Клининг. Магия VS Швабра - Галина Мерзлякова
И, несмотря на то что, Иеремий пытался сравняться в цвете лица с цветом самого мелка, мы быстренько обвели пролом пола и начали чертить круг побольше для ночевки, укрепили его рунами и расслабленно бухнулись возле сложенного оборудования.
— А ведь мы ещё даже с уборкой не начали, — вздохнула я.
— И не говори, — подтвердил Свят. — Утешает только тройная оплата и надбавка за риск. Я себе как раз комп присмотрел.
— А там цена небось, что проще императорскую казну ограбить? — Усмехнулась Алиса.
— Не проще. — серьезно ответил Свят. — Последних попробовавших демонстративно повесили на воротах Императорского дома, не обращая внимания на вопли, которые подняли правозащитники.
— С учётом того, что пытались выкрасть, — усмехнулась я, — ничего удивительного.
Клинеры работают с территориями, экзорцисты работают с людьми и с предметами — не все из них получается очистить. Предметы могут сами по себе быть темными, могут быть проклятыми, могут нести в себе концентрированную благодать, но, как правило, если предмет попадал в поле зрения клинеров или экзорцистов, ничего хорошего он не сулил. Те, с которыми справиться не могли, передавали на хранение туда, где обычные люди даже гипотетически с ними пересечься не могли, например в императорскую сокровищницу. Аристократические семьи тоже собирали свои собственные сокровищницы, но всё же те, у кого была голова на плечах, понимали, какие артефакты можно хранить у себя, а какие стоит доверить кому-то помощнее. Например, всем известный бриллиант Орлова — удивительной красоты камень, прямо-таки ослепляющий, но насквозь пронизанный темной энергией из трансцендентного разлома, рядом с которым его и добыли. На нем такое количество крови, что даже вспомнить страшно, Орловы честно пытались сохранить его за собой, потом плюнули и решили, что род дороже камня, и теперь бриллиант хранится в императорской сокровищнице. И не только он. Там много таких предметов, от резной шкатулки из перламутра, до древней короны из лавровых листьев. Практически каждая императорская семья собирает свою проклятую коллекцию, которую экранируют собственной силой. Что поделать, на драгоценные камни проклятия липнут иногда целыми гроздями. И это еще не говоря о тех случаях, когда предметы проклинают специально. Но всё равно находятся те, кто уверен, что уж ему-то ничего не будет, и всё это проклятие — миф. А украшения — всего лишь украшения, императорская семья же носит.
Да, императорская семья могла себе это позволить. Как правило, подобные семьи обладают очень большим запасом магии и не только — они ещё и благословлены своими богами. В общем, концентрация силы и удачи в чистом виде. И проклятия от них буквально отскакивают. А для того чтобы выход в проклятой короне не навредил обычным людям, рядом могут идти парочка телохранителей-нулёвок. Они прекрасно экранируют проявление проклятий, направленных на обычных людей.
В прошлый раз пытались украсть переданную в императорскую семью корону с редким голубым бриллиантом, которая подавляла разум своего владельца и превращала его в серийного убийцу. Последний владелец — представитель маленькой княжеской семьи, решивший вставить бриллиант в корону, не смог выдержать влияние проклятия и спалил город вместе со своими жителями. Рассказывали, что он стоял на балконе своего дворца, наблюдал за пожаром и читал стихи. Так как княжество было ближе к нашей империи, то и наши чистильщики оказались на месте первыми. Ну и так как это был, разумеется, магический инцидент, то в благодарность за его устранение и заодно за оплату помощи голубой бриллиант и корону передали императорской семье. Ну так, на всякий случай. Кто уж там решил её выкрасть — дело десятое. Просто некоторые правозащитники до сих пор считали, что императорская семья поступила слишком жестоко. Уж лучше так, чем спровоцировать серию бессмысленных смертей. Иногда стоит показать, что будет с тем безумцем, который посмеет, чем расхлёбывать последствия. И без того инцидент на инциденте инцидентом погоняет, а новых клинеров брать неоткуда. Нулёвки каждые полгода не рождаются. Технически мы вообще редкость — один на десять тысяч. В общем, нулёвок мало, и на всех их не хватает.
Кстати, а не могло ли получиться так, что в доме, помимо того, что разгулялся потенциальный попаданец, было еще что-то неучтенное? Например, какой-то проклятый предмет, о котором Юрьевы не успели отчитаться в Надзор, ну или решили, что он не стоит того, чтобы отчитываться. Возможно, его планировали очистить, может, даже уже с кем-то договорились, с экзорцистами, например, но визит княжича Стерхова спутал все возможные планы, и его сила наложилась на проклятье предмета, и все пошло ну не совсем так, как хотелось бы? Чисто теоретически это могло бы объяснить и души птичек, и магию теней, и даже пропавшую группу Вересова. Мы, конечно, магии не подвержены почти, но раз в год и палка стреляет, особенно если это опосредованное воздействие.
— Что думаете? — поделилась я своими подозрениями, пока Алиса обустраивала спальные места.
— Чисто теоретически возможно, — кивнул Свят. — Но это должен быть очень мощный предмет, а тогда бы его заметили, когда вызывали экзорцистов. Либо он начал работать после того, как всё закончилось, либо это псевдоразум.
Последнее мне не понравилось вот совсем. Псевдоразум — такая гадостная вещь, слов нет описать. Мало того что проклята вещь, так ещё есть своё сознание, цели и силы для их достижения. И самое неприятное — это, как правило, паразиты. Системы попаданцев — вот самый распространённый пример псевдоразума. Чем сильнее хозяин, тем сильнее паразит. Просто потом хозяин в какой-то момент заканчивается, и система переползает на другого. Псевдоразум уничтожают всегда, независимо от того, сколько сил придётся вбухать в это. Иногда дело доходит до того, что уничтожают вместе с той местностью, в которой он находится. Так, например, один из полуостровов стал островом, когда там такое счастье завелось. И если у нас здесь есть нечто подобное, то Рубинин может не дождаться своих витражей, потому что ни витражей, ни поместья, ни деревеньки, ни возможно округа не останется. Выбить что ли ещё немного надбавки? За вредность, ну хотя бы молоком.
Вот только для того чтобы решить проблему радикально, сначала надо найти доказательства существования псевдоразума.
— А ты не