Когда любовь меняет адрес - Марина Исайр

— Семейных? — переспросил Максим.

Даниил словно только сейчас вспомнил, что не предупредил брата о наших отношениях. Он подошёл, положил руку мне на плечо и произнёс уже серьёзнее:

— Алиса моя девушка.

Максим не изменился в лице, только закрыл папку и выровнял её относительно края стола.

— Давно?

— Около месяца.

— Ты мог сказать раньше.

— Собирался.

— Когда?

— До свадьбы время ещё было.

Я толкнула Даниила локтем, а Максим посмотрел на меня так, словно пытался понять, не собираюсь ли я сбежать после услышанного.

— Личные отношения не повлияют на решение, — произнёс он. — Если вас примут, требования будут такими же, как к остальным.

— Я другого и не прошу.

— Хорошо. Отдел кадров свяжется с вами завтра.

Уже вечером Даниил сообщил, что меня берут с испытательным сроком. Он хотел отпраздновать новость, но я сначала несколько раз уточнила, действительно ли Максим принял решение сам.

— Он сказал, что ты споришь лучше половины руководителей отделов и хотя бы не пытаешься угадывать правильный ответ.

— Похоже на сомнительный комплимент.

— От Максима почти признание в любви.

Я рассмеялась и не придала словам значения.

Первый рабочий день прошёл в знакомстве с людьми, документами и внутренними правилами. Ближе к вечеру Даниил привёл меня в кабинет брата. Максим разговаривал по телефону, поэтому мы остановились возле двери.

— Она впервые работает в такой большой компании, — сказал Даниил, когда разговор закончился. — Присмотри за ней, ладно?

— Я стою рядом, — напомнила я.

— Знаю. Максим тоже должен услышать.

Старший брат посмотрел на него без особого восторга.

— Алиса взрослый человек.

— Никто не спорит. Просто помоги, если возникнут сложности.

— Даня, я пришла работать, а не отдыхать под присмотром.

— Хорошо, хорошо. Больше ничего не говорю.

Он поцеловал меня в висок и ушёл на встречу, оставив нас вдвоём. Максим подвинул ко мне папку с документами.

— Не обращайте внимания. Он считает, что забота даёт право вмешиваться в чужую жизнь.

— Вы говорите так, словно сами никогда не вмешиваетесь.

— Я хотя бы стараюсь делать это незаметно.

Тогда фраза показалась мне обычной. Позже я вспоминала её чаще многих признаний.

Потому что Максим действительно делал всё незаметно.

Глава 4. Старший брат моего мужчины

Работа в компании Орловых оказалась сложнее, чем я представляла. Первую неделю я возвращалась домой с ощущением, что весь день слушала разговоры на языке, который понимала лишь наполовину. Вторая прошла немного легче, а к концу месяца я уже различала типы подрядчиков по манере оправдывать задержки и перестала открывать справочник после каждого технического термина.

Даниил помогал, когда мог. Водил меня обедать, знакомил с сотрудниками и объяснял внутренние связи между отделами, которые невозможно было понять по организационной схеме. В офисе он оставался таким же лёгким, как в обычной жизни. Мог за несколько минут успокоить разгневанного клиента, разговорить молчаливого партнёра или добиться скидки там, где другие получали отказ.

Люди тянулись к нему. Даниил помнил имена детей сотрудников, спрашивал о больных родителях и никогда не проходил мимо человека, которому требовалась помощь. Его забывчивость раздражала, но не делала равнодушным. Он мог опоздать на встречу, потому что по дороге остановился помочь знакомому, а потом искренне не понимал, почему первое хорошее дело не оправдывает второе неудобство.

Максим действовал иначе. Он редко шутил и почти никогда не разговаривал с сотрудниками о личном, но в компании его уважали. За первый месяц я ни разу не слышала, чтобы он повысил голос. Когда кто-нибудь ошибался, Максим спрашивал, как исправить последствия, и только после этого разбирался в причинах. Если виноват был руководитель, перекладывавший ответственность на подчинённого, разговор становился настолько спокойным, что присутствующим хотелось говорить шёпотом.

Со мной он держался особенно официально. В кабинете называл по имени и отчеству, проверял каждую цифру и возвращал документы, если находил хотя бы одну неточность. Я решила, что Максим согласился принять меня только ради брата и теперь ждёт подтверждения собственных опасений.

Однажды он вернул мой отчёт в третий раз.

— Здесь не учтены расходы на дополнительную доставку.

— Подрядчик включил их в основную сумму.

— Где подтверждение?

— Он сообщил по телефону.

Максим отложил ручку.

— Телефонный разговор не защищает компанию от нового счёта.

— Я работаю с ним почти месяц. Он всегда выполнял договорённости.

— Месяц не превращает устное обещание в документ.

Я взяла отчёт, чувствуя, как раздражение поднимается к горлу.

— Хорошо. Запрошу письмо.

— Не просите. Поставьте срок и объясните, что без подтверждения оплата не пройдёт.

— Разница только в формулировке.

— Разница в вашей позиции. Вы не просите подрядчика сделать одолжение. Он обязан выполнить условия договора.

Я уже собиралась выйти, но Максим остановил меня.

— Алиса Сергеевна.

— Да?

— Вы хорошо справляетесь. Не нужно защищаться после каждого замечания.

— Я не защищаюсь.

Он посмотрел на папку в моих руках.

— Уже защищаетесь.

Спорить дальше было бессмысленно, и я вышла, мысленно называя его невозможным человеком. В коридоре меня ждал Даниил с бумажным пакетом.

— Судя по лицу, брат снова уничтожил твою веру в себя.

— Он уничтожает только моё терпение.

— Значит, вера в безопасности. Я принёс булочки.

— У меня встреча через двадцать минут.

— За двадцать минут можно съесть две. Максим велел тебе переделать отчёт?

— Откуда знаешь?

— Он всегда делает такой вид, будто возвращает документ ради будущего человечества.

Мы сели в маленькой переговорной и разделили выпечку. Даниил слушал мои жалобы, не оправдывая брата, но и не соглашаясь, что тот придирается.

— Максим может быть слишком требовательным, зато никогда не заставляет переделывать ради собственного настроения. Если вернул, значит, нашёл риск.

— Ты всегда на его стороне.

— Нет. Просто знаю его дольше.

Через несколько дней Даниил пригласил меня на ужин к матери. Я волновалась сильнее, чем перед собеседованием, хотя он уверял, что Елена Александровна любит гостей и не устраивает проверок.

Дом Орловых находился за городом. Большой, светлый, без показной роскоши, но с вещами, которые явно собирались годами. На стенах висели семейные фотографии, возле камина стояло старое кресло, а на пианино лежали ноты с карандашными пометками.

Елена Александровна встретила меня возле двери, обняла, словно мы были давно знакомы, и сразу