Кто любовь эту выдумал? - Ольга Дашкова

Хотя... нет, это глупая идея. Зачем мне в Москве провинциальный мальчик, пусть даже красивый и прирученный? Там будет полно более интересных вариантов. Студенты престижных вузов, молодые бизнесмены, наследники богатых семей...

Нет, Рома останется здесь, в этом городке, будет вспоминать обо мне всю жизнь как о самой яркой любви. А я стану для него недостижимым идеалом, с которым он будет сравнивать всех остальных женщин.

В общем-то, это даже романтично.

Но сейчас не время для сентиментальностей. Сейчас время для последнего решающего удара. Дискотека станет моим триумфом, а для Майи – окончательным поражением.

Жаль, что игра так быстро закончится. Но в субботу будет финал. И я уже знаю, кто победит.

Потому что я всегда побеждаю.

Сима

Пятница, последний день перед дискотекой.

Всю ночь я не могла спать, ворочаясь и прокручивая в голове услышанный вчера разговор Валерии. Каждое ее слово отзывалось во мне злостью и возмущением. «Серая мышка», «провинциальные девочки не умеют бороться», «открытая книга»... Как она смела так говорить о Майе?

К утру я окончательно решила – Майя должна знать правду.

Нахожу ее в библиотеке во время большой перемены. Она сидит за дальним столом с кучей учебников, полностью поглощенная подготовкой к олимпиадам. С тех пор как появилась эта змея Валерия, Майя превратилась в робота – только учеба, учеба, учеба. Никаких эмоций, никаких чувств, как будто она выключила в себе все человеческое.

– Майя, – говорю я тихо, садясь рядом. – Мне нужно с тобой поговорить.

– О чем? – она даже не поднимает глаз от учебника физики. – Если о Роме и Валерии, то мне это неинтересно.

– Это касается тебя. И да, касается Валерии тоже.

Наконец она обращает на меня внимание. В глазах читается усталость и какая-то отстраненность, словно она смотрит на мир через толстое стекло.

– Вчера я случайно подслушала телефонный разговор Валерии с подругой, – начинаю, стараясь говорить спокойно. – Она... она говорила о тебе. И не очень лестно.

Майя откладывает ручку и смотрит на меня внимательнее.

– И что она говорила?

– Назвала тебя серой мышкой. Сказала, что провинциальные девочки не умеют бороться за мужчин. Что ты «открытая книга», которая страдает молча. И еще... – я делаю паузу, собираясь с духом, – сказала, что специально демонстрирует тебе свои отношения с Ромой, чтобы ты поняла, что проиграла.

Ожидаю взрыва. Слез, возмущения, гнева – чего угодно. Но Майя просто кивает, как будто я рассказала ей прогноз погоды.

– Понятно, – говорит она спокойно. – Спасибо, что рассказала.

И снова берется за ручку.

– Майя! – не выдерживаю. – Ты слышала, что я сказала? Эта девица играет с тобой как кошка с мышкой! Она специально издевается над тобой!

– Понятно, – отвечает Майя, не отрывая взгляда от формул. – И что ты хочешь, чтобы я сделала? Устроила ей сцену? Подралась за Рому? Сима, я же говорила – я больше не собираюсь участвовать в этих играх.

– Но это же несправедливо! – взрываюсь, несколько человек в библиотеке оборачиваются. Понижаю голос: – Она манипулирует вами обоими! Ромой – чтобы получить его, тобой – чтобы причинить боль!

– И что с того? – Майя пожимает плечами. – Пусть манипулирует. Это ее право. А мое право – не участвовать в ее играх.

Смотрю на подругу и не узнаю ее. Где та Майя, которая могла дать отпор любому, кто пытался ее обидеть? Где та девочка, которая никогда не позволяла собой помыкать?

– Майя, помнишь, что я говорила про твои шансы? – спрашиваю осторожно. – Что с Валерией тебе не справиться?

– Помню. И что?

– Я была не права, – слова даются мне с трудом, потому что признавать свои ошибки я не люблю. – Я недооценила тебя и переоценила ее. Да, она красивая. Да, она умеет себя подать. Но она тоже не идеальна. И у тебя есть то, чего у нее никогда не будет.

– Что именно? – голос Майи звучит скептицизм.

– История. Настоящие чувства. Понимание. Ты знаешь Рому лучше всех, ты понимаешь его без слов. А она... она просто красивая оболочка без содержания, как фантик. Рано или поздно он это поймет.

– Если поймет, то без моей помощи, – твердо говорит Майя. – Сима, я приняла решение. Я не хочу бороться за человека, который не видит во мне девушку. Не хочу доказывать, что я лучше кого-то. Если он меня не замечает, значит, так тому и быть.

– Да что с тобой такое?! – не выдерживаю. – Ты же не сдавалась никогда! Помнишь, как в седьмом классе Петька Иванов дергал тебя за косы? Ты ему так врезала, что он неделю ходил с фингалом, даже родителей твоих вызывали!

– Это было другое. Тогда я защищала себя от хулигана. А сейчас... сейчас я просто не хочу унижаться.

– Унижаться? Любовь – это не унижение!

– Безответная любовь – это именно унижение, – отвечает Майя холодно. – И я с этим покончила.

Смотрю на нее и понимаю, что разговор заходит в тупик. Майя словно окружила себя ледяной стеной, через которую невозможно пробиться никакими аргументами.

– Знаешь что, ты разочаровываешь меня. Я думала, ты сильная. А ты просто трусиха, которая прячется за благородными словами о гордости.

Это больно, и я вижу, как Майя вздрагивает. Но она не отвечает, только сжимает губы и снова уткается в учебник.

Выхожу из библиотеки в ярости – на Валерию, на Рому, на всю эту ситуацию. Но больше всего я злюсь на Майю. Как можно быть такой пассивной? Как можно просто сдаться, не попытавшись хотя бы дать бой?

– Ого, кого это понесло ураганом по коридору? – раздается знакомый насмешливый голос.

Оборачиваюсь, вижу Арсения, который прислонился к стене и смотрит на меня с ухмылкой. Высокий, широкоплечий, с этой вечной растрепанной прической и наглой улыбкой. Красавчик, который это прекрасно знает.

– А, это ты, – отвечаю я кисло. – Не мешай, у меня нет настроения для твоих дурацких шуток.

– О, а что случилось? – он отталкивается от стены и идет рядом со мной. – Дай угадаю –