Не по договору. Книга первая - Надежда Ковалёва

— И последнее. Последние недели вас постоянно видят вместе. Можем считать, что эпоха самого завидного холостяка города закончилась?

Лиза почувствовала, как рука Дина на ее талии чуть напряглась.

— Можно считать, что журналисты наконец устали от старых фотографий, — ответил он.

— Убедительно. Но пока не очень романтично.

— Это потому, что вы спрашиваете меня, а не ее.

Журналистка моментально повернулась к Лизе. Предатель.

— Тогда Лиза? Он романтик?

Лиза посмотрела на Дина. Светлые глаза были спокойными, но в них пряталось веселое предупреждение. Она решила отомстить.

— Невероятный, — сказала она. — Вчера прислал мне таблицу в Excel.

Журналистка рассмеялась.

— С цветными вкладками, — добавила Лиза.

— Я старался, — сухо произнес Дин.

— И после такого вы не ответили взаимностью?

— Я слабая женщина.

Камера щелкнула. Журналистка уже собиралась отойти, когда с другой стороны раздался мужской голос:

— А я слышал, что все это просто удачная PR-история.

Лиза узнала репортера из таблоида. Нора предупреждала про него. Дин стал неподвижным.

— Тогда вам, вероятно, стоит сменить источники.

— Легко доказать.

— Что именно?

Репортер ухмыльнулся.

— Что вы настоящая пара.

Лиза почувствовала раздражение раньше страха.

— Простите, а справку от терапевта тоже принести? — спросила она.

Несколько человек рядом засмеялись. Но камеры уже повернулись к ним. Дин наклонился к ней.

— Можно? — спросил он тихо.

Один вопрос. Одно слово. Он не должен был значить ничего. Это было прямо предусмотрено договором: никакого физического контакта без согласия.

Лиза знала, что от нее ждут. И все равно сердце ударилось о ребра так сильно, что стало больно. Она кивнула. Дин коснулся ладонью ее щеки.

Не талии. Не плеча. Щеки. Большой палец лег возле уголка рта. На секунду он посмотрел ей в глаза — будто вокруг действительно никого не существовало.

А потом поцеловал. Лиза представляла этот момент слишком много раз. В ее фантазиях он всегда был другим. Более жадным. Или более нежным. Иногда под дождем, однажды совершенно неприлично на кухне ресторана после закрытия. Реальность оказалась хуже.

Потому что была настоящей. Его губы были теплыми и уверенными. Он не торопился. Не изображал страсть ради камер. Поцеловал ее так естественно, словно делал это уже сотни раз и собирался сделать еще столько же. Лиза забыла, что должна играть. Ее пальцы сами нашли лацкан его пиджака.

Дин чуть сильнее прижал ладонь к ее щеке. И тогда она почувствовала его короткий вдох. Он тоже забыл. Всего на секунду.

Но она почувствовала. Дин отстранился первым. Между ними осталось несколько сантиметров. Его взгляд опустился к ее губам и вернулся к глазам.

Камеры вспыхивали вокруг.

— Достаточно убедительно? — спросила Лиза, потому что если не заговорить сейчас, она могла сделать что-нибудь необратимо глупое.

Дин медленно убрал руку.

— Надеюсь.

Голос звучал ниже обычного. Репортер сказал что-то еще, но Лиза уже не слышала. Через двадцать минут они сидели в машине. Между ними было расстояние в половину заднего сиденья.

Лиза смотрела в окно. Дин — в телефон, не прокручивая экран.

— Это была ошибка? — спросил он наконец.

Она повернула голову.

— Что?

— Поцелуй.

— Нет. Сработало идеально.

Его лицо закрылось.

— Я не об этом.

Лиза знала, что должна спросить, о чем именно. Но боялась ответа.

— Это часть работы, — сказала она.

Дин смотрел на нее долго.

— Правильно.

Одно слово. И почему-то именно оно причиняло боль. Когда машина остановилась у ее дома, он вышел первым и открыл дверь.

— Увидимся во вторник.

— На ужине у Картеров.

— Да.

Она сделала шаг к подъезду.

— Лиза.

Она обернулась. Дин стоял возле машины, руки в карманах пальто.

— Что?

Он секунду молчал.

— Ничего. Спокойной ночи.

Она поднялась домой. Закрыла дверь. Прислонилась к ней спиной. И только тогда коснулась пальцами губ.

Через минуту пришло сообщение от Сэма: «Интернет уже считает, что вы поженитесь к весне. Как прошел вечер?» Лиза набрала:

«Я ненавижу твою семью». Сэм ответил почти сразу: «То есть поцелуй был хороший». Она бросила телефон на диван.

Это было самое ужасное. Он был лучше, чем хороший.

ДИН

Дин не должен был помнить вкус ее губ через три дня.

Однако во вторник утром он поймал себя на том, что читает одно и то же письмо четвертый раз и думает не о цифрах, а о том, как Лиза вцепилась пальцами в лацкан его пиджака.

— Проблемы? — спросила Нора.

Дин поднял глаза. Она сидела напротив, листая отчет по прессе.

— Нет.

— Отлично. Тогда вы, возможно, объясните, почему уже пять минут смотрите на абзац из трех строк.

Он положил планшет.

— Что пишут?

— То, что мы хотели. Стабильные отношения, хороший фон для сделки, фотографии разошлись широко. Таблоиды переключились с клуба на «загадочную брюнетку».

— Ее имя известно.

— Это не мешает им называть ее загадочной.

Нора закрыла папку.

— Поцелуй был лишним.

Дин посмотрел на нее.

— Ты сама сказала, что нужны убедительные фотографии.

— Убедительные. Не те, после которых вы полвечера избегали смотреть друг на друга.

— Ты придумываешь.

— Это моя работа.

Он встал и подошел к окну. Нора не уходила.

— Что?

— Ничего.

— Почему все вокруг меня так любят это слово?

— Потому что вы задаете вопросы, на которые не хотите слышать ответы.

Дин обернулся.

— Между нами ничего нет.

— Я не спрашивала.

Он понял ошибку слишком поздно. Нора улыбнулась почти доброжелательно.

— Ужин сегодня в восемь. Постарайтесь не доказывать ничего журналистам языком.

— Выйди.

— С удовольствием.

После ее ухода Дин взял телефон. Чат с Лизой был открыт с субботы. Последнее сообщение от нее: «Доехала. Спасибо». Он набрал: «Как ты?»

Стер. Набрал: «Нора прислала расписание». Стер. Положил телефон.

Через десять секунд взял снова. «Во сколько закончишь сегодня?» Ответ пришел через минуту. «В шесть. А что?»

«Заеду в семь пятнадцать». Три точки появились, исчезли, появились снова. «Очень рискованно. У меня будут ресницы». Он улыбнулся.

Проблема была не в поцелуе. Проблема была в том, что ему нравилось все вокруг него. Ужин у Картеров проходил в частном доме за городом. Никаких фотографов, только будущие партнеры, несколько членов совета Aster и супруги. Формально присутствие Лизы здесь было даже важнее, чем на галерее: люди смотрели не на картинку, а на то, как они ведут себя, когда никто не снимает.

Дин знал, как вести себя. Он не ожидал, что Лиза сделает это легче. Она не пыталась понравиться. Когда один из директоров начал объяснять ей рынок ресторанов, она спокойно спросила, сколько смен он провел