет на всю квартиру.
— Держи себя в руках. Не позорь меня еще больше перед дамой. Посмотри до чего ты докатился, вся твоя жизнь уместилась в несколько мусорных пакетов. Отец, возьми себя в руки. Я тебе дам денег, сними себе номер в отеле. У меня для твоего барахла места нет.
— Пошел ты, — Платон злобно на него смотрит, — Сын называется, — громко хлопает дверью.
Как раз из лифта курьер выходит.
Платон стоит сбоку и смотрит, как сын вежливо и любезно общается с посторонним разносчиком. А как с отцом?
Дико больно и обидно становится.
Он выносит пакеты на первый этаж. Достает телефон и набирает номер Илоны. Пусть знает, с кем ее Арсений развлекается.
Глава 55
Арсений
— Даш, доставка, разбирай, — он заносит пакеты на кухню.
— Арсюш, — она мнется на пороге, — Я, наверно, была груба. Это все же твой отец, а я его бомжом… Прости, просто у него вид был такой, и запах… Словно он… ай, — взмахивает рукой. — Не продолжать мне, закрыть варежку. Знаю.
— Ну да, ты ожидала другого папашу у меня, — он не весело усмехается. — А теперь он такой… Больше не богатей, и да, по факту бомж, потому как жить ему негде.
— И ты выгнал его? Из-за меня? — она делает несмелый шаг к нему.
— Даш, при чем тут ты. Хотел бы оставил. Не хотел, — Арсений подходит к окну и смотрит на мрачное небо. Ни единой звезды.
Вот почему все так? Через одно место.
— У вас плохие отношения?
— Мой отец всегда думал только о себе, — проводит пальцем по стеклу.
— А мама?
— Маме лучше просто поумерить свой пыл и не мешать мне, — отвечает с раздражением. — Даш, че за допрос? Распаковывай заказ, — резко поворачивается и не глядя на нее уходит из кухни.
Надевает спортивный костюм и идет на балкон.
В детстве отец для него был образцом подражания. Как же он его любил. Он старался во всем на него походить. Искренне не понимал младшего брата, который был гораздо ближе к матери.
Хоть в тайне радовался, что такие расклады. Так Арсений мог больше времени проводить с Платоном. И отец всегда говорил ему, что надо ставить себе смолоду цели, думать, как достигнешь их. Рассказывал, как сам добивался успеха.
Арсений впитывал каждое его слово. Когда он окончил школу, у него было уже четкое виденье, чем