Моя большая армянская (фиктивная) свадьба - Стелла Юсупова

Глава 10

Глава 10

Глава 10

Старалась все это время просто не смотреть на випку, где затаились наши «кавалеры».

А стоило бросить взгляд, ошпарило. Там не один взгляд. Словно бы все хищно вперились в меня. С чего? Что во мне такого? Просто излишнее внимание к невесте друга?

Так почему там прямой мужской интерес?

Не было такого рьяного внимания у меня, когда я просто ходила тихой сапой по улицам города. В чем дело? Что мой статус все изменил? Что на меня в роли невесты такого, как Армен, и посмотреть теперь иначе можно? Нелепость какая…

Сколько лет я воевала сама с собой за каждую лишнюю складку, каждый сантиметр? Сколько раз слушала пустую чушь про «стройность как идеал»? Потом психовала, срывалась, посылала все к черту и старалась вновь обрести веру в себя такую, какой создала меня природа и физиология…

А получалось, что мужчинам всегда нравилось мясо. Всегда. Глаза их блуждали туда, где ткань обтягивала грудь и бедра. И плевать, что на словах им подавай модель с острыми локтями и голодными глазами. Это была правда от моей ба. Так что, права она была? И всего-то и нужно было- войти в лигу тех, кто рядом с успешным и красивым- и ты автоматически тоже вроде как в другую касту переходила? Не понимаю…

- Пойдем к бару? Пропустим по стаканчику?- утащила меня за собой Эля.

Мы бахнули текилы. По крови растеклось приятное тепло.

- Рассказывай, Тоня, где вы познакомились!

- Я работаю в ресторане Армена.

- Ба! Все так банально?

- Более чем…

Знала бы она…

- Ну, я не удивлена, что он на тебя запал. Ты прям огонь… Я давно за своим замечаю, что он тоже формы любит… На деле все они хотят прижаться, сжать, уткнуться. Хотят, чтобы было тепло и мягко. Хотят женщину, а не скелет в брендовой одежде. Остальное- дань маркетинга. Да и мы тоже. Я вот ненавижу все эти прессы каменные у мужиков. Мне нравится мягкость. Чтобы брюшко уютное было. Это как-то всамделишно, а не искусственно…

- Девчонки, а мы вас потеряли,- услышала слишком близко от себя голос того самого Арама.

Его рука тут же опустилась по правую сторону от меня на столешницу. Застыл…

Эля неуютно заерзала.

- А где ребята?- сказала она, явно намекая, что он тут лишний.

- Пошли покурить. Не скучаешь, Тонь? Что-то твой совсем тебя не радует…Сыч надутый… ты мой телефончик запиши. Если он не справится, всегда знай, что я помогу...

- Это сейчас что было, Арам?- услышала голос Армена тоже сверху.

Резко обернулась.

Даже не голос. Рокот настоящий…

Сердце ухнуло вниз. Опоясал меня, вмиг закрыв собой. Почувствовала, как его рука на моей талии напряглась, пальцы впились в кожу. Больно. Я подняла глаза и увидела - он кипит.

- Ара, если у тебя вопросы есть ко мне, можешь их прямо задать, а не ужом на сковородке крутиться вокруг моей женщины, - его голос прорезал гул.

- У меня? К тебе? Никаких вопросов, брат. Ты что. На все вопросы я ответы получил давно… Мне просто… Тоня твоя понравилась. Вот, думаю, может подсуетиться? Пока не поздно…

Дальше даже среагировать не успеваю. Только слышу визг Эли над ухом. Высокий барный стул грохнул об пол. Кулак Армена сжал ворот рубашки «друга», и воздух загудел, будто сам напрягся вместе с ним. Девушки вскрикнули, кто-то из парней поднялся, но замер, не решаясь вмешаться. Даже музыка слегка стихла. Все глаза на нас…

- Еще раз на нее так посмотришь, зубы пересчитаю, Арам. Вали подальше от Антонины…

Мне было страшно и… горячо. Впервые видела вот такую откровенную дикость мужчины, обращенную проекцией на меня. И черт возьми, мне это нравилось! Поймала себя на том, что это меня заводит сильнее, чем должно.

Он отпустил друга. Повернулся ко мне. Глаза - темнее ночи, дыхание тяжелое.

- На выход,- лаконичный приказ.

Но такой, что возражений не требовалось.

Мы шли на улицу под напряженные взгляды оставленных по-английски его друзей.

Как только музыка караоке осталась за дверью, стук моих каблуков по асфальту- нервный, неровный, словно бы придал еще больше драматизма ситуации между нами.

- Армен, что за…

- Ты издеваешься надо мной, - сказал он низко и грубо, резко развернувшись прямо у машины и прервав меня.

Я только успела вдохнуть - и его губы обрушились на мои.

Это был не поцелуй - это была буря. Слишком жестко, слишком требовательно. Он прижал меня к себе так, что мои бедра, грудь - все стало слишком явным. Слишком ощутимым.

И я вдруг почувствовала, что мое тело - мое проклятие и мое оружие, все, от чего я пыталась убежать, сейчас заставляло его терять голову. Терять голову такому, как Армен… А я даже посмотреть на такого раньше не могла…

А правда- вот она. На практике. На поверхности. Мужчины могут говорить что угодно. Но факт остается фактом. Они хотят, чтобы было куда прижаться, что схватить, чем наслаждаться. Они жадно поглощают не идеалы, а плоть.

И он поглощал меня.

Мир вокруг исчез. Я слышала только свое сердцебиение, свое дыхание, свое «еще», которые вибрировали в голове и настойчиво желали вылететь наружу. Но в следующий миг меня пронзило: что я делаю?

Я оттолкнула его. Вырвалась.

Словно бы в прорубь нырнула…

- Тоня…

Рваный, пьяный взгляд. Протянутая рука.

Сделала еще несколько неровных шагов назад.

Надо прийти в себя…

Развернулась. Понеслась прочь от машины…

Бежать. Только бежать. Иначе он снова дотронется. И тогда я не смогу остановиться.