Бандит. Аукцион невинности - Рия Уллу
– Теперь ты моя, – проскрежетал Череп, делая шаг ко мне, загораживая выход. – И заплачу я тебе... совсем по-другому.
-ˋˏ✄┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈
*Подспудная — скрытая, неявная.
Глава 8. Спасение
Лада
Ужас парализовал горло, перекрывая крик. Глаза дико метались в поисках выхода, оружия, чего угодно. Инстинкт самосохранения пересилил оцепенение. Болтай! Болтай, Лада! И будет шанс, что Арсений или Бульдог заметят, что тебя долго нет и придут!
– З-зачем?! – выдохнула я, стараясь вложить в голос не страх, а... любопытство? – Зачем я вам?! Я же... обычная! И Бес... он же уже... – Я сделала многозначительную паузу, намекая, что товар "б/у".
Череп глухо хрипло засмеялся, его глаза блеснули злобным удовольствием от моего «непонимания».
– Обычная? Ха! – Он притянул меня ближе, его лицо заполнило все поле зрения. – Я тебя ещё до аукциона приметил, ласточка. Шла ты по улице с этим... хиляком, Ильей своим. И была такая... чистая. Невинная. Взгляд не оторвать. И захотелось... Захотелось владеть. Сломать тебя и эту твою чистоту.
Он смачно чмокнул губами.
– Проследил за вами. Как твой придурок тебя до подъезда провожал... я к нему подкатил. Предложил сделку. Он отдаёт тебя мне, а сам получает бабки. Хорошие бабки. – Череп язвительно усмехнулся. – Твой паренёк аж подпрыгнул от радости! Сказал, что ты ему уже надоела. Что целых две недели пытается уломать тебя на секс, а ты – динамо! Даже не целовались, видите ли! «Первые поцелуи должны быть особенными!» – Он передразнил голос Ильи, сказав те слова, что я сама ему говорила. И в его тоне звучало омерзительное презрение.
– Девственница! Вот что он мне продал! Настоящую девственницу! Золото!
Меня тошнило. От его слов, от его запаха, от предательства Ильи, которое звучало ещё гаже из этих гнилых уст.
– Но я не дурак! – продолжал он самодовольно. – Хотел сделать все чисто. Давал деньги этому идиоту на цветы, на кафешки, чтобы он тебя развлекал, пока я документы готовил. А потом... он привел тебя сюда. Как овечку на бойню. На мой аукцион. – Его глаза сверкнули злобой. – Но этот... Бес! Самодовольный ублюдок! Перебил мою ставку! Увел МОЮ добычу!
Он внезапно рванул меня к себе, его другая рука полезла под свитер и впилась в бок. Я вскрикнула от боли.
– А теперь ты вернулась! – он прошипел, его лицо приблизилось, губы распухшие, мокрые тянулись к моим. – И теперь ты уже не чистая! Бес обкатал тебя, да? Второсортный товар! Но мне сойдет и так! Заплачу тебе... болью. И никто мне ничего не сделает! Ты же теперь вещь!
Он пытался повалить меня на старый диванчик в углу гримерки. Ладонь его второй руки грубо прижалась к моему рту, затыкая крик. Его тело всей тяжестью навалилось на меня. Отчаяние и ярость смешались в один клубок. Я отчаянно дёргалась, кусая его ладонь, но он только громче смеялся. Его губы коснулись моей шеи...
БАМ!
Раздался глухой, сочный удар, похожий на удар по спелой тыкве. Череп взвыл, его хватка ослабла. Он закачался и рухнул как подкошенный, тяжело шлёпнувшись у моих ног.
Над ним, держа старую деревянную швабру как бейсбольную биту, стояла... Юля! Ее рыжие волосы были растрёпаны, карие глаза горели боевым огнём, а на накрашенных губах играла бесшабашная ухмылка.
– Все в порядке, принцесса? – бодро спросила она, легонько пиная носком блестящей туфли бездыханное тело Черепа. – Или нужен второй удар? У меня рука натренированная!
Я бросилась к ней, обвив руками шею, задыхаясь от облегчения и остатков ужаса.
– Юля! Спасибо! Ты... ты меня спасла!
– Не за что, дорогая! – она похлопала меня по спине, но ее взгляд стал серьезнее. – Я в туалете была. Все слышала. Этого гада знаю. Очень опасный тип. – Она снова пнула Черепа. – Через него из клуба пропало пять девчонок. Тех, кого он забирал никто больше не видел. – Юля вдруг побледнела, ухмылка слетела с её лица. Она поняла. – Ой... блин. А я только что... – Она кивнула на лежащего Черепа. – Я теперь тоже буду в его списке на исчезновение, да?
Холодный ужас снова сковал меня, но теперь смешанный с решимостью.
– Бежим. Сейчас же. Ты идёшь со мной!
Юля закатила глаза, но страх в них был настоящим.
– Ты шутишь? Как? Я тут практически в рабстве, Лад! Контракт, долги... Меня не отпустят!
– Не переживай! – Я схватила