Великая Северная война - Алексей Геннадьевич Шкваров
Перед русским драгунами осталась шведская пехота второй линии, выстроившаяся в каре, — померанский батальон полковника К. Горна и баварский батальон полковника Г. В. Гертца. К ним присоединились 60 кавалеристов из разных полков, остатки французских гренадер и несколько потерявших свои части офицеров{116}.
Первая конная атака захлебнулась, ибо пехота стояла нерушимо. Тогда драгуны спешились и вновь пошли вперед. Но шведы крепко стояли и дрались отчаянно. Только после нескольких штыковых атак они дрогнули, а когда увидели, что русские подтащили пушки и готовятся расстрелять их в упор, Мардефельд распорядился бить сигнал о сдаче. Капитуляцию приняли генералы Ренне и Боур. Так закончилось славное дело под Калишем. Боевой дух шведов неуклонно снижался. По уже известной нам формуле он был равен 1,1 (3000:2740, то есть на 3000 погибших пришлось 2740 пленных). Потери русских, по сообщению Меншикова, составили 84 убитых и 324 раненых, что вообще-то вызывает сомнение.
Обрадованный победой Меншиков писал царю: «Не в похвалу, вашей милости доношу: такая сия прежде небываемая баталия была, что радостно было смотреть, как с обеих сторон регулярно бились, и зело чудесно видеть, как все поле мертвыми телами устлано. И сею преславною викторией вас поздравляю и глаголю: виват, виват, виват! Дай Боже и впредь такое оружию нашему счастье, чего всесердечно желаю».
В ответ на это Петр прислал Меншикову трость, украшенную гербом князя и большим изумрудом, усыпанным алмазами. Офицеры получили золотые, а солдаты серебряные медали: на одной стороне изображен Петр в латах и в лавровом венке, кругом надпись: «Царь Петр Алексеевич»; на обороте изображена рука, выходящая из облаков, венчающая всадника, скачущего по полю с жезлом в руке, по кругу надпись: «За верность и мужество».
Драгуны дрались в пешем строю против шведской пехоты и, опрокинув ее, уже в седлах, закончили разгром противника. Это было началом конца победоносного шествия Карла XII и его армии. Было еще много сражений, и не раз шведы выходили из них победителями, но приближалось торжество русского оружия. Цепь, казалось бы, случайностей уже складывалась для шведов в закономерность.
Победа при Калише передала всю Польшу в руки союзников, но ее значение умалялось действиями самих союзников. Стараясь смягчить свою вину перед Карлом XII, Август, уговорив Меншикова отдать ему всех шведских пленных, приказал их освободить и отправить в Померанию, а сам поехал в Саксонию, дабы выпросить прощение у шведского короля. Но это не помешало Карлу XII 15 ноября 1706 года обнародовать Альтранштадтский договор.
Конница Меншикова была переброшена в Галицию и заняла зимние квартиры в Жолкве. Сюда же в конце декабря прибыл сам Петр. В связи с изменой союзников планировавшийся ранее поход Меншикова против Левенгаупта откладывался. В Жолкве собрался военный совет, куда, кроме царя, прибыл и Шереметев, только что завершивший усмирение бунта в Астрахани. Постановили следующее, собственноручно Петром внесенное в «Гисторию Свейской войны»: «В Жолкве был генеральный совет, где дать с неприятелем баталию: в Польше или при своих границах. Положено в Польше не давать, понеже ежели б какое несчастье учинилось, то трудно было бы иметь ретираду; и для того положено дать баталию при своих границах, когда того необходимая нужда требовать будет; а в Польше на переправах и партиями, а также оголожением провианта и фуража томить неприятеля. К чему и польские сенаторы многие совет свой дали». Насчет польских магнатов неизвестно, а вот большинство историков отмечают, что данное предложение исходило от Шереметева, но было поддержано Петром.
С тактической точки зрения, учитывая тот факт, что русские в боевом отношении уступали еще шведам и не могли рассчитывать на серьезный успех в открытом бою против армии самого Карла XII, зато преуспели в малой войне, этот план соответствовал характерным особенностям местности, которая становилась театром предстоящих военных действий — много лесов, сложный пересеченный рельеф, многочисленные реки, ручьи и болота, а также относительная малонаселенность района.
Во всех своих предприятиях Карл XII мало заботился об устройстве базы и обеспечении своих коммуникационных линий. Весь успех он видел лишь в выигрыше сражения, внезапности и смелости своих решений. Его войска получали довольствие со складов лишь во время длительных стоянок, во время стремительных маршей они или везли все с собой в обозе (это были небольшие объемы припасов), или же брали у местных жителей. План, принятый на совете в Жолкве, сводился к тому, чтобы шведы уже ничего не могли найти у жителей, а потому должны были все везти с собой. Это требовало создания громадных обозов, затруднявших передвижение армии, и все равно обеспечивало ее припасами ненадолго{117}.
Выполняя решение совета в Жолкве, русская армия отошла к границам: к началу 1707 года пехота сосредоточилась в Волыни у Острога и Дубно, а конница была передвинута к Висле.
Ввиду слухов о движении Левенгаупта из Лифляндии в Россию был выставлен заслон — генерал Алларт{118} с пехотной дивизией занял Минск и Полоцк, а по течению рек Западной Двины, Десны и Вилии выдвинуты кавалерийские заставы, сформированные из двух драгунских полков — Волконского и Горбова, трех польских хоругвей, а также казаков, татар и калмыков. Левенгаупт действительно предпринял поход, но, дойдя до реки Свенты, повернул обратно — он не имел четких указаний короля.
В сентябре 1707 года Карл XII двинулся на восток. Из Саксонии с ним шла 34-тысячная армия, в Лифляндии стоял 16-тысячный корпус Левенгаупта, в южной Финляндии — 15 тысяч генерала Либекера. Начинался последний поход ка-ролинов.
Еще с лета три кавалерийских отряда под командованием генерал-поручика Ренне, генерал-майора Гейнскина и полковника Шульца методично разоряли воеводства Польши, громили немногочисленных сторонников Станислава Лещинского, жгли деревни, портили воду в источниках и колодцах, ломали мельницы и увозили или уничтожали все, чем мог воспользоваться противник. Карл XII направил Реншельда с 6000 человек, чтобы отрезать отряд Гейнскина, действовавший в Познаньском, Калишском и Ленчицком воеводствах, от основных русских сил. Но Гейнскин вовремя отступил, соединился с Ренне и вместе они прибыли в Варшаву, где находился Меншиков.
Перейдя польскую границу, Карл продвинулся до местечка Слунце, где простоял весь октябрь. Эту остановку шведов Меншиков принял за прекращение военных действий в этом году и выступил из Варшавы, предполагая уже размещаться на зимние квартиры. По той же причине было решено отправить пять драгунских полков{119} в Дерпт для активизации действий против шведов в Лифляндии. Но из