Семья после ПТСР. Как стать родителем своей мечты - Робин Кословиц

– мы так и не научились мотивировать мечтательного, рассеянного ребенка на то, чтобы он надевал носки, превратив это в игру;

– как начать обсуждать, что такое тревожность, прочитав книжку с картинками о персонаже, столкнувшемся с похожей проблемой;

– как использовать совместные занятия, например, выпечку, для обучения детей необходимым навыкам или раскрытия их увлечений.

Многие из нас никогда не учились тому, как находить общий язык с детьми с удовольствием, а также никогда не учили этому – мы никогда этого не замечали, или утратили эти навыки из-за травмы. «Воспитание двух О» учит именно этим навыкам. В ваших руках книжка с картинками, игра или игрушка станут не просто приятным способом скоротать время; они станут средством общения с ребенком и заботы о нем: более того, вам обоим будет весело (и ваш внутренний ребенок, возможно, наконец-то получит ту важную для него заботу, которой он так жаждал).

Я сосредоточусь на информации «что делать» и «почему это работает» – таким образом, вы сможете адаптировать свои методы и стратегии к возрасту и проблемам ваших детей и действовать в соответствии со своими родительскими ценностями. Эти уроки могут быть применены к различным этапам развития детей: дошкольникам, младшим школьникам, подросткам и т. д. Правда в том, что на самом деле не имеет значения, на каком этапе развития находится ваш ребенок: важно понять, как травма влияет на то, что нужно вашему ребенку от вас, и что с этим делать. Возможно, прямо сейчас, читая это, вы думаете: «Жаль, что я не прочитала эту книгу десять лет назад, ведь сейчас мои дети уже подростки». Еще не все потеряно: независимо от того, на каком этапе пути в качестве родителя находитесь, вы можете наладить отношения с детьми и стать лучшим родителем в будущем. В процессе чтения вы узнаете об этом подробнее, но исследования показывают, что никогда не поздно что-то исправить.

Понимаю, что это звучит слишком амбициозно, и поначалу я тоже относилась ко всему скептически: но то, чем я делюсь, на самом деле является набором навыков, и я верю, что любой может овладеть ими. Я консультировала тысячу травмированных родителей, которые смогли построить более качественные отношения со своими детьми, а заодно и исцелив своего внутреннего ребенка. Если получилось у нас, то и у вас тоже получится. Давайте же начнем!

Мы думаем, что все знаем о травме. Речь идет об историях, будто из газетных заголовков: случаи про чудом избежавших смерти людей, перестрелки в школах, войны, голод, насилие или жестокое обращение. Все эти трагедии по праву травмируют как тех, кто их переживает, так и тех, кто о них узнает. В моем мире, движимом психологией, мы называем эти примеры переломными моментами: единичным, выделяющимся среди других инцидентом, на который любой может указать и сказать: «В тот день моя жизнь изменилась».

Острые травмы, которые случаются в детском или подростковом возрасте, называются неблагоприятным детским опытом, или НДО [1]. К ним относят следующие события и состояния:

– физическое, сексуальное или эмоциональное насилие;

– воспитываться в нестабильной семье по причине развода или раздельного проживания родителей;

– воспитываться в семье с психически нестабильным родственником;

– воспитываться в семье с родственником, злоупотребляющим психоактивными или наркотическими веществами;

– один из членов семьи пытался покончить с собой или умер в результате самоубийства;

– родственник, отбывающий наказание;

– физическое или эмоциональное пренебрежение;

– наблюдение насилия в семье или в своем окружении.

Тем не менее, в жизни случаются и другие, глубоко тревожащие события, которые мы не часто относим к категории травмирующих. вы можете подумать: «Я все еще живу в том, что произошло со мной в детстве, но я не считаю свой опыт травмирующим». Многие дети подвергаются травле, живут в бедности или боятся ходить по улице. Возможно, вы помните, как родители сильно ссорились или целыми днями игнорировали друг друга. Возможно, вы боялись брата или сестру, у вас были проблемы с учебой, о которых никто не подозревал. Эти переживания могут казаться менее «значимыми», чем переломные моменты, потому что вы не можете выделить только один момент внутренней боли или страдания. Если бы ваша жизнь была фильмом, то не было бы ни одного момента, когда пугающий саундтрек подчеркивал бы: «Именно в этот момент я получил травму».

По правде говоря, все эти психотравмы называют хроническими, потому что они могут продолжаться и по сей день. Я называю хронические психотравмы сНДО – скрытым неблагоприятным детским опытом, потому что они могут накапливаться незаметно:

– воспитываться суровыми родителями;

– подвергаться травле;

– сталкиваться с отвержением;

– иметь психическое расстройство;

– жить в семье с родственником, страдающим хроническим серьезным заболеванием;

– расти нейроотличным человеком в нейротипичном мире;

– расти в травмировавшей вас среде;

– переживать множество других травмирующих событий, которые могут оставить свой след и привести к хроническим психотравмам.

Я даю определение психотравмы любому переживанию, которое оказалось настолько тяжелым для мозга, что он не смог его переварить, и в результате чего у человека было подорвано чувство безопасности в этом мире. Хоть в нашем современном мире слово «травма» и используется слишком часто, но, если вы нашли себя в вышеперечисленных критериях, значит вы получили травму – не важно, считают ли другие ваш опыт действительно травмирующим. И если у вас есть дети, вы являетесь частью Сообщества травмированных родителей.

Исходя из моего опыта работы клиническим психологом, не так важно то, что именно с вами произошло; важна сила воздействия травмирующего события на жизнь. Переломные моменты нисколько не «серьезнее» хронических психотравм: например, словесная травля может быть такой же травматичной, как и физическое насилие. Иногда одна травма перерастает в другую. У моей подруги Саманты один из родителей умер от рака, когда ей было десять лет: в школе дети не знали, как себя вести, рядом с ней. Они относились к ней так, словно рак был заразным. Постепенно их ощущение дискомфорта от присутствия Саманты переросло в остракизм, а остракизм – в откровенную травлю. Таким образом, Саманта переживала как острую (потеря родителя), так и хроническую (травля и пренебрежение) травмы одновременно.

Когда психологи вроде меня пытаются отличить травму от остальных психологических потрясений, одним из аспектов, на который мы обращаем внимание, является постоянное