Развод неизбежен - Юлия Юрьевна Бузакина

Ника отчаянно дергает меня за руку.

— Открой, иначе этот звонок перебудит детей, — просит она. — Хочешь, я открою вместо тебя?

— Не надо, я сама.

— Постой, я с тобой!

Миновав холл, мы с Никой оказываемся у входной двери. Я смотрю на камеры. Двое полицейских в форме заставляют меня нервно сглотнуть и запахнуть атласный пеньюар посильнее.

— Кто там, Марго? — выглядывает из столовой мама.

— Полиция, — испуганно сообщаю я.

— Надеюсь, твой благоверный не покончил с собой, спрыгнув с моста прямо с чемоданами из-за того, что его бросила старушка-модель? — мрачно ухмыляется Ника.

Я отмахиваюсь. Нет сил отбиваться от ее язвительных замечаний. Отпираю дверь, и вскоре два крепких мужчины в форме топчутся у нас в холле.

— Здравия желаю, — представляется тот, что постарше. — Курбатов Александр Викторович здесь проживает?

— Проживал, — лезет вперед меня Ника. Добавляет язвительно: — Съехал ночью с чемоданами к любовнице.

— А в чем, собственно, дело? — отталкиваю сестру я. А у самой сердце нервно колотится в горле. Вдруг, и вправду…. с моста?

Полицейские переглядываются.

Тот, что постарше, выступает вперед и показывает удостоверение.

— Следователь Дымов Виктор Алексеевич. А вы?..

— Я жена Александра, Марго Курбатова. А это моя сестра, — настороженно поясняю я. Никак не могу понять, что натворил мой благоверный? Убежал из дома под покровом ночи, а теперь его ищет полиция?

Следователь Дымов осматривается.

— Мы бы хотели задать ему несколько вопросов по поводу его отношений с Лерой Преображенской. Ваш муж был частым гостем в ее фотостудии.

— Его нет дома, не тратьте свое драгоценное время, — вмешивается Ника. — В ближайшие две недели он вряд ли появится. У него отпуск.

Но я настораживаюсь.

— Что значит, был частым гостем? Он сказал, что всего лишь однажды был в ее студии, где они делали фотосессию для ее блога про успешных мужчин?

Тот, что постарше, качает головой.

— Где мы можем поговорить, Марго?

— Давайте в столовой? Там нам не будут мешать.

Я провожаю следователя и его напарника в столовую.

— Кофе будете? — улыбаюсь натянуто.

— Не откажемся, с пяти утра на ногах, — переглядываются наши нежданные гости.

— Я сделаю, — тут же вызывается Ника и берет в оборот рабочую зону на кухне.

Мы размещаемся за большим столом. Я первой начинаю тяжелый разговор.

— Вы хотите сказать, что встреча моего мужа с Лерой Преображенской не была единичным случаем?

Следователь Туманов смотрит на меня с сожалением.

— Я вынужден вас огорчить, Марго. Ваш муж упомянут в ее документах, как самый близкий человек, с которым необходимо связаться в экстренном случае.

Я чувствую, как внутри все сжимается. Мой муж долгое время окутывал меня паутиной лжи, а я глотала это, как должное? Двуличный мерзавец.

«Что он в ней нашел?! Что в ней было такого, чего нет во мне?!» — рвутся в голову паршивые мысли.

Следователь внимательно смотрит на меня.

— Скажите, вы были знакомы с этой женщиной?

Я тушуюсь.

— Н-н-нет… я даже никогда о ней не слышала! Блогеров в сети много, а я не очень интересуюсь этой стороной жизни. Но вчера в сети я случайно увидела фото, на котором эта пожилая женщина обнимает моего мужа, а внизу подпись: «Только мой». Я сначала подумала, что это какой-то розыгрыш. Не может же мой муж путаться с женщиной, которая годится ему в матери… Честно говоря, я до сих пор не верю, что у него с ней что-то может быть. Понимаете, мой муж очень привередлив, когда дело касается женского тела. Он даже меня заставил сделать пластику груди. И то, что он бы мог увлечься женщиной, которой шестьдесят семь — очень странное заявление. Вы же осознаете, что в шестьдесят семь тело уже совсем не такое, как в молодости?

Взгляды полицейских с интересом падают на мою грудь. Я тут же запахиваю пеньюар посильнее и чувствую, как вспыхиваю.

— Марго, ваш муж вам изменял? — желая замять неловкость, спрашивает Туманов.

Я напряженно сглатываю. Таращусь на свои руки. Краем глаза замечаю, как Ника на кухне закатывает глаза.

— Не думаю… по крайней мере, я этого не замечала. У него бизнес в фитнес-индустрии, а там, сами понимаете, много красивых женщин. По работе Саша с ними тесно общался. Он помогал им создавать привлекательные тела. Обычно я не придаю этому значения. Не лезу в его дела. У меня своя тихая гавань, в которую он возвращается, чтобы выдохнуть перед очередным сражением.

— А вы работаете?

— Не совсем. Я писательница. Пишу книги в основном дома. До вчерашнего дня наша с Сашей семейная жизнь была похожа на маленькое болотце без малейшего дуновения ветерка. А сегодня я проснулась посреди ночи от того, что мой муж тихо выходил из нашей спальни с двумя чемоданами. Ему вдруг срочно понадобился отпуск, чтобы отдохнуть от семьи.

Ника заносит в столовую поднос с кофе.

— А что за экстренный случай произошел с Лерой Преображенской? Раз вы пришли сюда и задаете вопросы, значит, у неё что-то стряслось? — расставляя перед гостями чашки, интересуется она.

Те переглядываются.

— Дело в том, что прошлой ночью Лера Преображенская была убита в своей творческой студии. Убийство произошло примерно с трех до четырех часов утра, — поясняет Туманов.

Ника выкатывает глаза.

— Убита?..

— Да. С ней жестоко расправились с помощью кувалды, которую обычно используют для дробления бетона и камня. Ей размозжили лицо и голову. В общем… неприятное зрелище. Такое уже ничем не восстановишь. Ни один визажист не справится.

Я впадаю в ступор. Язык прилипает к небу. Просто не могу говорить.

Мозг лихорадочно работает. Ну, конечно! В тот момент, когда Лера слушала мое ответное голосовое сообщение, на нее напали и размозжили голову! Вот почему перепалка между нами не была продолжена! Она просто не могла мне ответить.

"Кто это сделал?!" бьет в голову набатом. И от мысли, что Леру мог убить мой муж, по спине ползут противные ледяные мурашки. И так много вопросов рождается одновременно. Это вопросы, на которые пока ни у кого нет ответа.

Звон упавших столовых приборов заставляет нас резко обернуться. В арочном проеме, который соединяет кухню и столовую, стоит наша с Никой мама.

— Боже…. - срывает стон с ее губ. — Я ведь знала! Знала, что все закончится именно этим!

— Мама? — я пугаюсь, рвусь к ней.

Туманов реагирует стремительнее. Ему удается поймать ее в сантиметре от острого угла стола.

— Воды! Принесите воды, — просят меня. В игру вступает пронырливая старшая дочка Ники Яся.

— Уже несу, тетя