Развод. Двойная жизнь моего мужа - Александра Багирова
Мой муж… как же сейчас это слово греет душу, вызывает нежный трепет в теле, благодаря случаю открыл в себе новый талант. Когда он создавал для меня духи, его очень заинтересовал процесс. Конечно, мой аромат, остается единственным, эксклюзивным и уникальным, он не пойдет в массовое производство. Но Адам создал несколько других потрясающих ароматом. И фирма уже на старте показывает обнадеживающие результаты. А Адам увлечен новым делом.
— Ты меня раскрыла. Оживила, — не раз повторяет мне ночью. Прижимая к себе, бережно гладя мой живот.
— А до этого ты спал? — смеюсь.
— Ага, был в беспробудной спячке, — целует за ухом, вызывая волны огненного желания.
— Полагаю, это только начало, я еще столько в тебе талантов пробужу.
— Можешь начинать прямо сейчас, — бархатный голос приглашает в наш безумный мир изысканных наслаждений.
Мотаю головой, приходя в себя. Не перед свекровью же мне вспоминать все прелести нашей жизни за закрытыми дверьми спальни.
— Ты права, чего это я… Просто предвкушаю отдых, и приятное волнение, — прикладываю руки к пылающим щекам.
— Расслабься и получи удовольствие, — подмигивает Мирослава.
Веселая, жизнерадостная, не могу налюбоваться. Не знаю, может дело в новом бухгалтере у нее на работе? Очень импозантный мужчина лет пятидесяти, с изысканными манерами, проницательными серыми глазами, которые он не сводит с Мирославы.
Она, конечно, все пока отрицает, но вот мы с Адамом искры ощущаем. Ох, как летят!
А Эдуард… О нем мы тоже больше не вспоминаем.
Он еще пытался, ползал на коленях перед Мирославой, вымаливал прощение. Клялся в любви, но был неоднократно послан.
Теперь он устроился работать в техникум, ему дали комнату в общежитии. И про его дальнейшую судьбу не знаем.
В дверях поворачивается ключ, выбегаю из комнаты и сразу же попадаю в объятия к мужу.
— Моя прекрасная леди, твой запах, как я без него прожил весь день? — зарывается носом мне в волосы. — Ничего впереди у нас путешествие, и я сделаю все возможное, чтобы ты его запомнила навсегда.
— Главное — ты рядом, — сильнее прижимаюсь к родному человеку и чувствую себя абсолютно счастливой.
Эпилог. Часть 2
Адам
— Он такой крошечный! — Витя с интересом рассматривает малыша у меня на руках. — Сморщенный, смешной.
— На Адама похож, — важно заявляет Рита.
А у меня в груди щемит. Хочется защитить, дать все самое лучшее. И оторвать взгляд не получается.
Еще и слова детей… похож на меня… мой сын.
Только так, никак иначе.
И пусть внешнего сходства нет, оно будет. Потому что это мой сын. Я его принял сердцем. Я был с ним рядом, когда он рос у Ксюши в животе, я его чувствовал, разговаривал с ним.
Жена стоит рядом и вытирает слезы. Всхлипывает и улыбается. Сегодня нас выписывают.
Мы вместе были на родах. Я не отходил от жены после. Проводил каждую минуту с ними. Ужасно хочется домой. Наслаждаться нашим счастьем, заботиться о сыне.
Роды прошли легко. Не было проблем и во время беременности, наш малыш родился в срок. Когда врачи сказали, тогда он и порадовал нас. Пунктуальный.
Аппетит у него отменный, пацан спокойный, поел и сразу на боковую. А мы с Ксюшенькой часами не можем наблюдать как он спит, залипательное зрелище.
— Офигеть, у меня еще один брат! — Тема тоже заглядывает мне на руки.
— Мы будем его защищать! — тут же активизируются младшие Темкины сестры.
— Поздравляем с пополнением! — Кристина с Семеном обнимают мою жену.
— Бутусик такой, — Виолетта смахивает одинокую слезу. — Вспомнила, как Родичку мне принесли. Он маленький был, неспокойный.
— Нет, я таким не был, — мотает головой Родион с серьезным видом.
Ему тоже интересно, но он старается не показывать эмоций. Держится вдали от детей.
Хоть они к нему и хорошо относятся, но он все равно остается в стороне.
— Скучный и странный, — так его охарактеризовал Тема.
Витя более благосклонен к Родиону, все пытается его расшевелить. И иногда у него это получается. Целеустремленный наш Витька.
И он меняется в лучшую сторону. Оттаивает. Чаще улыбается. Ему нравится наша огромная семья, Кристина ее девочки, Тема.
А я кайфую от жизни со своими родными.
Изменился я, мягче стал в чем-то, а в вопросах их безопасности одержимый. Любому глотку перегрызу, кто посмеет их обидеть.
— Мам, а Максу понравится его комнатка? — спрашивает Рита.
— Мы же всей семьей дизайн выбирали, конечно, понравится, — Ксюша окидывает нас нежным взглядом.
Какие же у нее невероятные глаза, они сияют, и я готов сделать невозможное, лишь бы это внутреннее сияние никогда не погасло.
— Простите нас за опоздание, — в холл вбегает запыхавшаяся и раскрасневшаяся Мирослава вместе с главным бухгалтером моей новой фирмы Николаем. — Покажите мне внука! — сразу же ко мне направляется. — Богатырь ты наш! Мы так тебя ждали! — при виде Макса лицо разглаживается, на глазах слезы, губы дрожат. — Радость-то какая!
— Ой, мам, сама не верю, — всхлипывает Ксюша.
Жена расчувствовалась, эмоций слишком много.
Невероятная у меня женщина. Все никак налюбоваться не могу.
Еще несколько минут проводим в холле, и направляемся к выходу. Рассаживаемся по машинам. Едем к нам домой. Я купил еще одну квартиру и расширил жилплощадь.
Жаль моя мать не смогла приехать. Отчиму сейчас операцию делают за границей. Ничего критического, но она должна быть там.
Ксюшу она приняла вначале настороженно. Потом постепенно начала оттаивать. Хоть близки они не стали, у матери своя жизнь, подросток пацан, от отчима. Муж последнее время болел. И она живет в другом городе. Расстояние сказывается. Я поддерживаю чем могу, она изредка навещает. В принципе, нам нормально. Тут рядом с нами люди, в которых мы уверены и всегда им рады.
Почти…
Уже в машине, мой телефон вибрирует.
«С рождением ребенка, брат. Примите с Ксенией мои поздравления!», читаю в голос сообщение от Никиты.
— Пусть засунет свои поздравления сам знает в какое место, — жена поджимает губы.
— Он знает, ты ему все высказала, — говорю, продолжая смотреть на экран телефона.
Даже в нашем раю есть черные тучи. Точнее одна, но конкретная — мой брат. Последние месяцы он подкинул нам столько проблем. Начудил с лихвой.
И по Ксюше это ударило. Хоть я всеми силами пытался защитить жену. Она с Никитой разругалась в пух и прах, и она во всем права.
Но это не отменяет факта, что нам теперь разгребать плоды его деяний.
— Толку, — настроение жены портится. Теперь так всегда при упоминании Никиты. — Даже если он хочет что-то исправить. Бесполезно. Жаль Кира не пришла, — вздыхает. — Она звонила. Но