Секретный рецепт демона - Ёнджон Пу

– Какое-то время мне не нужно будет ходить на тренировки.

– Почему?

– Да просто решила немного отдохнуть.

Сомин пристально посмотрела на Сэхён. Но вместо объяснений та лишь неловко улыбнулась. Ей не хотелось говорить им, что она больше не может плавать.

На самом деле Сэхён знала, как все исправить. Если бы она созналась в своем проступке и искренне извинилась перед Наён и Миной, сдавливающие грудь тиски исчезли бы. Однако это было не так просто, как ей казалось. На то, чтобы исправить ошибку, нужно больше мужества, чем на то, чтобы ее совершить.

Но Сомин надула губы и отвернулась.

– Сегодня у нас дополнительные занятия. Мама сказала, что мне не поздоровится, если я пропущу их еще хоть раз. Идем, Джиён, мы опаздываем.

– А? Да, нам уже пора, Сэхён. Увидимся завтра.

Наблюдая за тем, как отреагирует Сэхён, Джиён последовала за Сомин. Сэхён застыла на месте, глядя им вслед.

– Если я больше не смогу плавать, то что мне делать?

Бормоча себе под нос, Сэхён пошла дальше. Сегодня ей снова не хотелось рано возвращаться домой.

– Пойду поем в ресторанчик Демона.

Обычно она не замечала этого, но переходить школьную площадку одной было довольно скучно. Болтовня проходящих мимо школьников доносилась до ее ушей.

– Не хочешь пойти в компьютерный клуб?

– Эх, мама сказала, что лишит меня карманных денег, если я снова туда пойду.

– Вечером я должен успеть посмотреть музыкальное шоу.

– Слушай, тебе все еще нравятся «Turning Point»?

– В смысле, «все еще»? Между прочим, они сейчас очень популярны!

Гомон голосов, словно волны, то накатывал на Сэхён, то отступал. Чужие разговоры проплывали мимо Сэхён, как мимо одинокого острова.

– Ты сегодня не идешь в бассейн?

Внезапно услышав знакомый голос, она обернулась и увидела Минджуна, стоявшего, перекинув сумку через плечо. На ее губах появилась легкая улыбка.

– Нет.

– Почему?

– Просто так.

Минджун не стал допытываться до причины. Набравшись смелости, Сэхён заговорила с Минджуном:

– У тебя есть какие-то планы?

– Нет.

– Тогда не хочешь пойти со мной поесть?

– Конечно.

Минджун ответил ей без раздумий. Сэхён опустила голову, чтобы скрыть свои покрасневшие щеки. И тогда…

– Ли Сэхён.

Кто-то окликнул Сэхён по имени. Голос показался ей знакомым, Сэхён обернулась и остолбенела. Перед школьными воротами стояли Наён и Мина.

– Почему вы?..

Сэхён замолчала на полуслове. В ней на мгновение проснулось любопытство, что тут забыли ученицы из другой школы, но стоило встретиться с их холодными взглядами, и оно тут же улетучилось. Сердце ухнуло вниз.

Скрестив руки на груди, Мина резко выпалила:

– Ли Сэхён, это ведь ты подсыпала слабительное в наши бутылки?

У Сэхён перехватило дыхание. Она почувствовала, как кровь отлила от лица. Пальцы похолодели. В повисшей тишине она украдкой взглянула на Минджуна и попыталась отвертеться.

– Ч-что ты такое говоришь?

– Не делай вид, что не в курсе. У нас есть доказательства.

Наён кивнула, соглашаясь. Она всегда была приветлива со всеми, но сейчас прожигала Сэхён ледяным взглядом.

– Прямо перед финалом у нас с Миной одновременно заболели животы. У воды был странный привкус, а на дне бутылок осел белый порошок. Тренер отправил их на анализ, и оказалось, что в них подсыпали слабительное. Ты знала, что в коридоре перед раздевалками есть камера? И только ты заходила туда прямо перед заплывом.

– Ты так сильно хотела победить, что пошла на такую подлость?

– Нет, я…

Сэхён открыла было рот, чтобы что-то сказать, но не нашла ничего в свое оправдание. В этот момент их разговор прервал голос, который ей меньше всего хотелось сейчас слышать.

– Что это значит?

Медленно повернув голову, она увидела, что Минджун хмуро уставился на нее.

– Ли Сэхён, это правда? Ты одержала победу не благодаря своим усилиям? Это действительно так?

Разочарование в глазах Минджуна ранило ее сильнее любых обвинений.

– Нет, все не так…

– Значит, они лгут?

Она не могла ответить на вопрос Минджуна и в бессилии опустила голову, руки безвольно повисли. Перед глазами все поплыло, слезы капали, оставляя черные пятна на асфальте.

– Простите… Простите, мне правда жаль…

У Сэхён было множество возможностей все исправить: когда она колебалась, подсыпать порошок или нет, когда заняла первое место на соревнованиях или когда вернулась домой и рыдала в подушку. Или даже когда она уже не могла плавать.

Сэхён должна была признаться Наён и Мине и попросить у них прощения. Но ее алчность оказалась сильнее: она так жаждала места в сборной, ей хотелось занять первое место и взойти на высшую ступень пьедестала. Поэтому, игнорируя свою совесть, она пошла на подлый поступок. Она убеждала себя, что это будет всего один раз.

– Тренер обратился в федерацию плавания. Он сказал, что намерен предать это дело огласке, привлечь журналистов. Тебя исключат, и ты больше никогда не сможешь заниматься плаванием.

Сэхён забило крупной дрожью. Весь мир узнает о том, что она совершила, все вокруг будут указывать на нее пальцами. Отчаяние накрыло Сэхён с головой. Она рухнула на землю, словно марионетка, которой обрезали нити.

Из глаз покатились слезы. Сэхён машинально начала вытирать их. Когда зрение прояснилось, она потрясенно поняла, что перед ней стоят не Наён и Мина, с ненавистью смотрящие на нее, а парень с угольно-черными глазами и ворон.

– Что? Как это произошло?

Сэхён что-то бессвязно бормотала себе под нос, пока наконец не вспомнила, как пришла в этот ресторан, последовав за странным вороном. Его вроде звали Пазузу? Имя парня, который казался слишком молодым, чтобы быть хозяином, ей тоже вспомнилось. Оно было больше похоже на прозвище, чем на имя.

– Демон?..

– Ттокпокки оказались слишком острыми?

Сэхён растерянно опустила взгляд и увидела красные ттокпокки на синей тарелке. Точно, это же те странные ттокпокки с мандаринами и виноградом сорта «Шайн Мускат».

«Я так сильно устала? Наверное, мне все приснилось».

Смахнув с лица оставшиеся слезы, она смущенно улыбнулась.

– Нет, все было очень вкусно.

– Ох, какое облегчение.

– Да… и правда облегчение, – тихо пробормотала Сэхён.

Она действительно была счастлива, что ничего подобного не произошло на самом деле. Она не сделала ничего плохого.

Внезапно она вспомнила, почему начала плавать и почему ей это так нравилось. Ей нравилось то чувство, когда, полностью расслабляясь, тело словно парит. Еще больше ей нравилось то, что каждое движение продвинет тебя вперед настолько, сколько усилий ты приложишь.

Она была просто маленьким ребенком, который без мамы ничего не мог, но впервые у нее появилось то, что она могла делать сама. Поэтому она каждый день умоляла маму отвести ее в бассейн. Позже ей стало нравиться, что ее называют «гением, возникшим, словно метеор», и тренировалась еще усерднее.

Демон налил ей стакан холодного напитка со вкусом персика.

– За счет заведения.

– Спасибо.

Сделав глоток, она почувствовала, как жжение во рту утихло. Убирая остатки напитка в холодильник, Демон мимоходом проронил:

– Есть же эта всемирно известная корейская волейболистка, да?

Сэхён застыла с поднесенным к губам стаканом и посмотрела на Демона. Он закрыл холодильник и вернулся на место.

– Говорят, что до окончания средней школы она тоже