Только не с полукровкой (новая редакция) - Вершинин
— Это тюрьма, — отрезал Долиш.
— Без врача и без медицинской помощи. Чем это лучше лагерей? — Гарри почувствовал, как раздражение поднимается выше.
— На это нет денег.
— Тогда, видимо, мне придется дать пару интервью прессе.
Долиш выглядел так, будто на него шел дракон.
— Нас живьем сожрут.
— Попробуйте тратить меньше денег на лечение сломанных ног после попыток выбить чужие двери, — легко предложил Гарри.
— Вам легко говорить. Вы богатый.
— Пока жена не взялась за дела, годовой доход Блэков составлял двести восемьдесят один галлеон, — сказал Гарри. — Вы зарабатываете больше.
Он поднялся.
— И еще раз: пусть кто-нибудь скажет Джинни Уизли оставить меня в покое. Я не отвечаю за то, что может случиться.
Гарри вспомнил собственную свадьбу. Если бы он увидел Джинни раньше, чем то платье, он, наверное, сломался бы и умолял ее выйти за него. Но теперь он был женат.
Из отдела авроров Гарри вышел злой. Теперь он собирался высказать этому Уингроуву все, что думает.
Дервент Уингроув, глава финансового отдела Министерства, оказался высоким загорелым мужчиной с короткими волнистыми каштановыми волосами.
— Поттер, ваша жена пытается...
Гарри перебил его:
— Мы с женой предлагаем Министерству деловую сделку: либо арендуете коттедж моих родителей, либо перестаете жаловаться. Платите нашу цену или идите лесом.
Уингроув ошарашенно уставился на него.
— Не думал, что Гарри Поттер настолько меркантилен, чтобы требовать арендную плату.
— Гарри Поттер вообще-то любит иметь возможность покупать еду. Либо платите, либо смиритесь с тем, что там живут магглы.
— И вы еще восстановили дом, — пожаловался Уингроув. — Раньше люди совершали туда что-то вроде паломничества, чтобы посмотреть на руины. А теперь во дворе валяются маггловские детские игрушки.
— Платите или забудьте об этом. И чтобы было совершенно ясно: моя жена управляет нашим делом. Если вы получаете письмо от нее, значит, это решение нас обоих. И если только вы не бессмертный Темный лорд, вас двое против одного не спасут.
Гарри вышел из Финансового отдела еще более раздраженным. Ну и люди!
Лютный переулок выглядел куда благополучнее, чем Гарри помнил, а Косой переулок вообще гудел от покупателей и казался процветающим. Похоже, отсутствие войны отлично сказывается на торговле.
Гарри уперся ладонью во входную дверь дома. По металлу тянулась огромная вмятина. Дверь открывалась с трудом. Вздохнув, Гарри вытащил палочку и как следует вложился в Репаро. Металл с гулким «бонг» вернулся на место, а небольшая трансфигурация сделала краску почти новой.
Вестибюль оказался довольно чистым — только несколько брошенных рекламных листков из пергамента. Гарри их развеял, прошелся Скурджифаем по полу и удовлетворенно огляделся. Уже неплохо.
Зато двери квартир привели его в ярость. Плохо отремонтированные, перекошенные, помятые. В стенах вокруг рам зияли выбоины.
Гарри сердито приводил очередную дверь в порядок, когда одна из квартир открылась и в коридор осторожно выглянул нервный молодой мужчина лет двадцати с лишним, прыщавый и бедно одетый.
— Я просто чиню двери, — вежливо сказал Гарри.
— Но... вы Гарри Поттер. Вы знаменитый.
— Я мистер Блэк. Ваш домовладелец.
Мужчина побледнел.
— Я узнал, что здесь были авроры, и исправляю то, что они натворили. Если что-то ломается, пишите миссис Блэк. Нам совсем не трудно прийти и починить.
— Я не могу писать миссис Блэк. Она... слишком важная, чтобы заниматься такими, как я.
— Вы наши жильцы. Если вы платите нам деньги, у вас есть право требовать нормального обслуживания. И мы только-только добились, чтобы все снова платили аренду, так что хотелось бы, чтобы так и продолжалось.
Гарри ткнул палочкой в помятую стальную дверь, которую мужчина придерживал. Раздалось очередное «бонг», и вмятина выправилась.
— Но это же железо, — изумился тот. — Его почти невозможно заколдовать. Все знают, что эти двери вы купили у гоблинов.
Гарри фыркнул.
— У маггловской фирмы по производству дверей. И мне жаль, что мои чары не удержали авроров.
— Удерживали долго, — заметил мужчина. — Вполне хватило, чтобы проснуться и одеться.
— Пока никто не занимается ничем незаконным, меня все устраивает.
— Ну да. Но если живешь в Лютном, просто привыкаешь, что авроры выбивают дверь.
— Не в этом доме, — твердо сказал Гарри. — Рад знакомству...
— Киран Шанпайк. Мой младший брат, ну... получил Азкабан за то, что был «Пожирателем смерти».
Гарри кивнул.
— Мой крестный получил пожизненное в Азкабане после того, как сорвался, когда погибли мои родители. Сириус Блэк. Позже он меня усыновил.
— Так вот почему вы мистер Блэк, — выдохнул Киран. — Ого.
— В основном история ужасная, — сказал Гарри. — Мне еще несколько дверей чинить. Но рад знакомству.
Следующие пару часов Гарри провел за скучным ремонтом остальных дверей в доме номер четырнадцать.
Перед уходом он положил ладонь на входную дверь, взмахнул палочкой и вложил все силы в лучшие известные ему чары против врагов. Дверь тонко звякнула. Гарри убрал руку — на окрашенной стали остался четкий отпечаток его ладони.
Упс. Кажется, слегка перестарался.
Когда Гарри вернулся домой и поднялся на первый этаж, из гостиной доносилась музыка. Сначала сложная инструментальная партия, затем чей-то голос — высокий, призрачный, поющий на латыни. В песне говорилось что-то о душе, унесенной в ночь. У Гарри защипало глаза. Песня была прекрасной и печальной и сразу напомнила тот день, когда Снейп сбежал из Хогвартса.
Та же песня.
Тот же голос.
Гарри бесшумно подошел к двери гостиной. У рояля стоял граммофон, но пение доносилось не от него. Гарри наложил на себя Дезиллюминационные чары и осторожно заглянул внутрь как раз в тот момент, когда Дафна перестала петь, кашлянула и недовольно сказала самой себе:
— Этого мало, чтобы его впечатлить.
Она ткнула палочкой в граммофон, тот перескочил назад, и Дафна начала снова. Эмоции вновь накрыли Гарри волной, словно ее голос заполнял его целиком. Захотелось просто лечь и позволить музыке пройти сквозь него. Что он и сделал —