Он, она и мозг. Взгляд нейробиолога на наши сходства и различия - Маркус Хейлиг

жизнь многих людей, а за ней постоянно появляются и новые возможности. Мы уже можем замораживать яйцеклетки, чтобы женщины могли решить, в какой момент они хотят быть фертильными. Другая возможность еще находится в стадии доработки, но сама технология уже существует – можно взять несколько клеток кожи, отмотать их развитие обратно до стадии стволовых клеток и клонировать из них нового индивида. Возможность вырастить клонированный таким образом эмбрион за пределами матки – лишь вопрос времени.

В теории эти и другие новые технологии дают возможность для жизни и продолжения рода в исключительно однополом обществе. Тогда можно будет покончить со всеми вопросами о равенстве. Вместо этого мужчины и женщины смогут стать практически разными видами и бороться за доступ к ресурсам. Что-то мне подсказывает, что в таком случае мужчины не обязательно будут обладать сколь-либо ощутимыми конкурентными преимуществами.

Пока мы можем только пытаться предугадать вопросы, которые могут возникнуть перед нами в будущем. И многие из них я буду рад передать моим детям – пусть они ищут ответы на них. Но я подозреваю, что многие представители нашего вида захотят жить в реальности, которая медленно и постепенно приспосабливается к новым возможностям изменения жизни. Даже если самые фантастические возможности станут реальностью, мне кажется, что наиболее вероятным последствием этого станет большее разнообразие образа жизни отдельных людей, а не радикальное изменение всего общества. Некоторые люди примут решения, которые изменят их жизнь, а другие будут с любопытством на них смотреть и иногда использовать новые возможности, чтобы в определенной степени растянуть границы в целом традиционной жизни мужчин и женщин.

Мы можем представить такое будущее на примере искусственного оплодотворения. Уже сейчас этот метод позволяет стать матерью без прямого участия мужчины, и кого-то устраивает такая жизнь. Но большинство из воспользовавшихся этим способом, получившим Нобелевскую премию[174], сделали это, чтобы получить возможность обрести традиционную семью с разнополыми родителями.

Когда я вижу растущее разнообразие различных образов жизни, я начинаю сомневаться, что один из них лучше другого. Пока вы справляетесь с уходом за детьми, вы просто выбираете варианты. Важно, чтобы мы могли организовать наше общество таким образом, который вместил бы в себя все различия и принял их. Люди, стоящие перед этим выбором, должны хорошо понимать, какой биологический багаж они несут и с чем столкнутся, решив поменять свой образ жизни.

Новые образы жизни женщин, мужчин и людей в целом – это и захватывающе, и просто интересно. В будущем все это может быть очень важно, но пока нам до всего этого еще очень далеко. А вот другие важные решения, которые нам нужно принять, актуальны уже давно. Сейчас они очевидны и для меня, но вовсе не были мне ясны, когда я начинал работу над этой книгой. И один такой момент привлекает гораздо больше внимания, чем другие: я не могу понять, как современное общество может одобрять, что доход мужчин и женщин так сильно отличается на групповом уровне. А возмутительнее всего, что после долгих лет тяжелого труда в медицине или образовании многие женщины вынуждены проводить остаток дней в относительной бедности.

Это легко укрыть за борьбой за равенство в разговорах о столь символических вопросах, как распределение мест в правлении компаний. Но вот среди моих знакомых удивительно мало людей, зарабатывающих на жизнь работой в правлении. Большинство из них работают в детских садах, на фабриках, в больницах и в сфере услуг. Более полумиллиона шведов являются членами профсоюза муниципальных работников Kommunal, и более трехсот тысяч входят в профсоюз работников металлургической промышленности и индустрии IF Metallare. А в металлургической отрасли зарабатывают намного больше, чем в детском саду.

Может показаться, что для выравнивания уровня заработной платы больше мальчиков должны мечтать работать в образовании, а больше девочек – на заводе. Но это вовсе не очевидный вывод. Я всегда считал, что нужно поддерживать каждую женщину, которой нравится техника, и каждого мужчину, который хочет заниматься детьми и их развитием. Мне кажется, каждому человеку необходима возможность делать то, что он хочет и к чему у него есть задатки. Но эта стратегия неприменима в разговоре о справедливом распределении заработной платы.

Очевидно, что само развитие нашего общества предельно ясно указывает в другом направлении. Несмотря на то, что мы раз за разом устраняем множество препятствий и призываем молодежь выбирать профессии, не связанные с традиционными гендерным ролями, они все равно выбирают «не то». Год за годом идут разговоры о невидимых структурах, притесняющих людей. Но, возможно, именно разные врожденные биологические особенности продолжают направлять большинство людей к различным жизненным путям.

Если мы действительно хотим добиться справедливости, при которой доходы мужчин и женщин станут примерно одинаковыми, разумно применить иную стратегию, а не стремиться к равному соотношению мужчин и женщин в каждой профессии. Нелегко изменить выбор сотен тысяч людей. Но чтобы устранить разрыв в уровнях заработной платы в профессиях, которые выбирают многие женщины, и в профессиях, которые привлекают большинство мужчин, нужна лишь политическая воля.

А мое мнение? Вопрос не в том, как нам заставить наших сыновей и дочерей принимать одинаковые решения на групповом уровне – они должны сами сделать свой выбор. Но сколько мы готовы терпеть, что их решения оцениваются системно несправедливым образом?

Алломорфизм – может принимать широкий спектр возможных форм.

Анизогамия – половые клетки одного типа маленькие и дешевые, а другого – большие и дорогие.

Ансамбли – пересекающиеся комбинации нервных клеток, которые часто активизируются вместе.

Бинарный – может быть только двух разных видов.

Внутриполовой отбор – отбор в рамках одного пола.

Геном – совокупность наследственной массы в клетке.

Гипоталамус – структура в промежуточном мозге, контролирующая производство гормонов различными железами нашего тела.

Гиппокамп – область мозга, играющая важную роль в сохранении новых воспоминаний, а также хранящая карту окружающей нас среды.

Гирэнцефал – организм, на коре головного мозга которого есть борозды и извилины.

Диморфизм – может принимать две разные формы.

Коннектом – схема связей между различными центрами мозга и сила отдельных связей.

Лиссэнцефал – организм с гладкой корой головного мозга, без борозд и извилин.

Межполовой отбор – отбор между полами.

Миндалина (миндалевидное тело) – структура, расположенная в глубине височной доли. Выполняет основную функцию в реакциях стресса и страха.

Моторная кора — центр управления мышцами тела.

Небинарный – может принимать более