Рунный Страж 3 - Ринат Тактарин

Покончив с чисткой оружия, взялся за силовые упражнения, никакие гантели со штангой не смогут заменить в упражнении меч. Я помню, как первые дни ломило суставы рук от нагрузки, вес холодного оружия и разнонаправленные движения, задействовали практически все мышцы. Я теперь знал, что они у меня есть, потому что к вечеру нещадно болели.

Истязания продолжались пару часов, что стало уже привычной практикой. Затем я облился водой, принесённой с родника, обтёрся полотенцем и кинул на себя руну чистоты, такое омовение мне нравилось больше.

Теперь можно и прогуляться, надеюсь, подручные Мезенцева успели обернуться.

На Альтерре вечерело, что нисколько не сказалось на погоде, она всё ещё была прекрасной. Я проделал путь до старого завода, за рекордно короткое время. До него оставалось пара сотен метров, я не стал спешить. Применил на себя Атентеко, повышенная бдительность не повредит, как и варма спуро, обнаружением следов я занимаюсь нечасто, будет мне тренировка.

Я уже проделывал сегодня этот путь, руна помогла рассмотреть произошедшие изменения. Поначалу я не придал этому особого значения, подумаешь, сухая ветка сместилась на несколько сантиметров, может, ветром сдуло, или зверь потревожил. Потом до меня стало доходить, с какого перепуга я подумал о звере? Присмотрелся к опавшей листве, та была сдвинута под определённым углом, здесь не зверь прошёл, это отпечаток человеческой стопы.

Каблук, ровная подошва, на прошлогодней листве отпечатались следы обувных гвоздиков, возможно, таков рисунок протектора подошвы. Это не мои следы, я здесь в кроссовках ходил, да и сейчас в них. Я присмотрелся к грунтовке и по мелким деталям разглядел направление движения человека. Для меня это было в новинку, видимо, переборщил с энергией.

Он шёл к заводу, но сначала пересёк грунтовку, появился, значит, из леса.

Я пошёл по следам, человек перемещался по самому краю грунтовки, практически касаясь деревьев, осмотр веток ничего не дал. Впереди раздался хруст ветки, я остановился, превратившись во внимание. Руна бдительности заработала на полную, фиксируя, как ветви движутся от слабого ветра, в оконном проёме мелькнул силуэт. Листва прикрыла основную его часть, но понятно, что это человек.

Я не пробовал применять руну тишины на себе, рискнул кинуть на кроссовки, сделал несколько шагов, наступив при этом на мелкую ветку. Стопа почувствовала, как та сломалась, не издав при этом никакого звука, словно его подавили. Я двинулся дальше, добравшись до стен завода, осторожно заглянул в дверной проём.

У тайника никого не было, зато чуть в стороне крутился невысокий, щуплый мужичок в ветровке, потёртые джинсы, на ногах кирзачи. Он откинул капюшон, предоставив возможность себя рассмотреть. Лет, может, под сорок, небрежная короткая стрижка — он сощурил глаза, поворачиваясь в мою сторону. Я использовал Барило, как и следовало ожидать, гость просто скользнул взглядом и, не обнаружив ничего подозрительного, продолжил осмотр стен.

Нехороший у него взгляд. В соседнем подъезде родительского дома живёт Петрик, не знаю, за какие заслуги он получил погоняло, может, просто от фамилии. Зато в курсе, что он дома живёт не больше месяца, раз в три пять лет. Всё остальное время проводит на зоне, как в одном из любимых отцовских фильмов, «украл, выпил, в тюрьму». У этого типка точно такой же взгляд, недобрый.

Он шарил им по стенам, иногда прикасаясь к старому кирпичу, постукивая, поглаживая, в итоге почти добрался до тайника, коснулся соседнего с ним кирпича и одёрнул руку. Всё, верно, неожиданно он оказался горячим, руна тепла в моём исполнении, быстро нагревает твёрдый и плотный предмет.

Воришка, я уже не сомневался в намерениях этого человека, какое-то время стоял, недоумённо поглядывая на стену и поглаживая кончики пальцев. А я всё ждал разумных действий, вдруг чуйка сработает и решит убраться, всё-таки горячий кирпич на холодной стене, вряд ли он с таким сталкивался. Прошло не больше минуты, и он решился на вторую попытку.

Не внял, значит⁈ Ну, лови тогда!

Серый шарик метнулся к заднице воришки. Раздался громкий хлопок, мужичок упал набок, принялся материться и орать во всю глотку.

Да, руна плётка — вещь неприятная.

— А-а, сука ***, твою мать! — он бодро пополз прочь, оставляя за собой кровавый след.

Попытался встать, но опять упал и заорал громче прежнего, но двигаться не переставал, в итоге выполз в оконный проём и скрылся где-то в кустах. Я достал телефон Мезенцева, включил его, дал дозвон.

— Алло?

— Это Антон, я очень надеюсь, что не почтальона нашего поранил, маленький, щуплый мужичок в кирзачах, тёрся у почтового ящика, почти открыл.

— Так-так, интересно… Коротко стриженный брюнет?

— Да, по морде видно, часто сидит…

— Я понял, кто это. Нет, не почтальон, мне час назад о посылке отзвонились. Тара и аванс уже доставлены, ребята недалеко…

— Он в лес уползает, встанет на ноги или нет не знаю, но ползёт бодро, ранен в задницу, истекает кровью.

— Мы им займёмся, Антон, — мне сразу полегчало, не хотелось убивать воришку. — Почтовый ящик придётся менять, скину координаты в мессенджере, на телефоне он установлен.

Мезенцев отключился, а я приступил к уборке территории, когда я добрался до окна, бедолага всё ещё покрикивал где-то в лесу. Крови было много, видимо, что-то серьёзное повредил, возможно, артерию. Но вины и какого-то раскаянья я не ощущал, вор знал, на что идёт, должен был понимать, какие могут быть последствия.

Покончив с уборкой, добрался, наконец, до тайника. Тара оказалась похожей на мою, с такой же пробкой, только стекло было тёмным, триста пузырьков. Я так понял, Мезенцев надеется, что я всё заполню.

Так и будет, но не в ближайшие дни. А что у нас с авансом?

Я достал из тайника пакет, внутри оказалось десять банковских упаковок с пятитысячными купюрами. Так и сел на пятую точку, почёсывая затылок.

А не многовато ли? Здесь же пять миллионов! — таких денег в руках я ещё не держал.

Закрыв тайник, кинул руну чистоты и отправился в обратный путь. По дороге решил ещё раз позвонить Мезенцеву, мало ли, может ошибка какая.

— Алло! Да, Антон, ждал твоего звонка…

— С деньгами, это не ошибка?

— Нет, не ошибка. Я давно в бизнесе, Антон, начинал ещё при союзе, когда на груди висел комсомольский значок. Уже тогда, я понял одну простую истину: если хочешь хорошо зарабатывать, нужно делиться! Вот и делюсь. Взял на себя смелость поднять лунный корень до двухсот, а сильник… ты вроде так его назвал, до ста. Ты ещё молод, не знаешь, что такое для мужика стоячий член. Поверь