Песнь льда, пламени и атома - Ленивый Сайгак

Вот только мне ее так просто не отдали: Альдис за своего сотрудника билась аки Коготь смерти за своих потомков и ни в какую не хотела ее отпускать. Напряжение между нами развернулось нешуточное, настолько, что мы умудрились заставить Сандру расплакаться. Бедная девочка через слезы выдавила, что она будет работать у обоих, только бы мы больше не ругались. Результат, правда, получился строго обратным: мы с Альдис тут же принялись яростно выяснять, кто из нас первым обидел ребенка. В итоге сошлись на том, что будем делить Сандру в пропорции 5/2: два дня мои, остальные — Альдис. И с помощью нашего маленького дегустатора-модели мы создали не просто ириски, а настоящую машину для печатания денег в промышленных масштабах. А моська сначала довольной Сандры, а затем Мейдж, Альдис и всей остальной женской половины поместья стала для мужской его части истинной отрадой, потому как мужики были счастливы, что их жены довольны, а если довольна жена — то доволен и муж.

Через полгода я получил письмо через ворона от Джораха, где тот во всех подробностях расписал, как мои ученики развлекались в горах Долины, и, если судить по письму, покуролесили они там знатно. Все крупные кланы безропотно сдались лорду Аррену на милость — они были готовы на что угодно, лишь бы больше не встречать злобных Ёжиков, которые утаскивают воинов прямиком во тьму и совершают с ними всякое, от чего от них в итоге остаются одни только головы. И еще через месяц пришло еще одно письмо счастья, точнее — сразу два письма: на имя Мормонтов и на мое имя. Оба — официальные приглашения на турнир и большой пир, который закатывает лорд Тайвин в честь короля. И я бы с радостью поехал, если бы не одно весомое «но»: приглашение было в Утес Кастерли. А Утес — это камень, то есть гигантский булыжник, в котором выдолбили раскидистую сеть пещер и стали там жить — натуральная нора кротокрысов! А у меня еще со столичной Пустоши образовалась стойкая боязнь заходить в различные пещеры и туннели: после моего визита или прямо во время него они имеют свойство эпично обрушиваться. Так что Мейдж сейчас упрямо стояла посреди нашей с Квиберном лаборатории и изо всех сил пыталась меня убедить поехать.

— Это приглашение от самого Десницы, Марк!

— Вышлем ему роскошный подарок и скажем, что никак не сможем приехать.

— Он оскорбится!

— А если я приеду, вся семья Ланнистер гарантированно погибнет под завалами после моего визита.

— Ты сильно преувеличиваешь.

— Гостиница «Стейтсмен» — после моего посещения она окончательно рухнула. Станция «Мэриголд» — после того как я ее зачистил, она обрушилась. Каждая десятая пещера в Зайоне мифическим образом после моего посещения превращалась в обломки. Так что нет, Мейдж, я так тобой, собой и остальными рисковать не собираюсь.

— Квиберн, ну хоть ты скажи что-нибудь этому упертому дураку!

— Госпожа, я слишком труслив для подобного.

— Марк… — так, возможно, близкое общение моей Мейдж с Кинварой было не самой лучшей идеей, вон как искусно научилась голосом манипулировать!

— Мейдж, ну серьезно, у Альдис заказов на новые платья на целый год вперед, а мы с Квиберном едва успеваем над новыми ароматами для духов работать. Только недавно мужики возвели косметический цех, а нам еще фармакологический цех строить и налаживать там производство — те образцы лекарств, которые мы сделали, уже полностью разобрали. У нас дел на десять лет вперед непрерывной работы, не говоря уже о будущей экспедиции в Валирию, а ты хочешь, чтобы мы потратили почти три месяца на то, чтобы просто посетить турнир на Западе.

Аргументов, чтобы я с ней согласился, у моей умнички-разумнички больше не осталось, так что она незамедлительно применила тяжелую артиллерию.

— Если ты согласишься, то я… — так, стоп, да ладно?! Я тут же отвлекся от реагентов со ступкой и резко повернулся к ней.

— Согласишься на что?

— Отошли Квиберна, и тогда я скажу!

— Я ни за что не стану выгонять человека из его собственной лаборатории.

— Госпожа, если вам это облегчит жизнь, я выйду. Но поверьте мне, все всё равно рано или поздно узнают про те безумства, которые творит досточтимый посол.

Мейдж начала раздраженно пыхтеть, фырчать, закатывать глаза и проводить ладонями по лицу. Но все же собралась с мыслями и, взяв себя в руки, наконец произнесла:

— Хорошо. Раз уж мой дом окончательно превратился в обитель слухов, разврата и безумия… Я готова исполнить ту твою безумную фантазию! — не может быть!

— Про?..

— Да! Северная дева-воительница попадает в плен к разбойнику-рыцарю и делает все, чтобы освободиться!

— И ты ради меня даже!..

— И даже бронелифчик надену.

Святой Атом, неужели я действительно увижу свою умничку-разумничку в бронелифчике?!

— КВИБЕРН, БРОСАЙ ВСЕ, БЕГИ К КУЗНЕЦУ И СКАЖИ ИСПОЛНИТЬ МОЙ ЗАКАЗ!

— Боюсь, не смогу, сир Марк. Цитируя Уолтера: «Я такую дрянь в жизни делать не стану».

— Вот и спасай после этого людей от диабета… Так, хорошо, Генри из Темнолесья, он…

— Сир Марк, я могу вас заверить, что только в таком крупном городе, как Ланниспорт, кузнецы согласятся исполнить ваш… кхм… специфический заказ.

Хорошо, раз Север не даст мне бронелифчик, то Запад его мне точно предоставит. За уникальную возможность увидеть Мейдж в эротичном белье я готов пойти на стаю Когтей смерти с голыми руками!

— Эртур, молю тебя всеми богами, старыми и новыми, расслабься, улыбнись, выпей вина, познакомься с дамой и пригласи ее на танец, ты, в конце концов, на самом пиру у Тайвина Ланнистера. Сам король здесь всего лишь гость.

— Принц Оберин, я благодарен, что вы пригласили меня на пир, но...

— Иногда я сомневаюсь, что вы, Дейны — дорнийцы. Любви избегаете, вино не признаете, вам бы только доброго коня и ладный меч, вот ваше истинное счастье.

— Принц Оберин, я уже неоднократно вам говорил, что излишнее возлияние на пиру может помешать мне сосредоточиться на турнире.

— «Принц Оберин, спасибо за предложение, но я не могу пойти с вами в бордель, меня ждет турнир, принц Оберин, прошу меня простить, но перед турниром я хотел бы быть трезвым». Дейн, ты знаешь, как я тебя уважаю, ты знаешь, какое уважение имеет моя семья к твоей, Дейны и Мартеллы